Самая распространённая годовая нагрузка сборной России – 11 матчей. В истории было восемь таких лет, в том числе, допустим, 2017-й. Достаточно примеров и смежных с этим показателей: 10 матчей, 12, 13. Исторический максимум до сих пор принадлежал 1996 году – 15 матчей. И вот нынче эта вершина взята ещё раз.
Чисто внешне, по соотношению удач и неудач, год получился средним: 5 побед, 4 ничьих, 6 поражений. Но для болельщика, конечно, это был особенный год. Четвертьфинал чемпионата мира – лучшее достижение для отечественных сборных (не только российской, но и советской) аж с 1982-го.
Вообще эмоциональное восприятие года обычно зависит не от совокупной статистики, а от главных событий. Допустим, в упомянутом 1996-м у России были замечательные цифры: 9 побед, 4 ничьи, 2 поражения. Но только оба проигрыша пришлись на финальный турнир чемпионата Европы, где сборная не вышла из группы – соответственно и год остался в памяти сумрачным. Или, к примеру, 1999-й – единственный в истории, когда Россия не проиграла ни разу (7 побед и 2 ничьи). Но драматическая развязка решающего матча с Украиной – и снова год отзывается в сердце болью.
А вот нынче всё наоборот: при очень сдержанных цифрах – очень позитивное впечатление. Редкий случай.
* * *
Итак, мы имеем 6 поражений – это немало. За всю российскую историю больше было только однажды, в 1998-м: тогда набралось 7. Тем не менее, определяясь с сегодняшней оценкой, мы обязаны обратить внимание на несколько обстоятельств.
Во-первых, как уже сказано, нынче было сыграно очень много матчей – соответственно и вероятность поражений возросла чисто арифметически.
Во-вторых, четыре поражения из шести случились в марте и ноябре – в те месяцы, когда российский футбол ещё не проснулся или уже заснул. А остальную часть года сборная провела вполне пристойно.
В-третьих, среди наших соперников преобладали команды высокого уровня. Те же поражения марта и ноября пришлись на Бразилию, Францию, Германию, Швецию – три топ-сборные и четвертьфиналиста ЧМ-2018. Да и вообще откровенно слабых оппонентов у нас нынче не было.
Почти каждый год формировать приятную статистику помогают встречи с карликами, которые обязательно присутствуют в отборочной группе, а иной раз встречаются и среди спарринг-партнёров. Допустим, в том самом 1996-м, когда у России набралось аж 9 побед, большая их часть пришлась как раз на соперников такого калибра – Мальту, Исландию (тогда это ещё был карлик), Катар, ОАЭ, Кипр, Люксембург. Не сравнить с теми, кто встречался нам в 2018-м. Даже Саудовская Аравия с Египтом, которые казались наименее статусными, на самом деле прошли континентальный отбор в Азии и Африке и уже потому не могли быть откровенно слабыми. А что уж говорить про остальных: Бразилия, Франция, Австрия, Турция, Уругвай, Испания, Хорватия, Чехия, Швеция, Германия – все уважаемые футбольные державы. Так что духоподъёмной статистике в этом году было просто неоткуда взяться.
* * *
Конечно, обманывать себя не стоит: несмотря на все прелести ЧМ-2018, игроков принципиально иного уровня у нас за этот год не появилось. Индивидуальный класс наших мастеров не позволяет им выдерживать конкуренцию в неблагополучные периоды (март, ноябрь), когда кондиции ещё или уже неоптимальны. Зато когда игроки в тонусе, сборная готова сопротивляться практически на любом уровне – и это неожиданное открытие подарил нам как раз 2018-й.
Но даже готовность много бегать сама по себе не значит ничего – движение это должно быть точно организовано. Давайте признаемся: после всех разочарований предыдущих лет увидеть такой порядок мы почти не надеялись. Но увидели, за что отдельное спасибо Станиславу Черчесову. Он выдержал, не дрогнул и сделал-таки команду, которая на чемпионате мира предстала единой не только идейно, но и духовно. Радикальная перемена тренерской репутации Черчесова – ещё один итог 2018-го.
* * *
Столь же сильные потрясения в части персонального престижа пережил и кое-кто из игроков.
Трудно поверить, но всего-то год назад, в точно такой же точке 2017-го, в сборной практически не имели альтернативы Денис Глушаков и Фёдор Смолов. Оба носили звание вице-капитана, почти не уходили с поля, а второй ещё и больше всех забивал. С другой стороны, Юрия Газинского, Артёма Дзюбу и Дениса Черышева в контексте сборной тогда вообще никто не рассматривал: первые двое после Кубка конфедераций утратили интерес тренеров, а третий за всё время Черчесова был вызван только один раз, на спарринг с «Динамо», да и туда не приехал.
И вот прошёл год. Дзюба поднялся в ранг национального героя, Газинский в очередь с ним носит в сборной капитанскую повязку, а Черышев стал лучшим бомбардиром команды (6 голов – рекордный показатель для флангового игрока со времён Карпина-1999).
А где сегодня Глушаков со Смоловым, лишний раз объяснять не стоит. Первый в 2018-м ограничился в сборной единственным матчем, второй – единственным голом, и оба эти события произошли ещё в марте.
* * *
Вот как объяснить такую серию взлётов и падений? Счастлив тот, кто знает верный ответ. Хотя случившееся в 2018-м и с отдельными игроками, и со сборной в целом вполне тянет на загадку природы.
Да, сборная прожила нерядовой, удивительный год. И внешне банальная цифровая характеристика не в силах эту неординарность заслонить.
