«Спартак» в год юбилея увяз во второй половине турнирной таблицы. И если в оценке такого результата расхождений быть не может, то причины современного неблагополучия «красно-белого» гранда каждый видит свои. Очень интересное мнение на этот счёт, например, у легенды «Спартака» Егора Титова.
— Мне кажется, проблема в том, что в «Спартаке» нет преемственности. Её нет уже давно. Каждый новый тренер строит свой «Спартак». Мне кажется, надо так: взял нового тренера, хоть Гвардиолу, и из «Шереметьево» его сразу везти в музей «Спартака» на «Открытие Арене». И чтобы он там хотя бы сутки побыл. Чтобы человек понял, куда он приехал. И только после этого его спрашивать: ты готов тут работать? И если он готов, то затем ещё устроить ему встречу с ветеранами клуба. Чтобы была преемственность. Сейчас ни тренеры, ни футболисты просто не понимают, куда они приезжают. Увы, это правда, — приводит слова Титова «Московский комсомолец».
Тема любопытная. И не столь очевидная, как кажется на первый взгляд. Это только с одной стороны тезис на уровне аксиомы. Но вот с другой — Массимо Каррера собеседование с ветеранами перед назначением проходил? А испытание суточной экскурсией?
Или другой пример. Олег Кононов был как раз глубоко пропитан великой историей «Спартака». Настолько глубоко, что требовал заполнить матчами «красно-белых» классиков все телеэкраны, которые создавали фон на клубной базе. Чтобы сегодняшние футболисты всё время имели перед глазами эталонные образцы и переполнялись той самой преемственностью. Результат? Переполнились? Отнюдь. Парни держали своего тренера за чудака и тихонько посмеивались в сторонке.
Пожалуй, преемственность — если мы хотим, чтобы она на самом деле работала, чтобы не просто тешила самолюбие ветеранов, а приносила пользу сегодняшней команде — должна выглядеть чуть иначе. Её, преемственность, в первую очередь должны воплощать люди, которые управляют клубом.
Павел Недвед в «Юве», Петр Чех в «Челси», Карл-Хайнц Румменигге в «Баварии» — это только некоторые примеры, самые яркие, такого рода преемственности. Легенды становились менеджерами — и клубы, обратим внимание, оставались в полном порядке. Более того, именно в этом, в использовании бесценного опыта звёзд в новом качестве, первые лица клубов видели одно из условий успеха. Успешной устойчивости — так точнее.
В «Спартаке» подобные примеры тоже были: Сергей Шавло, Станислав Черчесов, Валерий Карпин, Сергей Родионов, Дмитрий Попов работали директорами — кто генеральным, кто спортивным. Но команде это мало помогло.
Формально — да, побывали, строку в штатном расписании закрывали. Но управлять фактически — это совсем другое. Тут необходимы и способности, и образование, и тяга к этому делу. А из названных выше никто в управленцы не рвался — почти все они ощущали себя тренерами. Директорами становились скорее просто потому, что от таких предложений не отказываются.
При этом при должном желании найти подходящих людей вполне реально. Как минимум пара отличных вариантов есть под рукой.
Борис Кузнецов был в составе «Спартака» чемпионом СССР-1987 с Бесковым и -1989 с Романцевым. Впоследствии стал успешным бизнесменом, с нуля выстроил по-своему уникальное производство в сфере мясопереработки.
Дмитрий Ананко — обладатель единственного в истории комплекта из девяти золотых медалей чемпионата России. И во время игровой карьеры, и после её окончания постоянно учился, последние публичные сведения говорили о четырёх высших образованиях (в том числе, например, юридическом), хотя, не исключено, теперь их уже больше. Занимался менеджментом в разных сферах, как управленец был востребован футбольными клубами Тулы и Тамбова в пору их турнирного восхождения.
А ещё менеджеров можно выращивать. За два десятка лет можно было вырастить уже целую управленческую команду. Подобрать ветеранов, которые подходят по личным предпочтениям, подсказать, где лучше получить образование, и дать работу. А потом проводить обычную селекцию, как с футболистами.
И тогда вопроса преемственности на повестке не было бы. И для сохранения спартаковского духа не требовались бы музейные экскурсии и ветеранские ареопаги — этот дух жил бы в клубе естественной каждодневной жизнью.
Вопрос, похоже, в том, что сильный менеджер — это сильная личность. Тем более с богатым игровым спартаковским прошлым. Такой человек не станет безмолвным инструментом, не согласится на роль завхоза или завгара, даже если по должностной инструкции будет называться генеральным директором. Такой потребует профессиональной самостоятельности.
А готовы ли её предоставить? Что-то подсказывает, что нет. Вот потому, собственно, такая история с преемственностью. И музеями, есть подозрение, тут дело не исправить.
Читайте также:
- Ловчев считает, что «Спартаку» не грозит вылет в ФНЛ, клуб неплохо играет
- Генич допускает, что не все игроки «Спартака» понимают турнирное положение команды
- «Буду шокирован попаданием «Спартака» в «стыки» за место в РПЛ» — Каррера
