Главная летняя потеря ЦСКА не Головин.
Мы уже несколько месяцев слышим про перестройку ЦСКА и большое количество молодых футболистов — всё это правда. Временами команда Виктора Гончаренко показывает очень хороший тренерский футбол, но эти отрезки лишь оттеняются минутами и часами, когда ЦСКА включает подростка с непредсказуемым характером и поведением. Ситуация могла бы нормализоваться быстрее, если бы в ключевой для команды зоне наступила стабильность. Но её пока нет.
Самое занятное, что ЦСКА верно определил эту ключевую позицию при работе на трансферном рынке. Новички подбирались в команду не по ролевым моделям игроков, которые за «армейцев» уже играли. За исключением одной позиции. ЦСКА определённо искал опорного полузащитника, похожего по характеристикам на Понтуса Вернблума — цепкого игрока, заполняющего пустоты при атаке соперника на финальной трети. Ещё занятнее то, что в целом клуб попал с поиском: Яка Бийол — как раз полузащитник такой ролевой модели, но ему не повезло с травмами, и из-за этого ЦСКА до сих пор не нормализовал свой футбол, не сделал его взрослее.
«Виктория» забила «армейцам» два похожих мяча. В первом случае после флангового прохода мяч прошёл сквозь всю штрафную во второй темп практически без препятствий — Иван Обляков, который формально должен был участвовать в создании такого препятствия, лишь грустно смотрел за тем, как мяч летит в ворота после корявого удара Прохазки. Во втором случае такой же проход с пасом во второй темп привёл к угловому, который завершился для ЦСКА катастрофой — почти двумя ногами команда Гончаренко стоит вне еврокубковой весны.
И здесь досадно, что это не случайное стечение обстоятельств — два похожих по происхождению гола пришли из закономерности. После ухода Вернблума ЦСКА допускает на 1,6 удара больше в ситуациях, когда мяч проходит через зону второго темпа. Симптоматично, что происходит это чаще всего с командами, которые взвинчивают темп — или потому что он просто быстрее (в Лиге чемпионов), или потому что соперник уступает в счёте (в РПЛ). Когда-то это должно было принести большие неприятности.
Вот смотрите. Матч с «Краснодаром», соперник проигрывает, понемногу увеличивает темп, на что ЦСКА реагирует откатом назад. Но опорная зона при этом не просто пуста — в неё можно запустить две другие команды и устроить им на этом участке свой матч при вполне комфортных условиях. Юрий Газинский разводит руками, обозначая, что мяч просто обязан дойти до него, — и он дойдёт. Спустя пару секунд Газинский пробьёт — из штрафной, без сопротивления, очень опасно, но немного не в створ. Здесь ЦСКА был прощён.
При этом не нужно думать, что такие эпизоды случаются только в Лиге чемпионов или с большими соперниками в чемпионате России (помните, как «Спартак» едва не забил в дерби в первой же атаке, когда после паса Ханни Луис Адриано в касание не попал в створ? Так вот там были ещё два варианта для передачи во второй темп). Даже соперникам довольно среднего уровня ЦСКА позволяет спокойно просачиваться в зону между линий — полузащитники смотрят в спину, а защитники не успевают накрыть моментальный удар.
«Виктория», при всём к ней уважении, — соперник среднего уровня. Проблемы, которые возникали с игрой в таких ситуациях, могли обозначить, например, и «Крылья Советов», но им не повезло. Зато это произошло с чехами. И произошло, как назло, в крайне важном для бюджета ЦСКА матче.
К такому провалу от чрезвычайной вернблумозависимости ЦСКА привёл комплекс факторов — травма призванного заменить его игрока, травма Бистровича, который в паре с ещё одним центральным полузащитником мог бы дать необходимый объём, общая командная перестройка. Но осень преподала этой команде на вырост важный урок: имея план А, хорошо отработанный тренировками и трансферной работой, нужно держать в запасе не менее плотный план В на случай, если всё пойдёт не так.
