Непереводимая игра слов

Помните байку про эскимосский язык? Историю о том, что у эскимосов в ходу есть около пятидесяти разных слов для обозначения разных типов снега, часто используют для иллюстрации так называемой теории языковой относительности, суть которой довольно проста. Дело в том, что язык помогает его носителям отчётливо видеть в окружающем мире что-то такое, о чём иные не могут даже помыслить.

То же справедливо и для футбола. Термины, используемые в разных странах для именования игровых позиций, тактик и задач, определяют различия между национальными спортивными школами. Языковые барьеры превращаются в барьеры интеллектуальные: переезжая с одного континента на другой, футболист осваивает не только новый язык, но и новую форму мышления. 

Английский акцент

Языковая проблема занимает второе или третье место в списке причин, по которым британцы почти никогда не выступают за рубежом. Те англичане, которые готовы расстаться с домашним уютом и пожертвовать престижем родного чемпионата, за границей встречаются с другой преградой — имперским комплексом! Британцы привыкли к тому, что могут объясниться на своём языке в любом уголке мира, и особенного смысла корпеть над иностранным не видят. Начинается эта история уже со школьной скамьи: вторым языком юные англичане традиционно занимаются спустя рукава, да и преподаётся он довольно слабо. Нет ничего удивительного в том, что сегодня 75% взрослых англичан, согласно опросам, не владеют ни одним иностранным языком.

Яркий футбольный пример — Эшли Коул, на склоне лет переехавший в «Рому», но так и не сумевший адаптироваться в новом клубе. За два сезона англичанин провёл всего лишь 11 матчей, толком не завёл себе друзей, а по-итальянски до последнего говорил кое-как. Раджа Наингголан вспоминал, что попытки Коула изъясниться на чужом языке смешили весь клуб до колик. С теми же трудностями столкнулся молодой Натаниэл Чалоба, арендованный «Наполи» из «Челси» на сезон 2015/16. На тот момент 20-летний футболист признавался, что занимался итальянским чуть ли не каждый день, чтобы освоиться, но давался он ему с трудом. Ни проявить себя, ни закрепиться парню в Италии не удалось: за неаполитанцев он сыграл всего лишь в 5 матчах.

Как корабль назовёшь…

Языковой фактор же в итальянском футболе несёт исключительное значение и явно выделяет местную спортивную традицию среди прочих. Начать можно с того, что итальянский — единственный язык из европейского топ-5, на котором самая популярная игра с мячом — это, собственно, не «футбол». Французы, немцы и испанцы используют слова, очевидно восходящие к классическому английскому football, в то время как итальянцы говорят calcio. Так что «ногомячу», в который играет весь мир, Италия предпочитает «пинок» — таков буквальный перевод местного термина. Если англичане сосредотачиваются на средствах (бей и беги — всё ясно!), то итальянцы — на самом действии: им важнее не что, а как.

Этот языковой сепаратизм вполне объясним. «Кальчо» появился не на пустом месте: за ним, как и за британским «футболом», стоит вековая история, которую ревностно отстаивают итальянцы. В качестве прообраза для своего футбола Италия выбрала так называемое флорентийское кальчо — вид спорта, появившийся ещё в XVI веке и отчасти напоминающий регби. Поскольку забава жителей Флоренции по одной из версий считалась осовремененной формой древнеримского гарпастума, то корни национальной футбольной школы необходимо искать в античности!

Оригинальное название — не последнее, чем итальянский футбольный язык отличается от других. Зашитая в речь метафорика отражает совершенно особое восприятие игры итальянцами: хороший матч местные комментаторы называют «спектаклем» (spettacolo), а иногда и «симфонией» (sinfonia). Футбол понимается итальянцами как искусство, где перепасовка между игроками — уже диалог (dialogare), а комбинирование — составление музыкальной фразы, «фразирование» (fraseggio). Футболисты не занимают «позиции», а отыгрывают «роли» (ruolo), и контролирует их на поле не простой «плеймейкер», а «постановщик» (regista). Сравнив эти выражения, например, с русскими аналогами, вы уже можете предположить, почему в нашем футболе так мало зрелищности.

Словарные выдержки

Самобытный футбольный язык в своё время выработали и французы. В послевоенную эпоху новые концепции помогли стране развить собственную школу и игровую философию. Некоторые понятия, использующиеся во французском языке, практически непереводимы на английский — например, «автоматизм» (automatisme). Этот технический термин чужд и русскому читателю, ведь мы почти не используем «механические» метафоры, говоря о спорте. Французы же подразумевают под автоматизмом тип игры, который можно сравнить с испанской тики-такой: командное действие с доведённым до идеала взаимопониманием и выработкой у футболистов определённых игровых инстинктов. Здесь же во французском словаре появляется и «перкуссия» (percussion) — «автоматический» ритм игры в пас и «автоматическое» же продвижение мяча к цели.

Самое же знаменитое немецкое изобретение — понятие «раумдойтер» (Raumdeuter), переводящееся как «искатель пространства» и означающее условно «свободную» позицию в атаке. Появлением этой концепции мы обязаны Томасу Мюллеру и его поразительному голевому чутью: умный и креативный игрок перемещается по полю безо всяких ограничений и всегда блестяще открывается.

Однако самым необычным футбольным словарём располагают всё-таки итальянцы. Помимо упомянутого нами вскользь «реджисты» Италия подарила миру, например, позиции «треквартисты» и «фантазисты», обозначающие два других типа плеймейкеров. Из итальянского же пришло ещё одно модное слово «латераль», обозначающее крайнего защитника, действующего по всей бровке и активно подключающегося к атакам. 

Исследования лингвистов, впрочем, показывают, что в большинстве европейских языков основной корпус футбольных терминов напрямую заимствован из английского, и в этом, конечно, нет ничего удивительного. В странах, наименее активных на международной арене, оригинальные термины практически отсутствуют, а в государствах, располагающих большой футбольной историей, местный язык активнее борется с английскими заимствованиями.