В июле прошлого года легендарный российский голкипер Николай Хабибулин стал тренером вратарей всех сборных России. С тех пор Хабибулин успел дебютировать на молодежном чемпионате мира, а нынешней весной напомнил о себе, запустив собственный канал с соцсетях, на котором ведет эфиры с отечественными хоккейными звездами. Об этом и о многом другом со знаменитым голкипером, получившим за непробиваемость прозвище «Булинская стена», беседует корреспондент «РГ».
Прошел почти год с тех пор, как вас назначили тренером по развитию вратарей всех сборных России. Как себя чувствуете в этой роли?
Николай Хабибулин: Мне очень нравится то, чем я занимаюсь. С одной стороны, я — полноценный тренер вратарей в олимпийской и молодежной командах. С другой, держу связь с тренерами сборных других возрастов, участвую в лагерях развития, попадаю на какие-то сборы. Мне и с тренерами интересно общаться, и с вратарями: подсказывать что-то, делиться информацией. Можно сказать, у меня шефство над молодежью и в то же время над ее наставниками. Я себе такую задачу обрисовал: вратари должны у нас штамповаться как на конвейере. Чтобы когда чемпионат мира начинался, тренеры голову ломали, кого взять на турнир.
Со стороны кажется, что наша вратарская школа и так в порядке. В НХЛ сразу несколько российских голкиперов на видных ролях. Что еще тут можно улучшить?
Николай Хабибулин: Раз в три-четыре года у нас всегда будут появляться парни высокого уровня. Чего я хочу добиться, чтобы не было такого: один вратарь — суперзвезда, а потом пропасть. Пусть суперзвезда будет, моя задача — сделать высоким общий уровень. Есть ребята, которые схватывают на лету, многое сами подмечают, их, что называется, главное не испортить. А есть такие, которые вроде бы в порядке, но им нужно дать что-то еще, чтобы они кем-то стали. Их надо подтягивать.
Что дал вам молодежный чемпионат мира, первый ваш турнир в качестве тренера вратарей?
Николай Хабибулин: Это колоссальный опыт. Одно дело — сидеть на трибуне и что-то там подсказывать и совсем другое, когда ты сам принимаешь какие-то решения. Турнир скоротечный, ответственность огромная. Есть масса вещей, которые невозможно понять, пока через это не пройдешь. Были матчи, на которых старался быть спокойным (я ж не могу показать, что волнуюсь), а сам стою, ноги реально дрожат. Блин, думаю, да что такое. Даже не представлял, что со мной так может быть. Надеюсь, что в следующем году уже спокойнее будет.
Я себе такую задачу обрисовал: вратари должны у нас штамповаться, как на конвейере. Чтобы тренеры голову ломали, кого на чемпионат мира брать
По слухам, Игоря Ларионова, с которым вы трудились на этом МЧМ, скоро утвердят на должности наставника «молодежки». Правда, есть мнение, что, тренерского опыта Ларионову может не хватить…
Николай Хабибулин: Думаю, эту нехватку Игорь компенсирует своим колоссальным жизненно-хоккейным опытом. Но даже если возникнут вопросы, для Ларионова не проблема снять трубку и позвонить людям, которые могут подсказать. Уверен, что у него все получится. Идеи, которые Игорь озвучивал на том же чемпионате мира, мне очень нравятся. При этом не сомневаюсь, что у игроков он будет пользоваться огромным уважением. Какая у него была хоккейная жизнь, чего он достиг… К нему будут прислушиваться.
Вы тоже время не теряете. Все большую популярность набирает ваш youtube-канал, на котором вы провели уже больше полутора десятка эфиров со звездами российского хоккея. Откуда взяли идею?
Николай Хабибулин: Еще год назад мы запустили школу вратарей с онлайн-обучением. Человек покупает курс, заходит по ссылке, получает уроки, отсылает сделанные задания назад. Мы это все оцениваем. То есть это полноценная школа с обратной связью. Bulinschool называется. Сейчас во время самоизоляции, понятное дело, процесс идет сложнее. Игр нет, катки закрыты, интерес немного упал. Вот мы и решили и себя развлечь, и наших подписчиков держать на связи. Не то что бы мы сильно рассчитывали на большую аудиторию, но приятно, что она растет. Зову тех, с кем играл, хоть как-то пересекался. Когда все это планировали, мы хотели, чтобы эти беседы были не только развлекательными, но и информативными. Мы же делали это в первую очередь для действующих и потенциальных учеников нашей школы, для их родителей. Хотели показать хоккейную жизнь изнутри. Как люди приходят в хоккей, что с ними происходит, с какими трудностями они сталкиваются.
Сейчас многие вдохновляются вашей игрой, а вы, как сами признавались, в хоккей пошли из-за Владислава Третьяка. Помните, как он играл?
Николай Хабибулин: К сожалению, не помню. Зато помню, что родители у меня очень любили хоккей, и фамилия Третьяка у них не сходила с уст. И тогда я решил, что тоже хочу стать как Третьяк. Собственно, из-за этого и начал заниматься, и номер у меня всегда был 20-й.
Еще вы говорили, что сразу решили стать вратарем. Неужели никогда не думали сменить амплуа? Например, из-за страха шайбы…
Николай Хабибулин: Раньше форма вообще была скромная: нагрудник скорее похож на телогрейку, все пробивалось. Не было наколенников под щитки, трусы, как у игроков, и так далее, но мне нравилось играть в воротах. И все же одно время я реально побаивался шайбы. Помню случай, мне лет 12 было, когда что-то вообще на меня нашло, и прямо совсем стал бояться. Идет матч, игрок заезжает, замахивается… Я сел, глаза закрыл, а он бросил низом, чуть выше щитка, и шайба мне прямо в колено. Боль, а я сижу и думаю: шайба летит низом, так какого черта ты сел и глаза закрыл? С открытыми глазами ты хотя бы можешь попытаться среагировать или на крайний случай увернуться. Вот с того момента начал заставлять себя следить за шайбой, реагировать на нее. Но не убирать себя с линии броска, глаза не закрывать. Постепенно переборол себя. Хотя не могу сказать, что страх прямо совсем исчез. В той же НХЛ, когда иной защитник подъезжает на ползоны и замахивается, конечно, страшновато.
Помните, когда вам прилетало больнее всего?
Николай Хабибулин: Таких случаев несколько было. Однажды на тренировке Алексей Яшин мне попал. Я тогда раковину то ли забыл надеть, то ли поленился… Хорошо, что мы еще детьми были, но получил будь здоров. Опять же, когда в горло шайба прилетела, не очень приятно было. Помню еще на разминке в «Чикаго» неудачно подставил блин, так шайба мне под него залетела и палец сломала. Ничего, мне его обмотали, я потом еще матч отыграл.
Николай Хабибулин не скрывает: делиться опытом с молодыми голкиперами ему нравится. Фото: РИА Новости
В 2010 году вам пришлось провести в тюрьме 30 суток за вождение в нетрезвом виде. Не напрягает, что до сих пор в каждом интервью вам припоминают этот случай?
Николай Хабибулин: Если кто-то хочет об этом знать, не вопрос, расскажу. Если мой рассказ хотя бы одного человека убережет от ошибки, значит, все уже не напрасно. Лично я свой урок извлек Когда играешь в НХЛ, все эти истории пристально освещаются. Особенно в Канаде. Если игра не пошла, тебе сразу все твои огрехи припоминают, мол, ну да, это все из-за тюрьмы. И все это пишут, пытаются под кожу залезть. Помню, еще бывало с «Эдмонтоном» в «Калгари» приезжаешь, так тебя там плакатами специфическими встречают. Оставалось только пытаться абстрагироваться. В какой-то момент пришел к тому, что если постоянно оглядываться назад, жить очень тяжело.
Сейчас вы работаете в ФХР, а было время, когда враждовали с ней. Из-за этого ни разу не сыграли на чемпионатах мира, пропустили Олимпиаду-1998, Кубок мира-2004. Все было настолько плохо?
Николай Хабибулин: То, что происходило тогда, и то, что есть сейчас — это небо и земля. Просто для примера: на Кубок мира-1996 в Северную Америку мы летели из Москвы экономом, хотя деньги выделялись под бизнес-класс. Куда они делись, никто не знает. И так было во всем. Сейчас такого нет. Для игроков создаются условия. Если говорить о молодежном уровне, мне вот какая деталь понравилось. В наше время, в 80-е, пока в сборную железобетонно не попадешь, тебе ничего не выдавали: ни костюма, ни чего-то другого. А тут ребята приезжают, им какой-то комплект выделяют, сумку, майку, еще что-то. Парень может потом и не поехать никуда, но он будет чувствовать себя частью целого под названием «сборная России».
Тем не менее до Игр-2002 в Солт-Лейк Сити вы доехали. Где в четвертьфинале случился тот самый легендарный матч против чехов, в котором мы героически удержали победу 1:0. Какие картинки с той игры встают перед глазами в первую очередь?
Николай Хабибуллин: Наверное, две. Одна, когда мы играли втроем против пятерых, на дальней штанге стоял Роберт Ланг, он бросал, а я в падении ловить пытался и, по-моему, даже поймал. А вторая картинка: вбрасывание у наших ворот на последних секундах. За мной еще Дарюс Каспарайтис стоял, страховал. Реально там стелились, чтобы победу сохранить.
Это самый главный матч в вашей карьере?
Николай Хабибулин: Поместил бы его в топ-3. Еще один запомнился, когда в 1996-м мы играли против «Детройта» с русской пятеркой. Это был мой последний сезон в «Виннипеге». Мы проигрывали серию 1:3, была пятая игра в Детройте. Нас все со счетов списали. А мы приехали и выиграли — 3:1. Хотя нас перебросали по броскам, как сейчас помню, 19:52. После этого матча вернулись домой часа в три ночи, а в аэропорту нас встречала огромная толпа болельщиков в белом, очень трогательно было. А еще я бы отметил седьмую, победную игру в финале Кубка Стэнли за «Тампу». Работы тогда было немного, но сама значимость матча. В конце при счете 2:1 вступил в игру. Потом не раз прокручивал тот момент, думал, а что, если бы не спас.
Досье «РГ»
Николай Хабибулин родился 13 января 1973 года в Свердловске. В 2004 году в составе клуба Национальной хоккейной лиги «Тампы» выиграл Кубок Стэнли, став первым российским голкипером обладателем трофея. Провел больше всех матчей в «регулярках» НХЛ среди вратарей с постсоветского пространства — 799. В составе сборной России — олимпийский чемпион-1992 и обладатель «бронзы» Игр 2002 в Солт-Лейк Сити.
