Проживая нынешнее время, по общему согласию — худшее в истории нашего спорта и нашей сборной, не потеряем из виду два обнадеживающих соображения. Сейчас у нас есть то, чего мы не могли себе позволить и в тучные времена.
Во-первых, наша национальная команда свободна от любых планов и может дать нам быстрый снимок всех самых интересных талантов текущего момента. Во-вторых, сборная России впервые в истории — команда, в которой играют только добровольцы и только за идею. Никакого карьерного расчета. Никакого «профессионализма» как стремления решать поставленную задачу: чистая игра, чистая дружба, чистая вера — в ее подлинном смысле «уверенности в невидимом».
Тупая боль от игры в Бишкеке имеет симптоматическое лечение: давайте приложим подорожник к собственным ожиданиям и поймем, что команда, которую в один календарный год лишили шанса побороться за чемпионат мира, а буквально на днях — еще и отсекли от отбора на Евро, просто сбита с толку. Парни, с детства привыкшие в футболе шагать вверх по лестницам турнирных вызовов, застряли в сломанном лифте. Не знают, куда стремиться, чего ждать, к чему готовиться.
Всю неделю перед товарищеским матчем РФС выпускал атмосферные ролики о тренировках команды, и в них изо дня в день жило спокойствие, мягкий юмор, добрые подначки, неподдельный азарт игры. Куда все делось на поле? Похоже, в головах парней автоматически заработал скрипт «режим матча», в котором команду дисциплинирует и мотивирует некая цель, близкая или отдаленная. Но ее не нашлось, а футбол как удовольствие, видимо, не прошел таможенный контроль и остался в Новогорске.
Товарищеские матчи и прежде были в исполнении нашей сборной мучительны, а нынче они похожи на приключения человека, которого «поднять — подняли, а разбудить забыли». Зачем тогда собираться? И зачем нам на это смотреть?
Сборная прекрасного мгновения
Раньше сборная всегда к чему-то готовилась. Даже будучи освобожденной от отбора на ЧМ-2018, она не могла позволить себе проводить товарищеские матчи, потому что ее расписание было заполнено контрольными. Любой «эксперимент» приходилось брать в кавычки, потому что в команде существовал неприкосновенный костяк, а любые тренерские пробы сводились к просмотру тех, кто может помочь команде добиваться результата.
Валерий Карпин — первый в истории тренер сборной России, который волен формировать ее именно как сборную, а не как клуб старых друзей. Ведь эти два принципа — взять лучших прямо сейчас или взять проверенных играми за сборную бойцов — всегда сопровождают национальную сборную своей диалектической борьбой и единством.
Тренеру приходилось следовать и одному принципу, и второго не забывать. А поскольку где-то впереди всегда маячил важный матч, каждый тренер сборной делал из нее своеобразный «ФК Россия», клуб, где на целом ряде позиций вакансий нет — на своих местах спокойно сидят, подмигивая друг другу, испытанные временем железобетонные кандидаты.
А сейчас сборная может побыть мгновенным «снимком экрана» — быстрым автопортретом нашего футбола с поправкой на понятные ограничения, вроде отказа напрягать сложными маршрутами футболистов из зарубежных клубов. Все, что нам интересно и нравится прямо сейчас, получаем в сборной, а то и в ее стартовом составе. И это не просто новички, которые и раньше регулярно появлялись (хотя и не по 8 человек за матч, конечно). Например: сработает ли в национальной команде ростовская связка Уткин-Комличенко? Пожалуйте смотреть. Или: есть у нас лидер по количеству ударов по воротам за свой клуб — Глушенков. Дайте ему мяч под левую!
В Бишкеке сыграл «новый Захарян»?
Очень любопытно было бы увидеть в деле и лучшего по отборам — железнодорожника Карпукаса. Но его было решено перенаправить в молодежную команду, которая на своем белорусском сборе играла два матча, и ему была там обеспечена более серьезная практика по сравнению с взрослой сборной, в которой полевым игрокам досталось максимум по 45 минут. Зато мы увидели в деле самарского полузащитника Коваленко. И его фигура раскрывает перед нами еще одну большую и сложную тему.
Однажды перед очередным сбором национальной команды я встретил в багажном зале Шереметьевского аэропорта Валерия Карпина: прилетели в Москву почти одновременно, я — из командировки, он — из Ростова, проводить сбор. Подошел к тренеру поздороваться, он ведь был нашим начальником в комментаторском отделе. Поговорили поэтому неформально: рвавшихся сфотографироваться болельщиков Валерий Георгиевич просил подождать, и мы вместе с ним делали несколько шагов в сторону. Тогда разгорался талант Арсена Захаряна, который из-за болезни не смог выступить на Евро-2020, и ходили разговоры, что он может поддаться уговорам из Армении. Я спросил Карпина, успеем ли мы «заиграть» Арсена за Россию. «Не [бойся], — со свойственной ему грубоватой простотой отвечал Карпин. — Заиграем».
Поэтому когда я вижу в основном (!) составе сборной также способного уйти в армянскую сторону 19-летнего Коваленко, я, с одной стороны, и не думаю [бояться], а с другой — понимаю, что наша команда даже при абсолютно сухих подгузниках может потерять этого игрока и теперь. Хотя бы потому, что международные правила больше не догма и потерять мы можем даже Захаряна. Но в случае с Коваленко правил можно будет и не нарушать: товарищеский матч никого ни к чему не обязывает. Но!
«Синица» Сабы Сазонова и «журавль» Коваленко
На фоне слов Карпина о том, что уговаривать кого-либо выступать за сборную неправильно, на фоне нашего отстранения от официальных матчей, а также на фоне «дела Сазонова», молча выбравшего Грузию, тот самый Коваленко приезжает в нашу главную команду и получает место в старте. Мы как бы говорим ему: видим тебя, ценим, зовем во взрослую сборную, даем играть с первых минут. Это — твоя причастность к команде с великим прошлым, сложным настоящим и туманным будущим. Ты здесь равный среди равных, и все, что тебе нужно, — сделать классический выбор между журавлем в небе и синицей в руках.
Тот, кто в этой ситуации выберет Россию, покажет, что он связан с нашим футболом не просто ситуативными житейскими обстоятельствами — родился здесь, заиграл в одном из наших клубов — а нитями более прочными. Это связь просто другого порядка, она идейная. Способный сейчас пойти на явную карьерную жертву ради невидимой перспективы — по-настоящему верен. А верность и идейность, на мой старомодный взгляд, обязательны для футболистов национальной сборной.
Даже если обстоятельства когда-то заставят Коваленко отказаться от российской сборной, нам не следует отказываться от нашей нынешней открытой позиции: не быть никому милыми насильно. Этому, кстати, способствует и нынешний мягкий легионерский лимит в премьер-лиге. Любой Сазонов может спокойно выбрать себе национальный флаг, он не потеряет от этого место в «Динамо».
Это позволит талантливым молодым ребятам, связанным с республиками бывшего СССР, держаться в нашем футболе. Его изоляция от внешнего мира неизбежно заставит нас вкладываться в собственные резервы, и на каждого потенциального родившегося в России игрока молодежной сборной Грузии в любом случае придется по пять, а то и больше, потенциальных сборников для команды «Наших парней». Нужно понять: чем легче мы станем отпускать от себя игроков, тем легче нам будет к себе привлекать других — ярких и мотивированных.
Читайте также:
- Россия вернулась в международный футбол. Но праздника не получилось
