Семь раз упасть – восемь раз подняться. Эта известная японская пословица, может показаться, придумана голкипером. На тренировках, да иногда и в игре человек этой специальности действительно похож на ваньку-встаньку. Хотя речь тут, конечно, не о тех падениях, что наполняют профессию на линии ворот. Восточная мудрость – о жизни, об умении подняться после ударов судьбы. Но это не значит, что к вратарскому делу она отношения не имеет. Ещё как имеет! Подняться после ударов судьбы для настоящего вратаря гораздо важнее, чем после ударов форвардов.
В чём истинное величие Льва Яшина? Он был безгрешен или непробиваем? Из сегодняшнего дня, кстати, вполне может сложиться такое впечатление: в грандиозном памятнике трудно разглядеть просто человека. Но нет, Лев Иванович иной раз запускал, как всякий живой. Спросите ветеранов, которые застали его в игре, – они подтвердят. Однако Яшин лучше всех умел подниматься. Как бы его ни били – обстоятельства, трибуны, пресса.
Возможно, самый драматичный момент его игровой судьбы – матч к 100-летию английского футбола на «Уэмбли» в октябре 1963-го. Тот самый, благодаря которому он во многом и получил потом «Золотой мяч». А ведь Яшин ехал в Лондон заканчивать карьеру! Это уже много позже приоткрыла Валентина Тимофеевна, его жена. Вот насколько хреново было у человека на душе. От него впервые в жизни отказалась сборная – какие ещё мысли могли лезть в голову? А через несколько месяцев его признали лучшим в Европе. Не вратарём – футболистом. Такая в человеке была внутренняя мощь.
* * *
В туре, посвящённом памяти Льва Ивановича, наверное, и должен был быть такой герой – коллега не просто по амплуа, но и по стойкости. Нашёлся – Сослан Джанаев.
Голкипер «Сочи» остановил в Туле «Арсенал» (и судью Мешкова). Три пенальти были назначены в ворота гостей – и два из них вратарь отразил. Кроме того, ещё несколько раз Джанаев выручил в игровых ситуациях, в том числе в заключительные минуты, когда отбиваться сочинцам становилось всё трудней, поскольку с 64-й минуты они пребывали в меньшинстве.
Невозможно утверждать, что в своём цеху сегодня Сослан самый настрадавшийся – в этой профессии у любого из тех, кто состоялся, история преодолений скудной не бывает, – но он определённо был испытан на прочность по самому высокому разряду. Семь было таких историй, как в японской пословице, или больше, теперь не сосчитать.
Ошибки по ходу золотой гонки в 2009-м, после которых с трибун в него полетели гадости. Обвинения в продаже игр, возникшие в том же «Спартаке». Беспрецедентная по срокам, сразу на два года, а потому очень выразительная по сути аренда, которую красно-белые оформили ему в Грозный. Статус четвёртого вратаря в «Тереке». Единственный за сезон выход на поле – и пять пропущенных мячей в родном Владикавказе. Два года без игр, в том числе полгода вообще без команды. Потом воскрешение, Лига чемпионов – и невыносимая боль в плече, которая не давала спать и не давалась докторам, причём месяц за месяцем. Потом неожиданное выламывание рук по поводу контракта в Казани, из-за чего пришлось ехать за практикой к польскому аутсайдеру…
В общем, возможностей для практики в искусстве подниматься ему было отпущено изрядно. И он по-прежнему на ногах, по-прежнему в деле. И снова в сборной. А если бы туда брали только за 11-метровые, теперь уже отвоевал бы место в старте: как-никак три отражённых за два последних тура.
* * *
Лев Иванович, к слову, говорил, что пенальти не берутся. Это когда к нему приставали с расспросами: мол, откройте секретик. Вот он и отвечал: нет никакого секрета, это не берётся. Если, конечно, бьющий не оплошает.
А люди при встрече с Яшиным плошали нередко. Так, например, дрогнул Сандро Маццола в Кубке Европы – наш вратарь взял мяч намертво. Тот матч был сыгран следом за знаменитой поездкой Льва Ивановича на «Уэмбли» и, похоже, окончательно покорил респондентов «Франс футбола». Хотя Константин Бесков, тренер сборной, до последнего сомневался, кому доверить ворота в Риме. Забытая теперь уже подробность тех дней.
«Блеск сквозь слёзы» – так назвал свою книгу о Яшине хорошо знавший его журналист Александр Соскин. И это безупречно точная характеристика не только конкретной – вообще любой вратарской судьбы.
Их слёз никто не видит – они привыкли подниматься невозмутимо, каким бы сильным ни был удар. А блеск – да, он у нас перед глазами. Так что браво, Сослан Джанаев.
