Российский рефери смешанных единоборств Мария Махмутова рассказала о критериях оценки приемов бойцов, поведала о системе назначения на бои и поделилась мнением о перспективах ее соотечественников в профессии.
— Есть мнение, что в последние два-три года правила чуть-чуть изменили в пользу ударников. Пассивная борьба и контроль соперника внизу стали меньше цениться?
— Я бы скорее сказала, что в соотношении количества и качества каких-то действий в октагоне акцент смещается на качество. Тот же критерий контроля в партере есть, но он не первичен, и критерий позиции — кто сверху, а кто снизу — не первичен. В России, например, часто переоценивают переводы и контроль сверху. В универсальных правилах тейкдаун — действие по переходу из одной позиции в другую. И куда более важно, что дальше последует за этим действием, какое преимущество оно принесет.
Еще сложность в том, что качество очень субъективный параметр. Допустим, оба спортсмена делают по тейкдауну. Мы должны смотреть в каждом случае на амплитуду, сложность, урон от броска и каким было развитие эпизода, какую позицию занял боец.
— Например, когда Дастин Порье делает две попытки гильотины в бою с Хабибом, а Хабиб потом говорит, что опасной была только первая.
— Вообще, чтобы понять, насколько качественный тот или иной прием, мы должны хорошо знать, как он выполняется. Я хоть сейчас и не тренируюсь, но стараюсь несколько раз в год просто освежать свои знания в грэпплинге и в ударных дисциплинах, потому что ты должен понимать, какое положение какую опасность представляет. И все равно, например, треугольник и гильотина — это такие приемы, где тебе в каждом конкретном случае нужно смотреть, как ведет себя обороняющийся боец. Если мы видим, что он ничего не делает, не сопротивляется, мы понимаем, что он едва ли не отдыхает. Прием не эффективен. Когда мы видим активную защиту, мы понимаем, что ситуация опасная и прием может пройти. Помните бой Рашида Магомедова с Тони Мартином, когда Рашид просто невероятные вещи делал в восьмиугольнике, чтобы уйти с этого приема? С одной стороны, он очень хорошо ушел, с другой, это значит, что прием был эффективным.
— В UFC больше 35 бойцов из России, станет ли больше российских судей?
— На самом деле, турниров не так уж много, а судей не так уж мало. Чтобы работать на турнирах UFC и в США вообще, нужно получить лицензию Атлетической комиссии штата или любой другой страны, где существует комиссия. В принципе их требования понятны: ты должен знать язык, желательно иметь рабочую визу, необходимые медицинские справки и посещать семинары. В США в Неваде теперь важно иметь лицензию от IMMAF. Чтобы попадать на турниры, имея лицензию, ты должен каким-то образом себя зарекомендовать.
— А кто кому платит, и как вы узнаете, что судите бои?
— Получается, что UFC платит судьям за работу, а судья должен платить ежегодный взнос в Атлетическую комиссию за то, что у тебя есть лицензия от комиссии того или иного штата. UFC, как правило, объявляет о том, кто будет работать, за несколько недель, может даже, 1-2 месяца, и потом в день турнира проходит судейское совещание и тебе отдают конверт — в нем уже указано, какие конкретно бои ты обслуживаешь.
