Канадец Крэйг Каннингэм отыграл в НХЛ 63 матча. Большую часть профессиональной карьеры он провел в фарм-клубах «Бостона» и «Аризоны» в Американской хоккейной лиге. Поэтому во встрече регулярного чемпионата АХЛ «Тусон» — «Манитоба», намеченной на 19 ноября 2016 года, не было ничего необычного.
Каннингэм вышел на игру в статусе капитана. А сразу после исполнения гимна упал на лед, потеряв сознание. Партнеры по команде не смогли привести его в чувство, хоккеисту оказали первую медицинскую помощь, ставшую критически важной, и увезли в больницу. Причиной потери сознания был обширный инфаркт. Через месяц, за три дня дней до Рождества, Каннингэм провел пресс-конференцию прямо в больнице. В зал, где собрались журналисты, его привезли на инвалидной коляске.
An incredible team. #CunnyCan pic.twitter.com/uOJ3A9nkOO
— Arizona Coyotes (@ArizonaCoyotes) December 21, 2016
«Спасибо всем за помощь. Если бы не врачи, тренеры и пожарные, которые были на арене в тот вечер, меня бы сейчас не было перед вами, — сказал хоккеист. — Посмотрим, как пойдет моя реабилитация, но я не думаю, что смогу снова играть на профессиональном уровне как прежде. Хотя случиться может всякое».
Доктор Заян Халпи из больницы Финикса — главный герой счастливого спасения, которое позже назвали «удивительным» и «волшебным». Он рассказал, что через 45 минут после случившегося получил звонок от другого врача: «Заян, вокруг меня 40 хоккеистов и его мама. Ты должен приехать и спасти парня». Халпи узнал, что организм Каннингэма не отзывался на адреналин, который в большой дозе использовали медицинские работники. Могла помочь только помощь Халпи и аппарата ЭКМО — экстракорпоральной мембранной оксигенации. Это уникальный метод поддержки жизнеобеспечения у больных с кадиогенным шоком. Именно он в 60-80 процентах случаев и является основной причиной смерти пациентов с острым инфарктом. Его использование подразумевает владение особыми навыками, аппарат остается редкостью для медицинских учреждений.
Халпи, у которого был аппарат ЭКМО, загрузил его прямо в машину и помчался спасать жизнь умирающего. В госпиталь, куда доставили хоккеиста, на другой машине он отправил всю свою команду реабилитологов.
«Когда я приехал, сказал матери пострадавшего: «Мне необходимо провести специальную манипуляцию, вы мне доверяете?» — вспомнил Халпи — «Он будет третьим человеком в мире, которому предстоит такое». На что она сказала: «Делайте».
Через 85 минут после случившегося благодаря Халпи кровь перестала поступать в легкие, шансы на выживание увеличились с нуля до 45 процентов, а Каннингэм даже начал реагировать на то, что происходило вокруг. Он пошевелил ногой и сжал руку в кулак, чем поразил врача. Критическая ситуация полностью миновала через пять дней, а сердце Каннингэма, по словам Халпи, «полностью восстановило свою работу».
Мама хоккеиста не могла сдержать эмоций во время пресс-конференции, держа микрофон в дрожащих руках. «Прогнозы были мрачными, — вспомнила она. — Его жизнедеятельность обеспечивал аппарат искусственной вентиляции легких. Сын умирал на моих глазах». Она отметила, что врачи не сдались даже тогда, когда, казалось, надежд на восстановление самостоятельного сердцебиения почти не оставалось.
Шансов на выживание у Каннингэма почти не было, не окажись рядом Халпи. На вопрос о том, каково это — спасти жизнь человеку, он привел интересное хоккейное сравнение.
«Спасти жизнь — это огромная привилегия, — отметил он. — Это невозможно сравнить ни с чем. Это точно лучше, чем выиграть Кубок Стэнли или что-то еще».
Каннингэму несказанно повезло еще до приезда доктора-«волшебника», который вернул его к жизни. Первыми ему на подмогу пришла группа пожарных, которая исполняла гимн на этом матче. Они как никто знакомы со способами оказания скорой помощи. И то, что специалисты по реабилитации с помощью ЭКМО оказались свободны и находились поблизости от арены, тоже стало счастливым совпадением.
Восстановление, начавшееся с чуда, получилось тяжелым: через три дня после пресс-конференции Каннингэм лишился части левой ноги. Это случилось из-за нарушения кровообращения в конечности в результате сердечного приступа и дальнейшего лечения. Хоккеист, которого спасли руки доктора, не раздумывал ни секунды после того, как врачи сообщили о необходимости ампутировать ногу.
«Тут стоял вопрос, жизнь или конечность? — рассказал генменеджер «койотов» Даг Соутарт. — Конечно, любой человек выберет жизнь. Когда ты слышишь от хоккеиста: «Дагги, я больше не буду играть в хоккей, они отнимают у меня ногу», это, конечно, горько. Крэйг боролся все это время, он не сдается, а мы продолжаем бороться с ним. Он найдет свою дорогу в жизни, я уверен».
В 4 года маленький Крэйг Каннингэм заявил маме, что когда-нибудь будет играть в НХЛ. В 26 лет к уходу из хоккея он отнесся философски: значит, так суждено. Бывший форвард признался, что готов проглотить эту горькую пилюлю, если того требует жизнь. Но отказаться от хоккея пришлось лишь в теории — на практике отрекаться от любимого дела не пришлось.
Четыре дня назад Каннингэм выложил на своей странице в Instagram вдохновляющее видео, которое стало вирусным за несколько часов: на нем он проводит виртуозную тренировку на льду — не хуже, чем любой хоккеист, который катается на двух здоровых ногах.
Оказалось, что во время восстановления Каннингэм поставил себе новую цель: если не играть в НХЛ, то работать в ней. Для этого ему необходимо было вернуться на лед — ведь тренерская или менторская работа с «проспектами» требует этого. Он утверждает, что снова твердо встать на коньки помогло упрямство. Единственная загвоздка пока заключается в том, что Каннингэм пока не научился кататься спиной вперед. Но он обещает что-то придумать.
А работу в НХЛ он нашел быстро: «Аризона», которая владела правами на Каннингэма в тот момент, когда он перенес инфаркт, не бросила хоккеиста. «Я уверен, что мы найдем для него место», — сказал Соутгарт два года назад. Когда пришло время, «койоты» взяли Каннингэма на работу в качестве скаута.
После пережитого в ноябре 2016-го приоритеты в жизни хоккеиста поменялись. Теперь он просто рад тому, что его сердце функционирует в нормальном ритме. И даже находит положительные моменты в том, что у него отняли часть ноги. «Я счастливчик, — считает Каннингэм. — Некоторые люди теряют не только ногу, но и руку».
