Зак и три медведя. Почему «Гриззлис» поторопились увековечить номер Зи-Бо

Изъятие игрового номера из обращения всегда представлялось мне чем-то большим, нежели уважительной формальностью. Даже сейчас, когда под своды арен НБА взмывают номера игроков, чью карьеру ты помнишь не только по взлетам, но и падениям, этот процесс не теряет своей ритуальности. В этом есть элемент языческой инициации, акт принадлежности к семье, дому, который игроки, являющиеся в силу специфики профессии странниками, ищут на протяжении всей карьеры.

Так что это действительно важно и принципиально. Как, например, в случае с Гэри Пэйтоном и Шоном Кемпом. Кабинетные бонзы хотели увековечить номера экстравагантного дуэта из «Суперсоникс» под сводами арены «Оклахома-Сити Тандер» — клуба, основанного на костях почившего «Сиэтла», но встретили резкий отказ со стороны Пэйтона и его лепшего друга.

— Это дичь какая-то. Мы не поедем в Оклахому смотреть, как наши номера поднимают под своды арены, на которой мы ни разу не играли. В майках клуба, за который никогда не выступали. «Сиэтл» выбрал нас на драфте, город и болельщики «Соникс» сделали нас теми, кто мы есть, а мы в свою очередь отдали им лучшие годы своей карьеры. Тут без вариантов — город Сиэтл и мы в равной степени достойны того, чтобы наши майки были увековечены только там.

В итоге первым игровым номером в истории клуба, выведенным «Оклахомой», стала четверка Ника Коллисона, который отыграл четыре сезона в «Сиэтле», а оставшиеся десять лет карьеры провёл в «Оклахоме». Выбор получился в целом обоснованный, но не самый очевидный. Скажем, за выслугу лет.

Вся эта затянувшаяся прелюдия к тому, что недавно ещё один молодой клуб НБА — «Мемфис Гриззлис» — сообщил, что намерен вывести из обращения номера 50 и 9, под которыми в команде играли Зак Рэндольф и Тони Аллен. Оба, безусловно, колоритные личности. В данном случае вполне очевидно, на что упирает клуб. Именно с двумя этими часто недооцениваемыми, ершистыми, грязноватыми персонажами ассоциируется эпоха «Grit and Grind», чье название можно примерно перевести как «будь твёрдым — перемалывай конкурентов».

То был жёсткий, изнурительный защитный баскетбол кость в кость, от которого у соперников свербели все отверстия. Это был патентованный стиль, делающий реверанс в сторону «Пистонс» 80-х настолько, насколько это было возможно сделать в 21 веке. Рэндольф и Аллен были в авангарде «Grit and Grind», и все же выводить их номера из обращения первыми в истории «Гриззлис» кажется чересчур по-щегольски. Во-первых, потому что далеко не они одни ассоциируются с временами, когда «мишки» наводили шороху в лиге, а во-вторых, в истории «Мемфиса» есть, мягко говоря, не менее заслуженные игроки. Взять хотя бы эту троицу.

Майк Конли

Ясно, что «Гриззлис» в первую очередь хотят выпестовать своих — родных, американских игроков. Поэтому, например, бортанули братьев Газолей, но если в случае с Заком Рэндольфом можно дискутировать, то вот Тони Аллен точно должен подождать в очереди. Тот же Зи-Бо остаётся единственным игроком в истории клуба, набиравшим в среднем дабл-дабл (16,8 очка и 10,2 подбора) за время в «Мемфисе» (551 матч) и дважды съездившим на Матч Звёзд. Аллен запомнился только многочисленными попаданиями в сборные лучших защищающихся игроков. Что же до набранных очков, то Аллен со своими 8,9 очка занимает лишь десятое место среди лучших игроков в истории клуба. И это при том, что он сыграл 462 матча (5-й показатель в истории).

А вот кого действительно можно назвать «Мистером Мемфисом», так это Майка Конли, который несмотря на свои скромные средние показатели в 14,9 очка, 5,7 передачи остаётся лидером клуба по количеству игр (788), набранных очков (11733), точных трехочковых (1086 попаданий), передач (4509) и перехватов (1161). Все это за 12 сезонов!

Будучи игроком бузотёрского «Мемфиса», Конли проявил себя не только как боец и трудяга, но и стал примером того, как можно сочетать в своей игре жесткость и джентльменское поведение: Конли трижды получал награду НБА за образцовое поведение на площадке и за ее пределами. Если уж и начинать писать историю своего клуба, то Конли — самая очевидная кандидатура.

Марк Газоль

Опять же, все ясно. Рэндольф — выходец из бедняцких трущоб Индианы, начинавший карьеру в банде «внезаконников» из «Jail Blazers» (так и только так называли «Портленд» начала 00-х), а потому идеально воплощает в себе ценности хамоватых «мишек». Но если речь идёт об игроке, который решал под кольцом — на чем во многом и строилась игра того «Мемфиса», — то выбор младшего Газоля напрашивается сам собой. Можно опустить тот факт, что Марк сыграл за клуб больше матчей, чем Рэндольф (769 против 551), но Маркуша превосходит Зака и по количеству очков (11684 против 9261), и по подборам (5942 против 5612), и по индивидуальным бонусам. Марк трижды съездил на Матч Звёзд, дважды попадал в сборные лучших игроков сезона, а в 2013-м не только угодил в сборную лучших защищающихся игроков, но и взял персональную награду лучшему обороняющемуся игроку сезона.

И по сути, все, что может в ответ предъявить Рэндольф, это средние показатели — его 16,8 очка и 10,2 подбора чуть лучше, чем 15,2 очка и 7,7 подбора Газоля — и историческое главенство по количеству подборов в нападении (1895 — лучший показатель в истории клуба, Газоль — второй с 1318 подборами). В остальном обаятельный испанский пухлик начисто уделывает брутального бандоса Рэндольфа.

Пау Газоль

Если апеллировать к романтике истории, начиная с того момента, как «Гриззлис» переехали из Ванкувера в Мемфис, то Пау Газоль, безусловно, является первой полноправной звездой клуба. Когда команда играла в Канаде, в ней зажигал Брайант Ривз, которого Шак О’Нил до сих пор называет самым неудобным для себя соперником, фестивалил один самых мобильных мощных форвардов начала века Шариф Абдур-Рахим, а разыгрывал эту масть молодой Майк Бибби. Но все это было до переезда в США. Можно сказать больше. Если уж пытаться найти связующее звено между двумя временными реалиями клуба, то здесь просто невозможно обойтись без Пау Газоля. Вот вам простые цифры: до появления Пау, «Гриззлис» проиграли 359 из 460 сыгранных матчей.

На драфте-2001 все ещё «Ванкувер» выменял Газоля у «Атланты», взявшей испанца под 3-м номером, отдав за него как раз того самого Абдур-Рахима. Но в майке с надписью «Ванкувер» Газоль выходил исключительно на матчи ретро-тематики. Новый сезон команда начала в новом месте и с новыми надеждами, которые Газоль начал питать с первого же года. Он выиграл титул лучшего новичка сезона, набирая в среднем по 17,6 очка и 8,9 подбора.

Спустя пару сезонов Газоль впервые в истории (как «Ванкувера», так и «Мемфиса») вывел команду в плей-офф, где она благополучно вылетела в первом раунде от «Сан-Антонио». В следующие два года клуб повторил результат с той лишь разницей, что в сезоне-2005/2006 Пау стал первым игроком «Ванкувера» и «Мемфиса», выбранным на Матч Звёзд. После этого на него начали охотиться другие клубы, но Газоль продержался ещё два года до того, как его выторговали «Лейкерс». Всего Пау отыграл за клуб 7 сезонов и фактически ознаменовал собой переход клуба от зачаточной стадии до той, когда команда при должном управлении способна стабильно выходить в плей-офф. Прошло более десяти лет, а Пау Газоль по-прежнему остаётся в топ-5 по всем основным показателям в истории «Гриззлис», включая даже такие метрики, как передачи и трипл-даблы. Если это не показатель того, что человек опередил историю своего клуба и тем самым вошёл в неё, тогда я уж не знаю, что.

Читайте также:

• Как выгодно избавиться от друга Дюранта. В «Бруклине» знают ответ