Юрий Федоров является самым результативным защитником в истории нижегородского «Торпедо». В чемпионатах страны он забросил 102 шайбы. Заслуженный мастер спорта в интервью корреспонденту Sportbox.ru Алексею Хитрюку рассказал о своих первых шагах в хоккее, переходе в ЦСКА и карьере в «Торпедо», а также вспомнил турне «Крыльев Советов» по Северной Америке, победы на чемпионатах мира и Кубок Вызова-79. Примечательно, что его хоккейный путь начинался в ульяновском «Торпедо», а почти вся игровая карьера была связана с «Торпедо» горьковским.
Головокружительная карьера
— В хоккей я пришел довольно поздно по нынешним меркам. Только на коньках научился кататься где-то классе в четвертом. Лет с двенадцати я стал заниматься футболом в школе ульяновского «Спартака», а спустя несколько лет к моим спортивным занятиям добавился и хоккей с мячом. И только когда закончил школу и стал работать на автозаводе, провел свою первую игру в хоккее с шайбой. Это было уже в 17 лет, а моей командой тогда было ульяновское… «Торпедо». Хорошо помню день своего дебюта — 5 декабря 1966 года — тридцатилетие принятия «сталинской конституции».
— И тогда вы были нападающим?
— Да. Два первых сезона за «Торпедо» я провел в нападении. Сначала мы играли на область, а спустя год команда стала выступать в классе «Б».
— Доводилось читать, что защитником вы уже стали в ЦСКА, где был переизбыток нападающих.
— Чего только о себе не узнаешь. Нет, защитником я стал еще в ульяновском «Торпедо», которое в сезоне 1968/69 уже играло в классе «А» (вторая группа). А затем мы поехали на предсезонный турнир в Кирово-Чепецк, на котором я стал лучшим защитником и получил приглашение… от ЦСКА.
— Какая-то головокружительная карьера. За три года из начинающего хоккеиста вы превратились в защитника сильнейшей команды страны.
— За сильнейшую команду я провел в чемпионате только два матча. Пробиться в «основу» было неимоверно сложно. Тогда за ЦСКА играли в защите: Рагулин, Кузькин, Лутченко, Ромишевский, Гусев, Цыганков, Брежнев… Тем не менее, весь сезон я провел с «армейцами», участвуя в тренировочном процессе.
— Следующий год вы провели в «Звезде» (Чебаркуль), после чего оказались в горьковском «Торпедо». Как это произошло?
— Вариант с «Торпедо» предложил мне Анатолий Тарасов. В составе ЦСКА он меня не видел. Звали в «Спартак», но оказаться в нем я мог, в лучшем случае, только после армии. А мне хотелось играть, причем в высшей лиге. И я поехал в Горький вместе с Алексеем Мишиным, который в тот год прошел сборы в ЦСКА.
Атакующий защитник
— В «Торпедо» вы сразу заявили о себе. Стали ведущим защитником, играли результативно. Неужели Москва больше не приглашала?
— Почему же? Спустя несколько лет снова приглашали в «Спартак», затем в «Крылья Советов», а после чемпионата мира 1975 года опять звали в ЦСКА. Кстати, поначалу я был готов к переходу в армейский клуб. После мирового форума мы даже подняли бокалы с Валерием Харламовым за мой переход в ЦСКА. Потом за мной приезжал Анатолий Фирсов, который был тренером армейцев… Но я решил остаться в «Торпедо», хотя понимал, что из московского клуба больше возможностей попасть в сборную СССР.
— За «Торпедо» вы забросили более 100 шайб в чемпионатах страны. Сотую шайбу сохранили?
— Я сохранил клюшку, которой забросил эту шайбу. А гол забил в домашнем матче со СКА.
— Вы забивали больше иного нападающего. Может быть, стоило еще раз поменять амплуа?
— Не думаю. Мне нравилось играть в защите. Это амплуа мне наиболее подходило. Кстати, довелось сыграть за «Торпедо» и в нападении, но только не в чемпионате страны. Как-то, во время перерыва в чемпионате, горьковский клуб принял участие в турнире в Томске. Была создана новая тройка, в которой моими партнерами были Алексей Мишин и Владимир Смагин. И наше звено было признано лучшим на турнире.
— Вы вернулись в Горький, и тренеры могли волевым решением оставить вас в нападении.
— В этом не было необходимости. А вот Смагин, действительно, перешел в атаку. А ведь в «Торпедо» его поначалу брали как защитника.
Победы со сборной
— Вы дебютировали за сборную СССР в 1974 году, когда наша команда проводила суперсерию со сборной ВХА. Правда, поучаствовали только в одной игре.
— Это был второй матч, который мы проводили в Торонто. Ту встречу наша сборная проиграла 1:4… А вообще мне запомнилось, как канадцы встречали нашу сборную. Особенно в Квебеке перед первым матчем серии. Болельщики ждали команду уже в аэропорту, а затем нас провезли по городу в сопровождении почетного эскорта мотоциклистов.
— Вы стали двукратным чемпионом мира в 1975 и 1978 годах. Какой чемпионат особенно запомнился?
— Турнир в 1975 году, который проходил в ФРГ. Сборная СССР уверенно стала чемпионом мира, да и я сыграл, по-моему, неплохо. Действовал в паре с Юрием Тюриным. А в нападении в третьей пятерке нашей сборной играли Сергей Капустин, Вячеслав Анисин и Александр Мальцев. Между прочим, после чемпионата было несколько приглашений от московских клубов. Но я отказал всем, в том числе и главному тренеру сборной СССР Борису Кулагину (с 1971 по 1976 годы Кулагин работал в «Крыльях Советов. — Sportbox). Возможно, поэтому во взаимоотношениях со сборной страны у меня наступила пауза. На Олимпиаду-76 и два следующих чемпионата мира я уже не вызывался в главную команду страны.
— Вернулись в сборную вы уже при Викторе Тихонове и снова стали чемпионом мира в 1978 году. А еще было суперсерия сборной СССР с клубами ВХА (1977-78), турне «Крыльев Советов» по Северной Америке (1978-79) и Кубок Вызова-79.
— Все эти события, естественно, были для меня значимы. В турне «Крыльев Советов» мне удалось в четырех матчах с клубами НХЛ сделать девять голевых передач. Именно тогда, в «Крыльях», была создана торпедовская тройка Скворцов — Ковин — Варнаков, которых взяли для усиления московского клуба. Я играл в паре с Виктором Хатулевым, который, кстати, забил два гола. А всего наша пятерка (в которой были четыре торпедовца. — Sportbox) забросила 15 шайб в четырех поединках!
А в Кубке Вызова мы соперничали с сильнейшими хоккеистами мира, и те три встречи, конечно же, запомнились на всю жизнь. Было огромное удовлетворение от результатов противостояния и матчей в «Мэдисон-Сквер-Гарден».
— Вы не сыграли за сборную на Олимпиаде-80, но с олимпийскими чемпионами пришлось сразиться буквально накануне Игр.
— Да. В конце декабря 1979 года — начале января 1980 года «Торпедо» провело четыре товарищеских матча с олимпийской сборной США. Три игры мы проиграли, а в четвертой удалось одержать победу. Я еще тогда подумал, что у американцев собрана неплохая команда, от которой можно ожидать, чего угодно.
Закадычные партнеры
— По окончании сезона 1984-85 вы вроде бы решили закончить с хоккеем. Хотя статистика (10+7) была у вас как в молодые годы.
— В 36 лет, наверное, пора уходить. Правильно ведь говорят, что лучше уйти на восемь дней раньше, чем на один день позже. К тому же у меня было предложение поработать в Японии тренером-консультантом в клубе «Одзи Сейси».
— Выступать за японский клуб не доводилось?
— А у меня не было такой возможности. С 1984 года иностранцам запретили играть за японские клубы, они могли только тренировать. Но я провел несколько товарищеских матчей, выступая за сборную провинции… А вообще японский хоккей, на мой взгляд, вполне мог бы развиваться. У ряда клубов была очень неплохая инфраструктура. Экипировка, по крайней мере, не являлась дефицитом, как во многих советских клубах. А ведь хоккей в Японии непрофессиональный. Любопытно, что некоторые хоккейные площадки действовали только в зимний период, а летом это были плавательные бассейны.
— В 1987 году вы вдруг вернулись в «Торпедо»…
— Наверное, можно было и не возвращаться. Но меня попросили, и я согласился продолжить игровую карьеру. У команды был довольно сложный период, хотелось помочь родному коллективу. Хотя в 38 лет вряд ли эта помощь могла быть очень существенной…
— За годы карьеры в горьковском клубе у вас было два постоянных партнера, с которыми вы играли в паре. Каждый из них входит в число лучших защитников «Торпедо» всех времен.
— Поначалу я играл с Владимиром Астафьевым. Он, хотя и на год меня младше, дебютировал в высшей лиге уже в 1968 году. Я у него многому учился. Играл Астафьев очень прилично и, считаю, помог мне утвердиться в новой команде. А где-то в середине семидесятых уже мне предстояло опекать молодого игрока — Мишу Преснякова.
— А кого среди ваших партнеров или соперников вы считали образцом игры в защите в 60-80-е годы?
— Александра Рагулина, Вячеслава Фетисова, Алексея Касатонова и моего ровесника Валерия Васильева. Васильева было очень сложно пройти. Воспитанник горьковского хоккея прилично катался спиной вперед и постоянно ловил нападающих на силовые приемы…
