Алексей Николаев: «Кашшаи пришел на расстрельную должность»

О том, как он относится к ВАР, как его дочки-близняшки могут поколебать славу отца, как его судейскую бригаду охраняли спецназовцы в Мексике и о многом другом 49-летний Алексей Николаев рассказал Sportbox.ru.

«Если хоть раз вышел на поле со свистком, это навсегда»

— Как поживаете, Алексей?

— Как и все в это нелегкое время. Наша семья соблюдает все карантинные меры, предписанные властями, масочно-перчаточный режим.

— Где скрываетесь от вируса, если не секрет?

— Дома в Москве. Спокойно всей семьей относимся к сложившейся ситуации. Выезжаю разве что в Останкино.

— Как поддерживаете спортивную форму?

— Стараюсь держать себя в тонусе даже после завершения активной судейской карьеры. Очень люблю прогулки, а погулять в нашем районе, слава богу, есть где. Иногда и в футбол удается поиграть.

— За ветеранов?

— У нас есть своя компания.

— А в турнирах «Негаснущие звезды» участвуете?

— Мне туда еще рано — по возрасту не прохожу. (Смеется.) Но если через годик пригласят, с удовольствием соглашусь. Пока мне хватает и своей компании — мы собираемся два раза в неделю.

— Там есть известные футбольные люди?

— Нет, у нас представители самых разных профессий, у всех разные интересы, скажем так. Это не судейская компания.

— Но вы наверняка знаете, кто из бывших арбитров и сейчас в полном порядке на футбольном поле. В нашей журналистской компании по субботам в Лужниках играет ваш коллега Сергей Зуев, могу подтвердить — он у нас один из лучших.

— Ну вот, вы уже назвали фамилию одного замечательного человека, который действительно и на поле в порядке. Кстати, должен вас поправить — бывших судей не бывает. Если ты хоть раз вышел на футбольное поле со свистком, то это навсегда.

С судьями я обычно каждый год встречаюсь на турнире памяти Володи Петтая, который трагически погиб в авиакатастрофе в 2011 году. В этом году, правда, по семейным причинам мне туда попасть не удалось. Если судить по этому турниру, то до сих пор в хорошей спортивной форме Станислав Сухина и Юрий Баскаков. Думаю, они могут дать фору молодым.

«Вызвать по скайпу могут в любой момент»

— Вас не подкалывают по поводу частого появления на телеэкране?

— Я сам себя иногда подкалываю, потому что по разным программам идут повторы, и когда переключаешь телевизор, видишь на экране себя. А если говорить серьезно, то люди, те же соседи по дому, стали обращать внимание, что я время от времени стал появляться в телевизоре, и говорят мне об этом. Возможно, соскучились, потому что меня не показывали с тех времен, когда я был действующим арбитром (Смеется.)

— А кто вообще вас сосватал на ТВ?

— Это совместный проект Российского футбольного союза и «Матч ТВ». У них была обоюдная заинтересованность сделать программу о судействе, чтобы был объективный комментарий тех моментов, которые случаются в футбольном матче. Моя первостепенная задача — не обвинять судей, не утверждать, ошиблись они или нет, а говорить о причине ошибки и о том, как этого избежать в дальнейшем.

— Вам нравится такая работа?

— Новый опыт всегда интересен. Хотя и раньше, когда выходила в эфир программа Влада Батурина «Свисток», я с удовольствием принимал в ней участие. Здесь просто дело поставлено более серьезно, регулярный выход в эфир, запись программы — конечно, много интересного. Тем более что приходится общаться с людьми из другого мира. Есть чему поучиться в плане комментаторского мастерства у таких профессионалов этого дела, как Денис Казанский, Константин Генич, Михаил Моссаковский.

Очень приятно, что и мне иногда удается подсказать им что-то. Хорошо, что из обихода комментаторов, наконец, уходят такие выражения, как «боковой судья», «бровка», «штрафная площадка» и «ставить пенальти». Для ребят важно, чтобы их речь не резала слух. Мне за это тоже говорят «спасибо».

— Вам приходится смотреть все матчи тура?

— Все не получается, потому что иногда игры проходят в одно и то же время. Понятно, что некоторые приходится пересматривать в записи. А вообще мне всегда готовы помочь с просмотром матчей двое перспективных ведущих на «Матч Премьер» — Евгений Дзегуль и Александр Еремиев, с которыми мы часто встречаемся на программе «8-16». Еще в любой момент может попросить дать комментарий для своей программы Георгий Черданцев. То есть все время нужно быть, что называется, в теме, потому что в любой момент могут попросить выйти в эфир по скайпу.

Конечно, все обговаривается заранее, но порой бывает форс-мажор, требуется прокомментировать тот или иной эпизод через час.

— Вы, когда смотрите футбол, больше следите за игрой или все же по привычке за судьями?

— Все как-то гармонично сочетается. Но, конечно, смотришь футбол не как болельщик, оценки игровых моментов, безусловно, другие. Происходит какой-то эпизод — и ты начинаешь анализировать, почему это случилось и какое принято решение — правильное или неправильное. Я имею в виду чисто судейские моменты.

«Из зарубежных судей выделил бы Риццоли и Аткинсона»

— Ваше отношение к ВАР?

— Неоднозначное. Но мы должны принять это решение, потому что мир, в том числе футбольный, не стоит на месте.

В принципе ВАР — хорошая помощь арбитру. Мы видим много моментов, где эта система помогает исправить ошибки. Мне очень понравилась фраза Кирилла Левникова, сказанная в нашей передаче: «ВАР — это как подушка безопасности». В том смысле, что ВАР может спасти арбитра. Если ты выходишь на поле и знаешь, что тебе, если что, помогут, и если этим не злоупотребляешь, получается немножко другой подход. В игре бывают моменты, которые арбитр чисто физически не может видеть досконально. Вот как раз здесь ВАР ему во спасение.

— Как относятся к вашим публичным оценкам судейства действующие арбитры?

— Никаких звонков от судей не было, мои оценки никогда не обсуждали. А вот с людьми, которые закончили судейскую карьеру, бывает, разбираем какие-то моменты. Надеюсь, ребята понимают, что я стараюсь быть объективным и дипломатичным. Я такой по натуре.

С другой стороны, называть черное белым я тоже никогда не буду. Поэтому, когда есть возможность объяснить, почему судья в той или иной ситуации поступил так, а не по-другому, я говорю об этом, а не о том, что он плохой судья.

— Три лучших на сегодня российских арбитра?

— Я бы не стал кого-то выделять. Можно просто посмотреть статистику игр, кто какие игры судит — и прийти к определенному мнению. Тем более что у всех свои фавориты.

— А кого больше всего цените среди зарубежных коллег — нынешних или из недавнего прошлого?

— В моей судейской карьере были встречи с очень интересными арбитрами. Для меня это важно. Я бы выделил Николу Риццоли. Он многого добился в своей профессии. Заслуживает большого уважения долгая спортивная карьера еще одного моего хорошего знакомого — Мартина Аткинсона, которому доверяют судить топовые матчи английской премьер-лиги. Мы с ним ровесники, но он, в отличие от меня, до сих пор выходит на футбольное поле. Желаю ему и дальше успешно продолжать карьеру.

— В чем особенности российской судейской школы?

— У нас, пожалуй, все футбольные арбитры хорошо знакомы с футбольным мячом. Это, естественно, помогает в играх в плане единоборств, в плане понимания самого футбола. Ну, и подготовка арбитров в техническом отношении, тактическом, в плане знаний игры, наверное, тоже немаловажная особенность нашей школы судейства. Эта традиция продолжается еще с советских времен.

— Кого из футбольных арбитров считаете своими учителями?

— Как и у любого, учителей у меня очень много. Поэтому выделять кого-то я бы тоже не стал. На моем пути мне посчастливилось встретиться со многими известными личностями и арбитрами, и у каждого из них, наверное, я что-то брал в свою копилочку.

Никогда не скрывал, что мне всегда нравилась мягкая манера судейства, интеллигентная. Как у Юрия Сергеевича Савченко, Тараса Михайловича Безубяка. Мои учителя многое мне дали, поэтому я им очень благодарен.

«Разумные люди понимают, что проверка на полиграфе — ненормальная практика»

— Вы поддерживаете связь с Виктором Кашшаи?

— Мы давно знакомы, уже больше десяти лет. Более того, на одном из сборов элитных судей ФИФА даже жили в одном номере. После его назначения в России мы общались с ним несколько раз. Но не могу сказать, что регулярно контактируем друг с другом. Уверен: если какой-то вопрос возникнет у него или у меня, мы легко можем позвонить друг другу и обсудить любой момент.

— Что думаете о том, что наш судейский корпус возглавляет иностранец?

— Хороший вопрос. Российский футбольный союз сделал выбор в пользу Виктора Кашшаи. Что здесь обсуждать?! Как руководство решило, так тому и быть. Для всех очевидно, что у нас в России много талантливых людей, которые могли бы возглавить судейский корпус. Так всегда было, и надеюсь, так и будет. Главное, чтобы они были востребованы.

Для Виктора это большая честь. Поэтому могу только пожелать ему удачи. Хотелось бы также, чтобы наши известные в недавнем прошлом арбитры помогли ему, подсказали, поскольку в России, как и в любой другой стране, в работе есть своя специфика. У нас есть делегаты и инспекторы УЕФА, которые выезжают на международные матчи и находятся в курсе последних событий. Они тоже могут подсобить Кашшаи.

— Вы один из лучших арбитров в истории российского футбола. Как думаете, почему наши люди, в том числе и вы, долго не задерживаются в высших эшелонах судейской власти?

— Ой, знаете, это расстрельная должность. Когда человек туда идет, он понимает, что будет очень непросто и всегда во всем будут обвинять его. За мою судейскую карьеру сменилось, наверное, порядка десяти-двенадцати руководителей департамента судейства.

По большому счету думаю, нашим людям надо доверять и давать им возможность поработать на этой должности подольше. Хотя, конечно, если брать результаты определенных руководителей, то, возможно, стоит и раньше принимать какие-то решения, чтобы улучшить работу судейского корпуса. Особенно тогда, когда для всех очевидно, что у человека не получается. Из тех руководителей, которые у нас были, отметил бы Валентина Иванова, Сергея Зуева, Николая Левникова. Можно еще вспомнить Роберто Розетти. Они работали во благо российской судейской школе.

— У вас наверняка много судейских наград. Какая из них дороже всего?

— Каждая дорога по-своему, каждая говорит о том, что ты чего-то добился в жизни. Тебя отмечают — и это очень приятно. Могу вспомнить и «Золотую мантию» от «Спорт-Экспресса», и признание лучшим арбитром сезона Российским футбольным союзом. Памятных знаков тоже хватает, потому что я судил и Суперкубки, и финал Кубка России. Ценю также награды, добытые еще в карьере игрока. В свое время я играл в футзал, и там мне тоже удалось чего-то добиться.

— Какие эмоции у вас вызывают разговоры о «заговоре судей» против той или иной команды?

— Естественно, негативные. Но мы знали, какую профессию выбирали. Поэтому стараемся быть готовыми к любым разговорам. Другое дело, что есть определенная грань, и когда ее переходят, начинают обвинять людей и приглашают их пройти проверку на полиграфе, разумные люди понимают, что это ненормальная практика. Все могут ошибаться. Надеюсь, мы не дойдем до такого абсурда, что будем приглашать на полиграф футболиста, который не попал в пустые ворота.

Ну, какой заговор может быть у судей против какой-то команды? Конечно, нет. Хотя футбол, да, это всегда эмоции. Но, повторяю, есть определенная грань, через которую переходить нельзя.

«Мой второй день рождения — 7 апреля»

— Кроме телевидения вы где-то еще заняты в футболе?

— Да, в программе РФС «Таланты и наставники», которую возглавляет Юрий Валерьевич Баскаков. Там ведется очень интересная работа, связанная с поиском перспективных арбитров, которые в будущем могут дорасти до уровня премьер-лиги или даже ФИФА. Наша цель — обучать молодежь, просматривать игры и передавать свой опыт.

— Если бы не футбол, где бы вы, скорее всего, нашли применение своим знаниям и умениям?

— Я закончил Московский энергетический институт и всегда с удовольствием вспоминаю студенческие годы. Но уже тогда я понимал, что без футбола мне в жизни будет тяжело, потому что это было время расцвета моей игроцкой карьеры и становление как судьи — я уже был на подходе к премьер-лиге.

Все-таки футзал — травмоопасный вид спорта. Как большой футбол, только в зале, на разных покрытиях. Можно было получить травму — и забыть о судейской карьере, которая у меня тогда только начиналась.

Возвращаясь к вашему вопросу, еще год назад я, наверное, затруднился бы на него ответить. А сейчас, проработав немножко на «Матч ТВ», понял, что, быть может, мне было бы интересно попробовать себя в телевизионной индустрии.

— Самый памятный матч в вашей карьере?

— Их много было! Например, все дерби «Спартак» — ЦСКА. Среди них выделил бы то, что состоялось 29 октября 2016 года (матч закончился победой красно-белых — 3:1. — Прим. Sportbox.ru). В то время я исполнял обязанности руководителя департамента судейства и, несмотря на это, вышел на поле, что само по себе было уникальным опытом. Плюс ко всему мне посчастливилось выйти на газон, держа за руку моих дочерей. Это было незабываемое мгновение для всех нас, сумасшедшая ответственность на мне.

Да, это один из тех матчей, который вспоминается всегда. И фотографий с него у меня осталось немало. Во время построения команд я стою вместе с капитанами и своими детьми. Это навсегда!

— А самый трудный?

— Таких тоже хватало. Вообще все матчи непростые в плане психологии — и наши дерби, и международные. Вспоминаю, как в 2011 году мы с Антоном Аверьяновым и Тихоном Калугиным были на юношеском чемпионате мира в Мексике, пробыли там 33 дня, и все игры получились сложными, в том числе потому, что там выступали сборные разных конфедераций. Нам посчастливилось работать на полуфинале Бразилия — Уругвай. Плюс еще погодные условия были трудными — высота, жара.

— Вам когда-нибудь угрожали на почве судейства?

— Тьфу-тьфу-тьфу, за все время судейства у меня складывались нормальные отношения со всеми командами. Даже когда я ошибался, ко мне относились с пониманием. Что поделаешь, все ошибаются. Сейчас с ВАР к судьям, конечно, немного другое отношение — многие считают, что арбитры не имеют право на ошибку. Но на ВАР тоже работают живые люди. Так что это не панацея.

Другое дело, что авторитет судьи и личностный фактор уходят на второй план, что мне, в общем-то, не нравится. Но это реалии нашего времени.

— С кем из известных футболистов было легко на поле, а с кем тяжело?

— Мне со всеми работать было нормально и комфортно. Я бы даже сказал, что мне в жизни посчастливилось выходить на поле с большими футболистами, наслаждаться их мастерством. Можно многих перечислить, но, чтобы никого не забыть, не обидеть, фамилий называть не буду.

— Ваш самый экзотический выезд на матч в качестве арбитра?

— Пожалуй, таких было два. Первый случился на чемпионате мира в Мексике. При выезде на полуфинал в городе Гвадалахара нашу бригаду, передвигавшуюся на микроавтобусе, помимо полицейского эскорта сопровождал военный вертолет. С него прямо над нашими головами свешивались то ли полицейские, то ли военные, то ли спецназовцы с оружием в руках. Прямо как в детективе каком-то! Это было настолько необычно! Суперохрана прямо у нас на глазах.

А самая интересная история была для меня как второе рождение. Это случилось 7 апреля 2016 года. Мы вылетали на игру в Махачкалу. Еще в Москве узнали, что в столице Дагестана туман. И командир корабля это подтвердил. Сказать, что при посадке нам было некомфортно, — не сказать ничего. Три раза заходили на посадку, вот уже вроде земля — и все равно командир принимал решение уходить на очередной круг. В конце концов нас отправили на запасной аэродром — в Минеральные Воды.

Только ближе к обеду в день игры мы все-таки добрались до Махачкалы. Инспектором тогда был Александр Колобаев — он уже потирал руки, чтобы наконец-то выйти на поле, как раньше, в качестве главного арбитра. Но мы успели к началу матча. Потом много раз шутили с ним на эту тему. Я пересматривал эту игру и могу заверить, что отработали мы очень даже хорошо — несмотря на нестандартные условия, в которых готовились.

«Люблю ходить на хоккей»

— Как к вашей работе относятся дома?

— Перед свадьбой, когда люди понемногу узнают друг друга, моя будущая супруга уже понимала, что я в футболе, в судействе и что это на всю жизнь. Это были еще студенческие годы, и ясно, что нас ждали определенные испытания. В дальнейшем, конечно, с ее стороны была полная поддержка, переживания, потому что я постоянно уезжал на игры, а каждый полет — определенный риск, стресс.

Потом полтора года после окончания активной судейской деятельности было непривычно — по выходным папа дома, а не где-нибудь на игре. То же самое и в отношении телевидения: сначала какие-то эмоции, а теперь все успокоилось. Мое появление на экране стало чем-то самим собой разумеющимся. Все привыкли и к такой моей работе.

— Расскажите, пожалуйста, немного о супруге и детях.

— О них — всегда с удовольствием! Супругу зовут Светлана. У нас растут замечательные, талантливейшие дочери-двойняшки Ксения и Анастасия. Им сейчас по 13 лет, еще не взрослые, но уже и не дети. Обе с удовольствием изучают два иностранных языка, очень любят рисовать, и у них это хорошо получается.

Кроме того, их любимое занятие — народное пение, они солистки ведущего творческого коллектива города Москвы — ансамбля народной песни «Веселина». Уже не первый год отдают ему почти все свободное время. Рад, что у этого дружного коллектива все получается. Они часто принимают участие во всевозможных конкурсах, в том числе и выездных. Есть определенные успехи, и хочется пожелать, чтобы дочки и дальше развивались в этом плане.

— Как ваша семья проводит отпуск?

— Обычно. Никаких Мальдивов и Доминикан у нас нет. Я вообще не люблю дальние поездки, потому что досыта наездился и игроком, и судьей. Как игрок сборной России и ведущих клубов страны побывал на мировых футзальных форумах в Боливии и Колумбии, а как судья работал на юношеском чемпионате мира в Мексике. Впечатлений мне хватило на долгие годы.

Мне теперь даже интереснее поездить по нашей стране, ведь у нас действительно есть что посмотреть. И в Подмосковье, и вообще в России. Эти путешествия нам тоже очень нравятся. Поэтому при первой возможности отправляемся в путь.

— Что вас интересует в жизни помимо футбола и путешествий?

— Как и любому человеку, мне хочется быть разносторонним. Очень люблю, к примеру, посещать хоккейные матчи.

— И кому, любопытно, симпатизируете?

— Вопрос на засыпку — отвечать не буду. Скажу лишь, что мне нравится сама атмосфера, как там по-домашнему все организовано. Люди приходят болеть семьями, с детьми. На трибунах нет какого-то негатива, исключительно корректная поддержка болельщиками своей команды.

А игры сборной — просто грандиозное событие. Я имею в виду время еще до пандемии, когда народу полный стадион.

Вот, кстати, и ответ на ваш вопрос: я симпатизирую сборной России.

«Мне интересно с ветеранами. Они могут рассказывать байки часами»

— Вы с компьютером на «ты»?

— Нет, как-то не дается он мне. Зато дочки знают его от и до. И всегда готовы мне помочь, когда что-то не получается. Раньше даже трудно было предположить, что появятся такие технологии, как Zoom. А сейчас об этом знает каждый школьник, причем, кажется, с первого класса. Коммуникации в наше время выходят на первый план. Хотя должен сказать, что никаких инстаграмов у меня сроду не было, и я, честно говоря, пока о них не задумываюсь.

— С кем из футбольных людей вам приятнее всего было бы посидеть за одним столом?

— Тоже интересный вопрос, но даже не могу выделить кого-то одного. Потому что обидятся другие.

— Ну, назовите тогда пять человек…

— Пятерых тоже не назову. Есть много людей, с кем мне было бы интересно пообщаться. Например, с нашими ветеранами. Среди них можно назвать практически всех, потому что каждый может рассказать много любопытного из нашего советского прошлого, когда не было ни камер, которые смотрят футбол, ни детекторов, ни даже флагов с «бипами».

Зато были личности, которых мы вспоминаем до сих пор. Таких можно назвать очень много. С каждым из ветеранов было бы интересно посидеть за чашечкой чая, послушать все эти истории, байки, которые они могут рассказывать часами. В наше время в них порой трудно поверить, но я сам застал те годы, когда не было мобильных телефонов и когда назначения на матчи, к примеру, присылали на открытке, а не как сейчас — на электронную почту.

— Алексей, в будущем году вам стукнет 50. Как бы хотели отметить юбилей?

— Ох, никогда не люблю загадывать. Даже когда меня спрашивают, какие у меня планы через неделю. Правильно говорят: если хочешь рассмешить бога, расскажи ему о своих планах.

До пятидесяти еще чуть меньше года, так что поживем — увидим.

— К мнению какого человека вы прислушиваетесь всегда?

— Всегда с уважением прислушиваюсь к мнениям других людей, с которыми чаще всего приходится общаться.

— Что вам нравится в Москве и что нет?

— Нравится почти все, потому что это город, где я родился и вырос. Нравится гулять в наших замечательных парках, в частности недалеко от дома — в Коломенском и Царицыне. Там можно пропадать целыми днями, там царит атмосфера психологической разгрузки от тяжелых будней. Ведь я до сих пор переживаю за ошибки коллег.

А не нравится — здесь не буду оригинален — то, что у нас такие пробки, в которых приходится стоять часами. Я часто сталкиваюсь с этим на пути из Чертанова в Останкино.

— И последний, можно сказать, уже традиционный вопрос: что, по-вашему, счастье?

— Как и для всех, здоровье семьи, когда ты видишь всех здоровыми и счастливыми. Это главное в жизни.