В первом интервью — перед московской игрой команд Карпина и Ганчаренко — Тасенко рассказал, как растил в Ростове Уткина, попал в садыринский ЦСКА, стал фанатом и после инфаркта объехал всю Европу. Сегодня — разговор о первом легионере в истории «Кубани», веселье в ЦСКА девяностых и перспективах Уткина.
— Осенью Даниил даже в Лиге чемпионов выходил в стартовом составе, а в декабре сидит в запасе. Что дальше?
— Не знаю, есть ли смысл оставаться в «Краснодаре». Летом он забил «Зениту», зарядился уверенностью, но иностранцы с хорошими зарплатами выздоровели, и его убрали. Игра с «Челси» ничего не решала, и Лэмпард выпустил в старте трех воспитанников, а Мусаев — ни одного. Насколько я знаю, ЦСКА уже год хочет Даню. Они мне звонили насчет него. А как его не хотеть? Он же Golden Boy (в 2017 году Уткин вошел в число лучших молодых игроков Европы по версии Tuttosport — sportbox.ru).
Двадцать один год, получил опыт в Лиге чемпионов. Хороший актив, в него можно вкладывать. По transfermarkt.de он стоит три миллиона. Что это за цена? Они Гайча за восемь с половиной купили, а его вообще не видно. Правда, Дане надо играть, а я не знаю, получит ли он практику в ЦСКА. Может, лучше как Фомину: сначала в «Уфу», а потом раз — и в сборную.
— В «Краснодар» уходили еще два ваших воспитанника?
— Да, полузащитник Валера Манько, которого я нашел на турнире в Новочеркасске, научился в «Краснодаре» играть в пас, но сейчас во второй лиге — а там не все в таком стиле действуют. Еще вратарь Денис Сафронов — с хорошими данными, за метр девяносто. Он был и в академии «Краснодара», и в академии Понедельника, но прогресс замедлился из-за травмы паховых колец. Сейчас они через агентов пытаются новые клубы найти. В моей-то молодости агентов не было — меня порекомендовал в ЦСКА судья, который видел, что играя в защите, я много забивал…
Другой мой талантливый пацан Иван Бачурин в семнадцать лет попал в основу ростовского СКА, подавал надежды, но сломался в игре с «Аланией». В СКА его полгода лечили, поставили неправильный диагноз — в итоге нога болит, не играет. Закончил с футболом. Я хотел взять его тренером-помощником, а он говорит: «Меня в армию забирают».
— Полторы недели назад не стало Виктора Понедельника. Пересекались с ним?
— Да, как-то зимой я играл в манеже за дубль ЦСКА, а он пришел посмотреть. Ему сообщили: «На поле твой земляк. Тасенко из Ростова». Сейчас наш новый стадион хотят переименовать в честь Понедельника. Его памятник стоит у старого «Олимпа-2», но там западная трибуна в аварийном состоянии. Этот стадион, наверно, скоро снесут. Говорят, что в завещании Понедельник попросил похоронить его в Ростове, но про дату похорон пока ничего не слышно.
— Какова судьба академии имени Понедельника?
— Раньше ее Саввиди спонсировал, и детей обучали бесплатно, а сейчас там все за деньги. Но она по-прежнему существует. Еще имя Понедельника носит ростовская СШОР № 8. Я с детства знал, какой это великий человек. Но в Ростове ему не дали работать, и он уехал в Москву.
— Остались в Ростовской области бесплатные футбольные школы?
— «Ростов» и «Чайка». Еще хорошо, что в школе СКА, где я работал, постелили искусственное покрытие. До этого там было поле без травы — ее лет двадцать назад кто-то уничтожил. Если здоровье позволит, я весной соберу детей и снова начну тренировать. Возродим с одноклассником школу «Химик», в которой начинали.
— КДК РФС признал матч «Чайка» — «Армавир» договорным. Что думаете?
— Мы, кстати, раньше дружили с Баяном (директором «Чайки», который, по данным РФС, вступил в сговор с судьей Матюниным — sportbox.ru). Баян неофициально работал агентом, помогал игрокам с трудоустройством. Вообще с «Чайкой» много скандалов связано. Писали, например, что на ее проигрыш в нашем регионе кто-то ставил двенадцать миллионов. Где-то подсчитали, что по вложениям клуб должен быть в топ-4 ФНЛ, а они близки к зоне вылета.
— «Ростов» распродал почти всех лучших игроков, но опять среди лидеров. С чем связываете?
— С уровнем Карпина. Он молодец, что находит молодых игроков и доверяет им. На Шомуродова-то болельщики сначала ругались: «Зачем ты его выпускаешь?!» Но Карпин показал, что грамотно наигрывает молодежь. Никто не ожидал, что с новым составом они опять будут так высоко.
Жаль, правда, что местных, кроме Байрамяна, в основе нет. Раньше в Ростове говорили: зайди в любой двор — соберешь команду. Сейчас настроили полей, а там никто не играет. Все дети по домам.
— На одной из фотографий 1997 года, когда вы играли за ЦСКА, вы где-то купаетесь с хавбеком Карсаковым и массажистом Савельевым. Что за история?
— Это после игры с «Черноморцем» в Новороссийске. Туда приехало много моих знакомых фанатов ростовского СКА. Я тогда первый раз попал в заявку ЦСКА. Мы победили 1:0, и после игры болельщики «Черноморца» закидали наш автобус камнями, разбили стекла (такое раньше часто бывало). Кто-то из наших пацанов закрывался тренерским планшетом.
А наутро был день рождения Вовы Кулика. Он накрыл поляну, а я пошел провожать земляков. Когда вернулся, Кулик сказал: «Рональдо, ты куда пропал? Ребята уже торты доедают». Потом всю ночь гуляли, а на следующий день улетели.
— Почему Рональдо?
— Я приехал в Москву в форме «Барселоны» — еще и загорелый, — и Саня Гришин мне кликуху придумал: «О, Рональдо». В Ростове-то уже в июле все черные ходят, а в Москве было прохладно. Помню, прилетел в летних вещах, форму не выдали, а в Москве в июле, оказывается, бывает «плюс десять». Я позвонил домой, чтоб мне прислали теплых вещей, но посылка шла целый месяц. И я все это время мерз в одной майке. Только попав в основу, получил экипировку.
— Первый матч за основу — против «Балтики» (1:1). Чем памятна поездка в Калининград?
— Это фартовый для меня город — я там еще ребенком получал на детском турнире приз лучшему игроку. Потом дебютировал в высшей лиге. В день игры с «Балтикой» шел жуткий ливень, а после матча фанаты ЦСКА пришли к нам в гостиницу, и мы их накормили. Один фанат по кличке Банкир спрятал деньги в маленький кармашек джинсов, но они так распухли от воды, что он никак не мог их достать. Все пробовали помочь, но деньги намертво застряли.
— Фанаты тогда были близки к клубу?
— Да, из Воронежа, с матча последнего тура, мы ехали с ними в одном поезде. Потом я улетел на зимние сборы, и оставил квартиру на Соколе знакомому фанату Вове Агенту. Вернувшись, узнал, что у меня дома пол-Москвы побывало. Однажды незнакомый парень подошел ко мне в Донецке: «А я у тебя дома был». — «Когда?» — «Когда ты был на сборах с ЦСКА». Кстати, тогда в Израиле мы жили рядом с киевским «Динамо» — с Ребровым, Шевченко и другими звездами. Помню, Садырин пропал на день-два. Потом выяснилось — дегустировал коньяк с Лобановским.
— Как вы подружились с фанатами ЦСКА?
— Еще в 1992-м, когда я, семнадцатилетний, приехал с тем же Вовой Агентом на матч Лиги чемпионов с «Барселоной» (дома, правда, сказал, что еду играть, а не болеть). Вова Агент меня и познакомил с Мишей Гнусом и другими фанатами старой школы. Сейчас перед игрой «Ростов» — ЦСКА жду друзей из Москвы — один остановится у меня дома, а других поселю в гостиницу по соседству.
— На другом фото того же периода над вами нависает Ролан Гусев, тогда еще полузащитник «Динамо». Как он попал в вашу компанию?
— Мы дружили, меня с ним познакомил защитник ЦСКА Петя Седунов, игравший с Гусевым за молодежную сборную. Кстати, однажды, когда мы зашли в магазин, Ролан познакомился с девушкой, которая потом стала его женой.
Тогда в ЦСКА было много игроков молодежки. Тот же Седунов — из Мурманска, ездил с Бутом в «Боруссию», а потом поселился с семьей в Швеции. Петя запомнился тем, что спал без подушки и сына к этому приучал.
Еще был Андрей Демченко из «Аякса». Однажды я проверил его на тренировке между ног. Он: «Харе, заканчивай». — «А ты не расслабляйся». Он недолго побыл в ЦСКА и уехал в Запорожье.
— А вы — в «Кубань». Там тоже хватало интересных знакомств?
— Играл там, например, со старшим братом Семака Андреем. Он потом поселился в Крымске. На деньги Сергея купил какой-то перерабатывающий завод.
К слову, «Кубань» сейчас потихоньку возрождается. Ставит высокие задачи. Говорят, выкупит базу у «Афипса» и сделает там свою академию. Сейчас клуб стремится в ФНЛ. Значит, выйдет — других желающих не видно. Правда, серьезные цели ставил и «Форте» (Таганрог), которых Гордеев тренирует, но они провалили первый круг, а одного игрока отчислили за игру в букмекерской конторе. Зона «Юг» — это один большой привет букмекерам. Денег мало платят, так что все шпилят на ставках.
— Еще с вами играл первый легионер в истории «Кубани» — камерунец Жюль Нганге. Почему он не закрепился в Краснодаре?
— Отыграл первый круг, но новый тренер Адольф Федорович (Поскотин — sportbox.ru) невзлюбил его и отчислил. Дальше Жюль играл на первенство Краснодарского края за Горячий Ключ, а потом переселился в Москву, где жил его брат.
— Чем запомнилось общение с Жюлем?
— О, как такого забудешь. Мы жили в одной комнате — я, доктор и он. Агент привез его в одной компании с Жерри-Кристианом Тчуйсе. Помню, дали нам зарплату и три выходных. Говорю: «Жюль, поехали со мной в Ростов». Он согласился. Покупаем билеты на поезд. Спрашивают: «Как его фамилия?» — «Да я точно не знаю». Достали паспорт, а там на французском — не поймешь, где фамилия, где что. Ладно, кое-как вписали его.
Грузимся ночью в плацкарт, а утром весь вагон на него пялится — африканцы-то для наших еще редкость. К моей ростовской квартире очередь выстроилась — всем охота на него посмотреть. Не дали парню выспаться — повели в зоопарк. «Жюль, а такой жираф у вас есть?» — «Да, в Камеруне все есть». Дошли до белого медведя: «А такой есть?» — «Да-да, в джунглях все есть».
Дальше повели его на «Ростсельмаш». А время-то лютое, 1998 год — скины, панки. Я отошел за семечками и оставил Жюля одного. Гляжу, бритоголовые ребята его окружают. Скорее схватил семечки и побежал к нему: «Спокойно, он со мной!»
Потом выяснили, что у Жюля полгода не было девушки. Ну, вызвали ему. Она сначала не верила, что будет африканец. Потом удивилась, конечно, но в итоге все прошло хорошо. На первой тренировке после возвращения Жюль сказал: «Ростов — супергуд!»
