«Буду дядькой-наставником»
— О вашей роли в команде уже высказывался генеральный директор клуба, а как вы сами её видите?
— Мы с тренером поговорили, я понимаю, что не буду играть по 25-30 минут. Буду этаким дядькой-наставником, помогать своим опытом, с функцией в любой момент выйти и решить эпизод, если понадобится. Буду стараться быть полезным и во время матчей, и за пределами площадки. Если будет нужно, конечно, я готов проводить больше времени на паркете.
— Вам 34, чем прекрасен этот возраст в профессиональном плане, если не произносить очевидное слово «опыт», и есть ли что-то, чего вы уже не можете делать на паркете?
— Можно сказать, что уже 35 — месяц остался до юбилея. Опыт — это действительно один из главных компонентов в этом возрасте. В детстве всегда хочется повзрослеть, а сейчас, конечно, думаешь о том, что здорово было бы быть помоложе. Что не могу делать? Наверное, бежать так, как в молодости. Я пытаюсь, конечно, но… А главная проблема — уже не получается быстро и просто восстанавливаться. Организм не обманешь ничем. Понятно, что есть и процедуры, и специальное питание, но восстановление в 25 и 35 — это небо и земля. Конечно, приходится больше следить за собой. Если бы начал делать это десять лет назад, думаю, и сейчас всё было бы идеально. В молодости ешь всё подряд, не задумываясь, в 35 уже не можешь себе этого позволить.
«Давайте быть честными, зарплаты будут намного ниже»
— «Зенит» расстался с двумя игроками вашего возраста…
— Они всё-таки немножечко моложе… Я заменил двоих!
— Думается, что ребята едва ли по доброй воле покинули бы команду. Общаетесь ли вы с ними, не было ли каких-то подколов после того, как вас подписали?
— Нет. Близко общаемся и с Женей Вороновым, и с Антоном Понкрашовым. С Антоном мы вообще едва ли не с детства дружим. Прошли вместе путь с чемпионата Европы 2005 года, который был в Чехове. Жили в одной комнате всегда. Поддерживаем отношения, он сейчас в Питере, раз в неделю мы пересекаемся, обедаем вместе. Предложения и продления контрактов зависят не от нас, клуб видит или не видит игрока на той или иной позиции. Никаких обид тут быть не может, а тем для подколов и без того хватает. С Женей Вороновым тоже давно знаем друг друга, всегда общаемся с удовольствием. Тем более, что играли вместе и в ЦСКА, и в сборной. Сейчас он в «Химках», могу только пожелать ему хорошего сезона.
— А вас не удивляет, что Понкрашов всё ещё свободный агент?
— Ситуация нелёгкая, не один Антон Понкрашов без команды, даже если говорить об игроках сборной, — и Андрей Воронцевич, и Дима Кулагин сейчас без контракта. Чему тут удивляться? Думаю, предложения были, просто они не подошли игрокам, они хотят более выгодных условий, имеют какие-то задумки.
Ситуация нелёгкая, все прекрасно понимают, что таких финансов, как раньше, уже не будет. Давайте быть честными, зарплаты будут намного ниже. Не только в России, во всём мире так. Пандемия даёт о себе знать, и едва ли что-то поменяется в течение двух-трёх, а то и четырёх лет. Неизвестно, как всё будет дальше. Неприятно, когда игроки высокого уровня остаются без команды, но, думаю, они не завершат карьеру, а ещё подпишут свои контракты, агенты работают над этим. Каждый мог оказаться в такой ситуации. У меня тоже заканчивался контракт в «Краснодаре», и я был до середины июля без конкретных предложений. Это жизнь, тем более мы не молодеем.
«Джордан держал всех в узде, но ведь был результат!»
— В летнем интервью вы говорили о том, что никогда не имели шанса, приезжая в Петербург, сполна им насладиться. Начали ли уже исправлять это недоразумение?
— Петербург — просто супергород, но пока времени не так много. По ходу предсезонки расписание всегда достаточно плотное. На выходных я с удовольствием съездил в ресторан на берегу Финского залива — там очень красиво. Антон как раз посоветовал мне это место. На Невский съездил, походил, посмотрел достопримечательности. Хотел бы ещё посетить музеи, которых тут очень много, доехать до Петергофа, но это — уже когда будет позволять расписание. Ещё есть знакомый, который предлагает выстрелить из пушки на Петропавловской крепости в 12 часов дня, — это тоже можно будет сделать когда-нибудь.
— Вы уже рассказывали, что на изоляции смотрели фильмы, читали книги, но никакой конкретики не было. Может быть, что-то вас особенно впечатало?
— Впечатлило разве что дома сидеть — никогда не делал это на протяжении такого долгого времени! Просто было приятно побыть столько с близкими. В остальном даже не знаю, особо много фильмов не выходило — всё же остановилось.
— А «Последнего танца», вышедшего как раз весной, не было в списке просмотренного?
— Был, это как раз посмотрели с интересом. Я читал книгу о Джордане, посмотреть фильм тоже было здорово. Понятно, что в сериале показали не всё, но было любопытно узнать, как всё строилось в «Чикаго Буллс» в 90-е, как завоёвывались титулы, чем и ради чего люди жертвовали. Плохо, что серии выходили через неделю, приходилось ждать. Смотрели всей семьёй, нравилось даже пожилым родственникам. Сюжет захватывающий.
Сериал был интересен не только баскетболистам, но и футболистам, и теннисистам, и многим другим. Ибрагимович после просмотра даже написал: «А вы ещё меня считали злодеем!» Майкл Джордан ведь очень жёстко относился к своим одноклубникам, но делал это для того, чтобы они работали над собой и добивались результата. Он взял на себя нелёгкую ношу, был едва ли не дьяволом во плоти. Его особо никто не любил в команде из-за того, что он всех держал в узде ради общей цели. Но ведь был результат — столько чемпионств за те годы!
— Завершая первые большие интервью, задаю один и тот же вопрос: чего боитесь больше всего?
— Змей! Больше ничего не боюсь. Просто хочется, чтобы близкие люди, да и вообще все были здоровы. Чтобы коронавирус уже отступил, и мы вернулись к нормальной жизни. В остальном, меня устраивает и моя карьера, и всё в целом. Главное — оставаться человеком.
