- Австрия: комфортно играть и жить
- Греция: любимое слово — «завтра»
- Бельгия и Германия: пиво «в свободном доступе»
- Грузия: «Не пойдем — обидится»
- Белоруссия: только один президент
- Казахстан: просто в чемпионате работают слабые судьи
- Саудовская Аравия и Кувейт: от таких предложений не отказываются
- Россия: можешь многим остаться должен…
Австрия: комфортно играть и жить
Лучшим периодом по крайней мере игровой карьеры считаю работу в австрийском «Штурме». Там было очень комфортно играть и жить. Это был мой первый профессиональный международный контракт. Поначалу не знал языка, но за три месяца сумел освоить простые слова на немецком, что помогло общаться с партнерами и людьми на улице. Мне очень нравился образ жизни австрийцев, особенно на фоне уклада в СССР и России. Австрийцы – очень дисциплинированный народ. Мне импонирует такой характер в людях. Плюс попал в хорошую команду, к хорошему тренеру и сам показывал неплохой футбол. Тогда поразило, как наставник может руководить коллективом. На тренировках, в играх Осим Ивица был очень требовательным, а иногда даже и жестким. Но как только выходил за пределы стадиона, становился нормальным человеком. Мог поговорить с тобой на любые темы, попить чаю… Яркий контраст с работой тренеров в СССР и России, ведь в 80-е – 90-е наши специалисты, как правило, весь негатив, который происходил на тренировках, переносили на личные отношения вне поля. Любой рабочий конфликт воспринимался как личная обида.
— Приведите пример дисциплинированности австрийцев.
— Уже после завершения карьеры игрока в «Штурме» руководители команды пригласили меня помочь провести переговоры с российским игроком. Выступал в роли переводчика. Президент клуба все условия возможного контракта записывал на обычной салфетке. Как правило, после того как стороны договорятся, такие временные бумаги выбрасываются. Но менеджер поставил подпись на этой салфетке и сказал, чтобы игрок ее не выбрасывал, а завтра приходил в офис для официального подписания. Мы были удивлены, зачем президент подписал и отдал салфетку. Потом мне объяснили, что после визирования даже салфетка является официальным документом, с которым можно идти в суд в случае разногласия. Нас, конечно, это очень удивило. В то время в России такое даже представить было невозможно.
Второй пример. Австрийцы всегда приходят вовремя на встречу. Ты можешь их подождать максимум минуту.
Греция: любимое слово — «завтра»
— Затем вы поехали играть в греческий «ПАОК»…
— …И хотел оттуда свалить уже через неделю. Но отговорил тренер. По сравнению с Австрией – полярный мир, греки – полная противоположность австрийцам. Любимое слово греков — «αύριο», что значит завтра. Причем «завтра» может продолжаться неделями, месяцами. Греки – очень необязательный народ. Веселый, жизнерадостный, дружелюбный, но недисциплинированный.
Для грека что-то пообещать, а потом не выполнить — это как дорогу перейти. Однажды даже меня, спокойного человека, необязательность греков вывела из себя. Просто сломал дверь в раздевалке со злости. Получил штраф в 400 долларов.
— Интересно…
— По контракту мне должны были предоставить меблированную квартиру. Но в итоге апартаменты оказались пустыми. Каждый день просил людей, отвечающих за это, купить мне мебель. Слышал в ответ их любимое слово. Когда это произошло в очередной раз, со злости ударил по двери. Механизм не выдержал, и дверь сломалась. Зато спустя несколько дней все было куплено. А так греки прекрасный народ – общительный, веселый, гостеприимный. Но во всем, что касается дел, – медлительные и необязательные люди. Если ты намекаешь человеку, что готов подождать, он сразу начинает этим пользоваться.
— Сейчас вы работаете тренером в Греции. Находите общий язык с футболистами?
— Что касается спортсменов, то они примерно одинаково себя ведут вне зависимости от национальности. Есть режим, есть требования тренера — их надо выполнять. Я же говорил о простых людях. Кстати, если бы не играл в Греции и сразу начал тренировать в этой стране, не зная ее менталитета, то сбежал бы отсюда почти сразу. Но поскольку был ко всему готов, мне сейчас в Греции очень комфортно.
Бельгия и Германия: пиво «в свободном доступе»
— Дальше по карьере оказались сначала в Бельгии, потом в Германии. Где вкуснее пиво?
— Германия – вообще отдельный мир. Вроде бы немцы и австрийцы говорят на одном языке и должны быть похожи ментально. Но нет. Истинные немцы – очень жесткая, суровая нация. Они как роботы — скрупулезны и правильны. Австрийцы же более веселый народ.
Бельгия же очень неоднородна. Она поделена как бы на две части: где говорят на французском и где можно услышать нидерландский, немецкий языки. Французская часть вообще не говорит на английском. Помню ехал на машине из одного города в другой. И вроде страна одна, и еще недавно мог в магазине объяснить, что мне нужно на английском.. А вскоре и границу не пересек, а ни один человек не говорит на английском. Не знал этой особенности Бельгиий. Был тогда удивлен. Так что в разных частях Бельгии ты ощущаешь себя по-разному.
— И все-таки пиво?
— В России мы привыкли к серьезным брендам. Но Австрия, Германия, Бельгия хороши тем, что там почти в каждой деревне варят свое пиво. И когда пробуешь местный напиток, понимаешь, что лучше него ничего быть не может. Он везде разный, но сегда очень вкусный. Пиво, кстати, футболистам пить разрешают «в свободном доступе». Ни от кого не надо прятаться. В «Гройтер Фюрте», например, в автобусе стоял холодильник, в котором лежали вода и пиво. После матча любой мог его спокойно взять. Правда, тренер, с которым я работал, разрешал доставать пиво только спустя час после окончания встречи. Возможно, это было связано с какими-то медицинскими вопросами… В Австрии за день до игры все футболисты собирались в отеле на ужин, там ночевали и все вместе ехали на игру. Так некоторые ребята за этим ужином позволяли себе бокал пива. Тогда мной это воспринималось как что-то невозможное.
Грузия: «Не пойдем — обидится»
— Ваша международная тренерская карьера началась в Грузии. Вы — молодой тренер, грузины – эмоциональный народ… Насколько было тяжело поставить себя?
— Футболистам сразу объяснил требования, и проблем не было. Плюс мне помогли опытные игроки, которые перешли в тбилисское «Динамо». Виталий Дараселия, Владимир Бурдули, Александр Иашвили хорошо говорили по-русски и помогали мне в управлении коллективом. Ведь мне молодому тренеру досталась такая же неопытная команда. Некоторые ребята уже не разговаривали по-русски. И поддержка опытных ребят очень помогла.
Что касается эмоциональности грузинского народа, то приведу пример в подтверждение ваших слов. На тренировке футболисты играли «двухсторонку». Один молодой игрок никак не мог забить, хотя имел хорошие для этого моменты. Вдруг он бросает майку и уходит в раздевалку, хотя я его даже не критиковал. Сначала не понял, что произошло. Но ребята объяснили, мол, не переживайте, он остынет и скоро вернется. В итоге вышел обратно на поле. После тренировки решил узнать, почему он ее покинул. Он мне: «Тренер, не могу забить, а я должен забивать, у меня столько моментов… В общем сильно огорчился». Объяснил ему, что не надо так переживать. Оказалось, что и в других командах нередко бывают похожие случаи. В «Динамо» другие ребята также срывались и уходили в раздевалку. Грузины все воспринимают слишком эмоционально. Это их национальная черта.
— А еще Грузия славится своим гостеприимством.
— О, да! Первый месяц был очень тяжелым! С первого дня нас с помощником начали приглашать на различные мероприятия. Только прилетели в Тбилиси, сразу повезли в ресторан, потом у кого-то крестины, у кого день рождения, кто-то празднует свадьбу сына, дочки… Спустя некоторое время понимаешь, что в таком режиме жить просто нельзя. Ведь после праздника приходишь под утро, а надо иди на тренировку. Страдает работа. А грузины же не приемлют отказа, обижаются… Приходилось идти на уловки. Мол, пью антибиотики, плохо себя чувствую… Этот марафон длился месяц. Не говорю, что мы каждый день пили и приходили в номер под утро. Нет, конечно. Но каждый день были какие-то мероприятия. Например, даже если не было какого-то праздника, то к нам на базу приходил тренер вратарей Гела Чантурия, который и сейчас работает в «Динамо» и до сих пор является нашим большим другом, и со свойственным ему акцентом говорил: «Алексеевич, у меня друг работает в пиццерии. Сегодня надо туда пойти. Не пойдем — обидится». Так что в покое оставляли редко.
Белоруссия: только один президент
— Вы работали в Витебске. Правда, что без ведома президента Белоруссии Александра Лукашенко не принимается ни одно серьезное решение?
— В футбольном мире такого не было. Но общался с людьми, которые имели в том числе и власть в городе. Действительно, чиновники очень трепетно относятся к президенту. Многие вопросы решались только после одобрения сверху. Кстати, в тот же год было принято решение, что в Белоруссии есть только один президент. Запретили писать должности – президент банка, клуба…. Не знаю, как сейчас.
Помню, в Витебске при мне сдавали два крупных социальных объекта. Батька поставил перед руководством города задачу закончить стройку в кратчайшие сроки. Сам лично приезжал, контролировал. Люди не могли представить, чтобы была хотя бы минимальная задержка. В какое время ни проедешь мимо строящейся больницы, там всегда работяги что-то делали.
Еще один момент меня очень позабавил. Смотрел по телевизору, как Лукашенко объезжал сельхозугодия. Он действительно выглядел как добрый Батька. Всем жал руки, говорил, как все хорошо… А в каком-то лесничестве Александр Григорьевич спросил директора, сколько тот поставит деревьев в следующем году. Руководитель что-то ответил. За секунду лицо президента поменялось с милостивого на серьезное. Лукашенко без шуток сказал: «Точно в это же время приеду и проверю. Спрошу за каждую палку». Надо было видеть лицо директора лесничества в тот момент. Я ему не завидовал, но было смешно. Хотя была же история, что человека посадили в Белоруссии за то, что он не смог согласовать контракт на показ Олимпиады. Так что чиновникам в Белоруссии не до смеха.
Казахстан: просто в чемпионате работают слабые судьи
В связи с Казахстаном в памяти сразу вслпывают два момента. Во-первых, до сих пор перед глазами стоит бедный барашек, которого вот-вот зарежут на поле стадиона перед сезоном. После чего вратари обмажут кровью барана стойки ворот. Во-вторых, было здорово побывать на дне рождении очень серьезного человека в Казахстане. Дорогие подарки, много людей, девушки танцуют в национальных костюмах. Как будто попал в восточную сказку.
— Еще когда говорят о Казахстане, вспоминают предвзятое судейство…
— За руку никого не ловил, поэтому сказать об этом не могу. На мой взгляд, просто в казахстанском чемпионате работают слабые судьи. Возможно, проще оправдаться тем, что они предвзяты, нежели признать, что они неквалифицированно выполняют свои обязанности. Арбитраж в Казахстане действительно очень низкого уровня. Хотя были разговоры, что местная федерация футбола благоволит определенным клубам и помогает им достигать нужного результата. Я тоже нередко обвинял арбитров в предвзятости. Но те слова были на эмоциях. Может быть, судья просто ошибался не в нашу пользу.
Саудовская Аравия и Кувейт: от таких предложений не отказываются
— Вы уже говорили, как попали в самую закрытую арабскую страну. А был ли выбор?
— Мог остаться еще на сезон в Казахстане. Но от предложения из Саудовской Аравии было практически невозможно отказаться. Оно было очень заманчивым в плане денег. Там платили в пять раз больше, чем я получал в «Спартаке». Кстати, в Кувейте зарплата была еще больше, чем в Аравии. А ведь в отличие от Саудовской Аравии в Кувейте футбол непрофессиональный. В этих странах очень много денег. До сих пор не потратил средства полученные в арабских странах. Причем работал не в топ-командах.
— Видели примеры богатства шейхов?
— К сожалению, не был не приеме у шейха. Проезжал мимо их дворцов. Вид потрясающий. Здания поражают своей красотой, масштабностью и богатством. Но на аравийском полуострове хорошо живут не только шейхи. У местного населения есть бесплатное образование, медицина. Оно хорошо зарабатывает. Государство оплачивает учебу за границей. Нет налогов. Бензин стоит копейки. Как они сами говорят, бутылка воды стоит дороже, чем бак бензина.
— Вы православный, не знаете языка… Как вас приняли?
— Опять же с футболистами проблем не было. Для них тренер – недосягаемая величина. Что он скажет, то они и должны выполнять беспрекословно. Споров, конфликтов, дискуссии по определению быть не может. Но Саудовская Аравия, как говорят сами арабы, — это отдельный мир. Есть страны Аравийского полуострова, а есть Саудовская Аравия. Саудиты – очень закрытые люди. Они вряд ли пойдут с тобой после тренировки пить чай. Для них важны лишь семья и вера. Но они привыкли к иностранцам. Ведь в высшей лиге только один тренер местный, все остальные приехали из других стран. Плюс перед поездкой прочитал очень много литературы, чтобы не попасть в конфузную ситуацию.
— Христиан не пускают в священные города. А кто-то из ваших футболистов готовился в хаджу?
— Все должны через это пройти. Каждый мусульманин раз в семь лет должен пройти паломничество. И в моей команде были ребята, которые готовились к нему. Это же целое событие для истинно верующих. Игроки стригли волосы, какое-то время ничего не ели. Они должны были очиститься. Я видел, насколько для них это важно.
— Но профессионал же должен нормально питаться, чтобы держать себя в форме…
— Если бы я кому-то это сказал в Саудовской Аравии… Хадж и подготовка к нему – неприкосновенные вещи. Ты не имеешь права отстранить человека от тренировок или критиковать его за непрофессионализм. Но я спокойно мог вывести этого человека из основы, если он был плохо готов физически. В этом проблем не было. Если он не соответствует необходимым кондициям, на его место можно поставить человека, который к Хаджу не готовится. Все просто. Делаешь ставку на тех, кто хотя бы ест.
— Теория всегда далека от практики. К чему вы не были готовы в самом начале работы?
— Знал, что саудиты молятся пять раз в день. На это время закрываются все магазины, а люди должны находиться в помещении. Но не знал, в какое время проводится намаз. Зашел как-то в супермаркет купить еды. Вдруг в определенный момент раздался сигнал и резко все магазины закрылись, а люди куда-то исчезли. Не сразу понял, что произошло. Но потом ко мне подошел иностранец, менеджер магазина и объяснил, что это время намаза. Не успел оплатить товары — жди пока откроется магазин.
— Видели, как казнят в Саудовской Аравии?
— Меня возили по городу, показывали достопримечательности и социальные места. Проезжали пустое земляное поле. Зачем-то спросил у водителя, что на нем. Он объяснил, что там происходят казни. Слава Богу при мне никого не казнили. Но я и так старался держаться от этого места подальше.
— Не было скучно? Чем занимались в свободное время?
— В основном сидел в квартире, смотрел телевизор. Европейскому человеку и правда очень тяжело наладить быт даже в Кувейте, не говоря о Саудовской Аравии. Жил в маленьком городе – в 70 километрах от столицы. Общаться было не с кем. Просыпался, шел в кафе пить кофе, потом смотрел телевизор, ехал на тренировку, после чего заезжал в магазин и домой. И так каждый день. Потом не выдержал, связался с российским посольством и иногда стал выбираться к ним на какие-то мероприятия.
— Никто на вас косо не смотрел? Вы же могли случайно взглядом оценить его девушку?
— Знал, что этого делать нельзя. Косые взгляды — это еще полбеды. Ведь если девушка посчитает, что ты на нее долго смотрел, то она может обратиться в исламскую полицию. Тогда все может плохо кончится. Не важно, какой ты веры и национальности. Если вкратце говорить о Кувейте, то там есть все кроме алкоголя. Жить там, конечно, проще. Но тоже не так весело.
— Есть желание вернуться на Аравийский полуостров?
— Никогда не говори никогда. Там действительно тяжело работать морально. Если позовут на хороших условиях, возможно, соглашусь. Но серьезно подумаю.
Россия: можешь многим остаться должен…
— Вы ненадолго вернулись в Россию спортивным директором в «Торпедо»…
— За время работы на Аравийском полуострове сильно устал и хотелось вернуться на родину. А вдеь мог продлить контракт в Кувейте. В итоге принял предложение президента «Торпедо» Александра Тукманова. Он сразу сказал, что денег немного, но хотел бы со мной поработать. Ответил ему, что готов работать за «сколько дадите». Материальный вопрос роли не играл. Был просто рад вернуться в Россию в тот момент.
— Скучаете по России?
— Конечно! Это ведь мой дом, моя родина. Всегда хочется жить и работать на родной земле. Но не всегда наши желания совпадают с возможностями.
— ФНЛ или вторую лигу вы не рассматриваете в качестве места возможного продолжения карьеры?
— Слава Богу, я уже заработал немало денег, чтобы иметь возможность работать в удовольствие. Плюс есть несколько бизнесов. Честно говоря, из России особых предложений и не было. Наверное, выпал из поля зрения агентов и руководителей. Возможно, повлияла история со «Спартаком». Кто-то, наверное, вообще не считает меня достойным кандидатом. В России, чтобы куда-то пробиться, необходимо общаться с людьми, которые будут тебя проталкивать и лоббировать. Они тебе помогут, потом скажут, что ты им должен помочь. Не хочу кому-то навязываться. Не думайте, что набиваю себе цену, но во вторую лигу России идти работать не хочу. В ФНЛ – если только будут поставлены максимальные задачи. А клубы РПЛ пока, видимо, не считают меня достойным кандидатом. Я еще не посмотрел много стран. Хотелось бы все-таки еще попутешествовать.
— Есть цель?
— Хочу поехать в Австралию. Манит этот континент. Было бы интересно там пожить, проникнуться культурой.
— Но ведь попасть в ту же самую Саудовскую Аравию вам помогали агенты. Чем вас не устраивают российские?
— Понимаю, что нельзя существовать без помощи агента. Но в России помимо них есть еще люди, приближенные к власти. Нужно найти посредника, чтобы он порекомендовал тебя губернатору или мэру. А это очень длинная цепочка. Можешь многим остаться должен.
— Правда, что языковой барьер – проблема для иностранного тренера?
— Конечно, лучше говорить с футболистами на одном языке, чтобы доносить нюансы установки. Но не считаю, что это большая проблема. Иногда просто хочется жестко что-то сказать ребятам, чтобы завести их или чтобы они поняли, что я действительно недоволен ими. Но не получается найти нужных слов на английском, немецком, греческом. Сожалеешь, что футболисты не понимают русский. Но в плане терминов, установок на игру, объяснений упражнений — проблем нет. Если ребята что-то не понимают, то переводчик донесет до них. А если переводчик умеет еще и передавать интонацию, как это делал помощник Отто Рехагеля в Греции, то вообще проблем нет.
— На эмоциях часто переходите на русский язык?
— В игре, конечно, проскальзывают грубые слова. Без могучего невозможно иногда высказать все что думаешь. Эмоции переполняют, слова уже не подбираешь. В Кувейте меня помощник однажды спросил: «Ребята интересуются, почему вы часто говорите слово на букву «Б». Что оно означает?» Объяснил, что в такой момент сильно недоволен. Значит, парни должны исправляться.
— Самая яркая история, связанная с путешествиями?
— Вспоминаю канун Новый год в конце 90-х. Мы ехали в поезде из Брюсселя в Антверпен с семьей и агентом. Все спланировали, чтобы до Нового года успеть в гостиницу, но поезд задержали. Когда сели в вагон, то поняли, что все остальные люди в нем – темнокожие в возрасте 20-30 лет, которые косились на нас. В Саудовской Аравии не испугался в супермаркете, а тут реально стало страшно… Когда в полночь поезд резко остановился, стало вообще не по себе. Но как только прозвучали куранты, молодежь включила музыку, начала плясать. Обстановка сразу стала раскрепощенной. Но вначале было жутковато.
