Стадион «Гази», Австралия, смерть… Что будет с футболом Афганистана?

Когда стало понятно, что Кабул будет взят, а проамериканское правительство капитулирует, афганская прогрессивная общественность запаниковала. Футбольная сфера не стала исключением. При новом режиме, существующем по радикальным исламистским законам, ничего хорошего спортсменам ждать не приходится. Они просто не вписываются в новую государственную идеологию.

Австралия принимает женщин

Самый высокий уровень беспокойства вызывала судьба женской сборной. По законам шариата, женщинам практически все запрещено, что уж говорить об игре в футбол. Экс-капитан национальной команды Халида Попал с болью говорила в интервью The Guardian:

— Всю жизнь призывала наших футболисток и всех женщин Афганистана не бояться говорить. Теперь же призываю их молчать, ни с кем не встречаться и полностью стереть свою идентичность. Мне очень тяжело произносить эти слова, просить их отказаться от всего, что они с таким трудом зарабатывали. Помню, как сама впервые надела футболку национальной команды. Это было особое чувство — возможно, даже более сильное, чем чувство после победы на чемпионате мира. Мы были счастливы и горды, мы ощущали себя победительницами. И вот мне приходится просить их сжечь свою форму и удалить все фотографии.

Афганские спортсменки (не только футболистки) были важным элементом в построении либеральной демократии в стране. Они своим примером продвигали равноправие, занимались сексуальным просвещением, обсуждали в социальных сетях различные общественные проблемы, которые раньше были под запретом, — например, домашнее насилие. С приходом талибов их не ждет ничего хорошего. Хотя бородатые мужчины с АК-47 обещают всем желающим свободный выезд из страны, доверять им довольно сложно. Американка Хейли Картер, некоторое время назад работавшая помощником тренера в женской сборной Афганистана по футболу, утверждает:

— Если вы думаете, что они изменились, то да, они изменились. Они стали умнее. Они эволюционировали в худшую сторону. Сейчас их осторожность связана лишь с тем, что за ними наблюдает весь мир.

С момента взятия Кабула Хейли Картер и Халида Попал принимали активное участие в том, чтобы вывезти афганских спортсменок из страны. Они общались с Олимпийским комитетом, ФИФА, профсоюзом футболистов FIFPro — делали все возможное для того, чтобы мировые лидеры услышали о проблеме и оказали посильную помощь. Для Попал миссия по спасению сборной стала практически важнейшим делом в жизни, ведь эта команда олицетворяла ее личные идеи и ценности:

— Женская сборная Афганистана по футболу создавалась, чтобы бороться против радикальной исламистской идеологии, против людей, которые отобрали у женщин право на образование и какое-либо социальное участие. Против людей, которые заставляли нас молчать, держали нас в темных домах без возможности выйти на свет. Создание этой команды, в котором я принимала непосредственное участие, было для нас формой активизма, способом подняться с колен и показать, что вместе мы сила.

История еще не закончилась, но кое-какие позитивные моменты есть. 77 спортсменок, включая футбольную команду Афганистана, 25-го августа приземлились в Австралии. В заявлении FIFPro по этому поводу сказано:

— Благодарим правительство Австралии за эвакуацию большого числа спортсменок из Афганистана. Эти молодые женщины, которые, помимо всего прочего, являются еще и общественными активистками, были в опасности. Благодарим также все международное сообщество, которое пришло им на помощь. Предстоит еще много работы, чтобы все эти люди адаптировались и получили жилье в новой стране. Также осталось еще множество спортсменов в Афганистане, которым тоже нужны помощь и поддержка.

Халида Попал и остальные теперь могут немного выдохнуть. Когда стало известно, что афганские спортсменки успешно долетели до Австралии, экс-футболистка призналась:

— Последние дни были невероятно тяжелыми, но мы добились важной победы. Афганские футболистки проявили силу характера и храбрость в момент опасности. Надеюсь, они смогут начать новую жизнь за пределами родины. Женский футбол — это большая семья, и мы должны убедиться в том, что все ее члены находятся в безопасности.

Заки Анвари

Афганские футболисты на международном рынке котируются не очень сильно. Самый дорогой из них — правый вингер голландского «Херлена» Омран Хайдари — стоит всего 500 тысяч евро. У кого-то и вовсе нет странички на портале Transfermarkt. Например, у 17-летнего игрока юношеской сборной Заки Анвари, которого на родине даже сравнивали с Лионелем Месси.

Анвари стал одним из тех, кто погиб в аэропорту Кабула в первый день прихода талибов. За его спиной не оказалось международных организаций и движений, которые помогли бы ему уехать из страны. По крайней мере, сам он о таких не подозревал. Узнав, что боевики берут столицу, он вместе с друзьями бросился в аэропорт, предварительно позвонив брату. Тот пытался отговорить Заки, но безрезультатно. Молодой полузащитник заявил, что «обязан попробовать» улететь из Афганистана, где он больше себя не видел.

Анвари вырос в прогрессивной семье, ходил во французскую школу и о тех, кто правил страной в 90-е, слышал только от старшего поколения. Он играл за местные клубы, следил за европейским футболом, ужинал с товарищами в Макдональдсе. Естественно, истории о тяжелом прошлом казались ему дикостью.

В аэропорту расчет был исключительно на удачу. Как отмечал впоследствии старший брат футболиста Закир, у Анвари не было ни паспорта, ни билета. Однако днем ранее американский самолет увез из Афганистана около 700 беженцев, и во многих это вселяло надежду. Увы, на этот раз все было иначе. На борт никого не брали, поэтому люди безрассудно цеплялись за крылья и прочие части самолета. Цеплялся и Анвари, но в какой-то момент, разумеется, не удержался и упал.

Теперь о случившемся знают все. Недавно в ФИФА заявили, что работают над ситуацией и стараются организовать эвакуацию других футболистов из страны:

— ФИФА работает в тесном контакте с правительствами многих государств и другими организациями с целью вывезти из Афганистана всех, кто находится в опасности. Мы задействуем все ресурсы, чтобы эвакуировать футболистов и других спортсменов. Это очень непростая ситуация.

Футбол выживет?

Талибы правили Афганистаном с 1996-го по 2001-й. Многие убеждены, что при них никакого футбола в стране не было. Однако это не так. Афганские радикалы были тоже иногда не прочь понаблюдать за игрой.

В прошлое правление радикалы использовали футбол, чтобы продвигать свои идеи и поднимать свой престиж. У лидеров движения были личные команды, которые они спонсировали и в которых распоряжались всем по своему усмотрению: вплоть до того, что решали, сколько будет зарабатывать тот или иной игрок. Интересно, что футбол тогда подогнали под законы шариата. К примеру, футболистам было запрещено играть в шортах, а болельщики молились прямо на трибунах. За нарушение правил наказывали по всей строгости. Доставалось даже приезжим. Широкую известность получил случай в 2000 году, когда футболисты одного пакистанского клуба, игравшие в гостях против афганцев, поплатились за свою «неправильную» форму. Их арестовали и обрили наголо.

Главным стадионом для битв подконтрольных правителям страны команд (которые все базировались в Кабуле) всегда был стадион «Гази». На нем же впоследствии  играли представители женской национальной сборной, а также Заки Анвари. Сам стадион имеет дурную славу. Известно, что талибы не только проводили на нем матчи, но и совершали по пятницам публичные казни. 

В 2002-м на «Гази» провели товарищеский матч Англия — Шотландия, который был призван стать торжеством освобождения афганского народа — за сборные играли вовсе не британцы, а местные, которых просто разделили на две команды. К сожалению, возможно теперь афганскому мячу снова предстоит скакать по траве, пропитанной кровью, которую так старательно пытались отмыть последние двадцать лет.

Впрочем, футбол в Афганистане пока не остановился. Через четыре дня после взятия Кабула даже состоялся матч местной премьер-лиги. Игры продолжаются, но это может быть временным явлением. В данный момент у новых хозяев страны есть дела поважнее: нужно разобраться с политическими оппонентами, наладить международные отношения, как-то успокоить народ и международную общественность — в общем, унять всеобщую панику. После взрывов в аэропорту это будет еще сложнее, так что думать о футболе просто некогда. Но рано или поздно и в эту дверь постучат…