Сейчас 38-летний Жоао Карлос живет в Рио, занимается агентской деятельностью и вопреки всем запретам каждое утро совершает пробежки по опустевшим из-за пандемии пляжам.
— Как поживаете?
— Бывало и лучше. (Смеется.) Сидим дома, потому что ситуация с коронавирусом в Бразилии довольно серьезная. Вся семья в четырех стенах, выходим только в супермаркет или аптеку. Скорее бы уж закончилась эта пандемия!
«У полиции все под контролем»
— Судя по телефонному коду, вы живете в Рио-де-Жанейро?
— Да. У меня дом в районе Рекрейю душ Бандейрантеш, в западной части Рио.
— У меня в голове не укладывается, как кариока — жизнерадостный, непоседливый житель Рио — может сидеть взаперти месяц, а то и два…
— Вы правы — карантин точно не для нас! К счастью, наш дом расположен недалеко от пляжа, поэтому я каждый день в шесть утра, пока на улице никого нет, отправляюсь на пробежку. И потом сразу назад.
— По последней информации Бразилия вышла на второе место в мире по числу зараженных. Ситуация действительно становится все более тревожной?
— Да. Никто даже представить себе не мог, что по прошествии двух месяцев карантина обстановка будет не улучшаться, а ухудшаться. Каждый день сотни, тысячи новых инфицированных, сотни умерших. Если принимать эти цифры близко к сердцу, становится по-настоящему страшно.
— Условия карантина у вас жесткие?
— В Рио-де-Жанейро нельзя появляться на улице без маски, запрещены развлечения, необходимо соблюдать социальную дистанцию. Не все, конечно, выполняют эти правила, но большинство в самом деле находится дома.
— И знаменитые пляжи Рио пустуют?
— В основном да. Кое-где, правда, можно встретить купальщиков или серфингистов, но это как раз те, кто игнорирует требования властей.
Зато пляжи стали намного чище. И вода, и песок. Но поверьте, нам очень трудно усидеть дома.
— Футбол в Бразилии парализован, все турниры остановлены. И все же не поверю, чтобы где-нибудь во дворе или на том же пляже мальчишки или даже взрослые дяди не гоняли мяч.
— Все игры под запретом. И полиция строго это контролирует — и на улице, и на пляжах. Некоторые клубы, несмотря ни на что, уже возобновили тренировки, но когда вернется чемпионат — никто не знает. Никаких сроков пока нет. Надо потерпеть.
«Ромарио? Простой, скромный парень…»
— Сменим тему на более приятную. С тех пор как вы уехали из России, у вас в семье изменений не произошло?
— Нет, мы с Фернандой (жена Жоао Карлоса. — Прим. Sportbox.ru) давно решили, что остановимся на двух детях, тем более что у нас, как и мечтали, сын и дочка. Мария Эдуарда в июне отметит 16-летие, а Жоао в том же месяце исполнится 12.
— Жоао-младший, должно быть, как и отец, неравнодушен к футболу?
— А как же! Занимается в футбольной школе «Васку», в Рио-де-Жанейро, где когда-то начинал и я.
— Вы давно завершили игровую карьеру?
— Два года назад. Теперь занимаюсь агентской деятельностью. Наша компания ведет 30 футболистов. В перспективе задача — продавать игроков в Европу и Азию и на этом зарабатывать.
Бизнес веду вместе с лучшим другом. Агентство открыл давно, лет семь назад, когда еще сам играл.
— Какой сделкой можете похвастаться?
— (Задумывается.) Наверное, это Леонардо, который раньше играл в «Анжи». Пару лет назад я устроил его в «Аль-Вахду», клуб из Объединенных Арабских Эмиратов. Он остался очень доволен переходом, а наше агентство получило неплохие комиссионные.
— Вы начинали в «Васку», где тренировались и играли с такими звездами, как Ромарио, Жунинью Пернамбукану и Жунинью Паулиста. Что это были за мастера, всем известно, а какими человеческими качествами они вам запомнились?
— Они были примерами профессионализма на поле и за его пределами. Восхитительные футболисты и в то же время скромные, простые люди. Корректные и очень дружелюбные. Для меня это был колоссальный футбольный и жизненный опыт, который затем мне очень пригодился в Европе. Я играл с ними полтора года.
— Как из прославленного «Васку», команды Ромарио и Жунинью, вы попали в софийский ЦСКА?
— В какой-то степени случайно. «Васку» встречался с «Сан-Паулу», в котором тогда блистали Кака, Луис Фабиано, Жулио Батиста… Причем мы играли вдесятером — у нас одного футболиста удалили. Мне пришлось изрядно побегать за звездами «Сан-Паулу».
А после игры ко мне подошел тренер-болгарин, который прежде играл в Португалии, и пригласил в ЦСКА, сказав, что этот клуб выступает в Лиге чемпионов. Я мечтал об этом и почти сразу согласился. Условия были хорошими, а зарплата намного больше, чем дома. Президент «Васку» противился переходу: я был молодой, перспективный, и он хотел продать меня в какой-нибудь крупный европейский клуб, но никак не в Болгарию. Однако все было решено.
Так в 2002 году я оказался в Софии. В первый же год мы стали чемпионами Болгарии, пробились в Лигу чемпионов. Выходит, я сделал правильный выбор.
— София, как выяснилось, стала лишь отправной точкой вашего увлекательного путешествия по Европе…
— После двух лет в Болгарии меня продали в бельгийский «Локерен». Агент сказал, что моя игра нравится президенту этого клуба. Я тут же сел в машину и поехал в Бельгию. Познакомился с президентом, он рассказал о своем проекте развития клуба.
В Болгарии мне было очень хорошо, но Бельгия — это Бельгия. Европа! Там все намного современнее, цивилизованнее, что ли. Именно там я познал европейские ценности. В то время Болгария еще не входила в Европейское Сообщество, там преобладало коммунистическое мировоззрение.
Президента ЦСКА предложение «Локерена» устроило — и я уехал.
«В одной команде с Роберто Карлосом даже представить себя не мог»
— А кто в январе 2011-го пригласил вас в «Анжи»?
— Гаджи Гаджиев. Он увидел меня на предсезонке в Анталье в составе «Генка», я ему понравился, и он запомнил мою фамилию. А когда Сулейман Керимов купил «Анжи» и велел приобрести именитых, квалифицированных игроков, Гаджиев вспомнил обо мне. Так что со мной контракт подписали еще до того, как в «Анжи» появились звезды.
— Могли ли вы мечтать, что будете выходить на поле в одной команде с Роберто Карлосом и Самюэлем Это’О?
— Никогда! Роберто Карлос всегда был моим кумиром. Он выиграл со сборной Бразилии чемпионат мира 2002 года. Это была потрясающая команда! Я даже представить не мог, что когда-то стану его одноклубником и другом. Это было что-то вроде исполнения мечты.
— Чему вы научились, работая рядом со звездами в «Анжи»?
— Очень многому. Когда прежде я смотрел на них со стороны, казалось, что они слеплены из другого теста, недосягаемы. А на самом деле все они оказались простыми, непритязательными людьми. Не знаю, как другие, но лично я рядом с ними чувствовал себя равным.
Они научили меня тому, что нужно быть самим собой, оставаться человеком независимо от того, сколько у тебя денег или насколько ты знаменит. Понял это, общаясь с ними в раздевалке, на поле и за его кромкой.
— Кто был самым трудолюбивым в том «Анжи»?
— Знаете, у нас вся команда вкалывала на тренировках с одинаковой самоотдачей. Глядя на то, как работают звезды, все остальные старались от них не отставать. Это был очень сильный мотивационный момент: «Если они выкладываются полностью, то почему я должен недорабатывать?!»
Повторяю, мы тренировались очень ответственно, и в то же время было весело.
— Керимов любил дарить своим футболистам дорогие подарки — автомобили и тому подобное. Вам что-то досталось от него на память?
— Я, как уже сказал, появился в команде еще до приезда звезд. Роберто Карлос приехал недели две спустя — и, если не ошибаюсь, с него и началась эта традиция. Каждый новичок получал в подарок или часы, или еще что-то ценное.
Но мне вполне достаточно было того, что предусматривал контракт. Не говоря уже о самой возможности играть в одной команде с Роберто Карлосом, Это’О и другими мастерами.
— Что вас больше всего поразило в «Анжи»?
— Наверное, все. Если откровенно, я побаивался ехать в Махачкалу. Читал в интернете, что жизнь в этом городе нелегкая, что там много проблем, случаются террористические акты. Но после того как в команду приехали Роберто Карлос и другие звезды и стало известно, что мы будем жить в Москве, отступило.
Никогда не забуду наш первый матч в Махачкале. Нас настолько тепло встретили местные болельщики! Оказалось, что простые люди, работяги хорошо разбираются в футболе, полны страсти к своей команде.
Обычно мы прилетали в Махачкалу за день до игры. И представляете, на тренировку собиралось по 10 тысяч человек! Уму непостижимо! И это не в Мадриде или Барселоне, а в столице Дагестана! Мы были счастливы фотографироваться с болельщиками, давать им автографы, общаться.
— Почему, с вашей точки зрения, этот проект лопнул?
— По правде говоря, я так и не понял. Когда-нибудь я задам этот вопрос Керимову, поинтересуюсь, почему он перестал вкладывать средства в «Анжи», почему поставил крест на мечте тысяч дагестанцев.
Да, мы не стали чемпионами России, а только пробились в Лигу Европы. Но я абсолютно убежден, что золото никуда бы от нас не уплыло. У нас была очень хорошая команда — и результат точно бы пришел.
Мы начали, если не ошибаюсь, с двух или трех ничьих, хотя заслуживали в тех матчах большего. Нам не хватило времени для того, чтобы созреть как команде. Но мы были на правильном пути и непременно пробились бы в Лигу чемпионов.
Мало кто знает, но мы действительно грезили этой целью. Поверьте человеку, который одним из первых пришел в тот «Анжи» и одним из последних из него ушел. Позже с командой расстался только Жусилей.
В общей сложности я провел в «Анжи» два с половиной года, это было прекрасное время, за что я искренне благодарен Керимову, всему дагестанскому народу. Этот период мне никогда не забыть.
«Решающее слово было за Карпиным»
— Какие воспоминания у вас остались о «Спартаке»?
— Наилучшие. «Спартак» совсем не похож на «Анжи». Эта команда намного популярнее, по-настоящему народная. «Спартак» — это торсида. Куда бы ты ни ехал играть, везде чувствовал сумасшедшую поддержку болельщиков, их объятия. Иногда казалось, что в России все болеют за «Спартак». Почти на каждой игре собирался целый стадион, поэтому давление на игроков было огромным.
К большому сожалению, в «Спартаке» у меня было много травм и я сыграл не так много матчей, как хотелось бы. Но все равно некоторые из них врезались в память, в первую очередь встречи с ЦСКА и «Зенитом», которые неизменно проходили при аншлаге. Да почти на всех выездах спартаковцы собирали максимальную аудиторию.
— Зарплата в «Спартаке» у вас наверняка была заметно меньше, чем в «Анжи»?
— Нет, в Москве меня тоже ценили высоко. Вероятно, потому, что до этого я регулярно играл за «Анжи», причем в звездной компании. Признаться, перед переходом в «Спартак» у меня было несколько предложений из Европы, Бразилии и из той же России. Но мы с моим агентом выбрали «Спартак». Не в последнюю очередь потому, что моя игра нравилась Карпину, тогдашнему тренеру команды.
Так что зарплату в «Спартаке» я получал примерно такую же, как в «Анжи». Другое дело, что в махачкалинском клубе премиальные были больше. Вот здесь — да, разница была, и существенная.
— Кто в ваше время был самым мастеровитым игроком в России? За исключением таких колоссов, как Это’О и Роберто Карлос.
— Мубарак Буссуфа. Я восхищался тем, как он умеет контролировать мяч. В этом он не уступал никому в «Анжи». Счастлив, что у меня была возможность тренироваться и играть рядом с ним. Он один из самых техничныхигроков, с которыми мне доводилось иметь дело.
— Поддерживаете связь с теми, с кем играли в России?
— С бразильцами? Почти со всеми. С Жусилеем, который сейчас живет в Рио. С Диего Тарделли из «Атлетико Минейро». С Роберто Карлосом, который опять в Мадриде, в «Реале». С Виллианом из «Челси». Мы постоянно обмениваемся посланиями в WhatsApp или Instagram. Так что не беспокойтесь, мы на связи.
— А со своим земляком Вагнером Лав?
— Он мне больше, чем друг. Он как брат. Мы росли вместе в Бангу, пригороде Рио. На одном автобусе ездили на тренировки в футбольную школу и обратно. Вместе попали в «Васку», хотя он на два года младше меня.
Позднее — в это сейчас трудно поверить — президент «Васку» выгнал Вагнера из команды, потому что он был слишком маленьким, а я остался в клубе.
Я был счастлив встретиться с ним в России! Теперь общаюсь с ним почти каждый день, наши жены тоже знакомы. В общем, Вагнер — это брат, которого я нашел в футболе.
«Скучаю по Москве»
— Что дома напоминает вам о нашей стране?
— Матрешки, макет Кремля, картины, футболки «Анжи» и «Спартака», фотографии… У меня есть сувениры из всех стран, где я играл.
— Скучаете по России?
— Конечно.
— По чему именно?
— По Москве. И не только я — моя жена и дети тоже. Невероятно красивый город! Рестораны, центральные улицы, где всегда полно иностранных туристов, доброжелательные люди… Мне этого не хватает. Ведь мы провели в Москве четыре с половиной года. Радостей там было намного больше, чем горестей.
Скучаю по своему водителю, который возил меня сначала в «Анжи», потом в «Спартаке». Его зовут Алексей Борода. Он мне здорово помог, особенно на первых порах.
— Что российские футболисты обычно просили вас привезти им из Бразилии?
— Футболки разных бразильских клубов, сувениры, изображения статуи Иисуса Христа или горы Сахарная Голова в Рио. Я тащил все это чемоданами — даже не футболистам, а тем кто обслуживал команду, — администраторам, массажистам, переводчикам, работникам клубного офиса. Они не были на виду, но делали очень важную работу.
— Если бы у вас была возможность поужинать с кем-то из вашей прошлой жизни, на ком бы остановили свой выбор?
— (Задумывается.) Из футбольной жизни?
— Не важно.
— Трудно выбрать кого-то одного… Столько хороших людей было в Бельгии, в России. Может, с Керимовым? Пожалуй, с ним. Трудно себе представить, чтобы миллиардер был таким простым человеком. Он приглашал футболистов «Анжи» к себе домой, мы вместе делали шашлык. И это было не раз, не два и не три.
Было бы интересно снова встретиться с ним, поговорить, получше узнать его и его семью. Он большая личность.
— Самый счастливый день в вашей жизни?
— Когда родились мои дети. Когда я увидел их в первый раз.
— И наконец, чего больше всего сейчас хотите?
— Чтобы хватило здоровья беспечно жить на пенсии. На протяжении карьеры я делал для этого все возможное.
