Наверное, если бы Жано провёл в «Спартаке» и десять следующих лет, он по-прежнему воспринимался бы как подающий надежды. И дело не только в лёгкости фигуры – в лёгкости мыслей тоже. Или, говоря иначе, в легкомыслии. Какое-то мальчишество сквозит в нём, даже когда он хочет казаться мужчиной.
В начале сезона, помнится, решил публично вправить мозги молодым. Мол, не вижу огня в глазах, не вижу готовности цепляться за свой шанс. И даже назвал фамилии: Игнатов, Умяров, Глушенков. Видимо, в понимании спикера претензия должна была прозвучать весомо. А прозвучала… в лучшем случае странно. А как иначе, когда в нравоучения пустился тот, кто сам всё никак не уцепится в «Спартаке» за свой шанс? Только цепляется не с прошлого года, как эти пацаны, а с 2009-го.
Да и этот красивый образ про горящие глаза он, кажется, где-то подсмотрел. Может быть, у Олега Ивановича? Вот реплика Романцева из 2012-го:
– Смотрю тренировки – и не вижу в глазах искорок азарта. Только люди подходят к основному составу – и начинают останавливаться в росте. Это, к примеру, касается Ананидзе, Дзюбы, Яковлева, Козлова – все они себя реализовывают далеко не до конца.
А вот теперь уже и сам Жано в менторах. Неожиданно. Может быть, мельчание «Спартака» как раз понятнее через мельчание менторов?
* * *
Как бы вы отнеслись к тому, если бы учить вас любить родину взялся дезертир? Возможно, аналогия чуть избыточна, но другого такого игрока, который от участия в календарном матче скрывался в туалете базы в Тарасовке, в новейшей красно-белой истории в любом случае больше не припомнить. Может быть, Ананидзе испортил свою карму именно в сентябре 2014-го, когда вот таким нетривиальным способом избежал поездки в Комсомольск-на-Амуре на кубковую игру?
По сути, уже тогда Жано дал понять, что им со «Спартаком» не по пути. Но клуб этого знака предпочёл не заметить – был очень терпелив и даже щедр. Изрядно удивляя, надо думать, ветеранов вроде Горлуковича, который сразу предлагал гнать нахала взашей.
Первый взрослый контракт в «Спартаке» Ананидзе получил в июле 2009-го. И хотя соглашение было долгосрочным, через полтора года, в конце 2010-го, договор был переподписан – как несложно предположить, на новых условиях. Ещё полтора года – и следующий круг: опять досрочно, опять, видимо, с повышением. Тогда, в июле 2012-го, контракт оформили сразу на пять лет. А в октябре 2016-го, не дожидаясь финальной точки, подписали ещё один такой же – до мая 2021-го.
Так клубы обычно ублажают лидеров. А был ли Ананидзе лидером? Максимум, кем он был, только надеждой – и это может объяснить первые контракты. Но дальше-то у клуба уже появились причины для осторожности. Хрустальность Жано стала очевидной ещё до соглашения 2012 года, а к 2016-му уже почти резала глаз. Однако «Спартак» всякий раз давал игроку максимально долгий контракт, поступая не столько рассудочно, сколько эмоционально, как восторженный родитель по отношению к любимому чаду.
Каких только диагнозов ни получал Жано, каких только органов ни травмировал! Если не голень, то стопа, если не ахилл, то пах, если не мениск, то кресты… Летом или зимой, в клубе или в сборной, в игре или на разминке – этому парню не было никакой разницы, где ломаться. А знаете, от кого он получил первое повреждение во взрослом футболе? От Игоря Ледяхова. Тот и игроком-то, кажется, никого не зашиб, просто потому что всегда занимался на поле другим, а тут уже стал тренером – и дебютировал в роли костолома. Благодаря Ананидзе, который в 17 лет умудрился угодить под наставника где-то на тренировке.
Так, может, парня стоит просто пожалеть? Может, это такая непруха? Может. Но поскольку не меньше половины, если навскидку, травм у него были мышечными, версию тотального невезения, пожалуй, развить не получится. Выходит, и должной скрупулёзности по отношению к собственному здоровью он в себе не взрастил.
* * *
За десять сезонов Жано только однажды провёл на поле больше половины игрового времени. Дело было в «Ростове» в сезоне 2013/14. А в «Спартаке» такого не случалось ни разу. Но при этом постоянно казалось, что случится вот-вот.
Как ни странно, но, возможно, игроку помогала тренерская чехарда. Поскольку каждый вновь приходящий хотел сам попробовать поработать с этим талантом. Ведь богатых способностей, как и стилистического соответствия клубной традиции, в нём никто не отрицал, и любой вправе был думать: просто предшественник что-то делал не так, а я всё сделаю правильно.
Большое всё-таки дело – способность подавать надежды! Наверное, это тоже даруется откуда-то свыше. И в свои 27 этот мальчишеского вида игрок наверняка будет подавать их и дальше, просто теперь уже не в «Спартаке».
Вот только от замечаний подрастающему поколению ему, наверное, лучше воздержаться. В собственных же интересах – чтобы у работодателя не возникло искушения заглянуть в метрику.
