Драка в кафе глазами чиновника.
Очередной день дела Кокорина и Мамаева не обещал ничего интересного. Даже показания свидетелей планировали зачитать в их отсутствие.
Но в какой-то момент появился он. Чиновник, из-за конфликта с которым футболисты оказались за решёткой.
Пак ворвался в зал прямо посреди заседания. Показалось, что его появления не ожидал никто. Вместе с ним на суд пришли три женщины — возможно, адвокаты.
Вот его показания.
О «гангнам стайле»
«Я открыл ноутбук и решил поработать в ожидании коллег. Через некоторое время услышал выкрики «гангнам стайл». Сначала не думал, что это про меня. Потом услышал фразу про ноутбук и начал думать, что это обращено ко мне».
Об оскорблениях
«Меня называли китайцем. Говорили, чтобы я ехал в свой Китай и делал замечания там. Всё это было неприятно. Я один, их пять. Китаец — это оскорбление? Если с нецензурной бранью, то, наверное, да».
Об ударе стулом
«Кокорин целился мне в голову, желая нанести вред здоровью. Я подставил руку, поэтому удар пришёлся и по руке, и по голове».
О нападении на коллегу
«Через несколько минут пришёл мой коллега Сергей Гайсин, спросил, что происходит. Каким-то образом он пытался оттеснить людей, которые на меня нападали. Ему тоже досталось – в лицо. Господин Протасовицкий схватил его за шею и пытался его придушить».
О завершении инцидента
«Когда компания покидала заведение, Кирилл Кокорин повернулся ко мне и повторил, что я китаец, сопровождая это нецензурными выражениями».
О том, было ли примирение
«Градус агрессии на протяжении всего инцидента снижен не был. Никакого примирения не было».
О своих высказываниях
«Нецензурных выражений в адрес подсудимых я не употреблял. Я им сказал, что они ведут себя по-хамски, как хамло».
Об извинениях
«Ребятам сказал: «Если я вас чем-то обидел: приношу свои извинения». Я это сделал, чтобы успокоить компанию и предотвратить дальнейшие действия в сторону меня и моего коллеги. В ответ услышал: «Тебе ещё повезло, что ты остался жив».
О поведении Александра Кокорина
«Александру Кокорину было очень весело – он смеялся, его забавляло, что они напали на одного человека. Вся компания была в приподнятом настроении».
О девушке, севшей на колени Кокорину
«Незадолго до инцидента девушка села на колени к Александру Кокорину, они начали целоваться, а потом она положила голову в область его паха. Всё это выглядело крайне неприятно».
Об исковых требованиях
«Прекрасно понимаю, что у меня есть такое право, но на настоящий момент делать этого не собираюсь. Наказание? Я бы оставил этот вопрос на усмотрение суда».
О задетых чувствах
— Вы сказали, что были страдания? И моральные, и физические?
— Да.
— Обидно было?
— Было.
— Вы чувствовали, что ваши честь и достоинство поставлены под сомнение?
— Оскорбили мой народ и меня лично.
