Когда уходит очередной сезон, всегда хочется увидеть в нём некие уникальные черты, позволяющие составить портрет национального футбола в настоящий момент времени. Хочется по этим чертам понять состояние его здоровья, причём желательно не только сегодняшнего, но ещё и завтрашнего. Что же мы заметим в этот раз?
В первую очередь, конечно, третье подряд чемпионство «Зенита» – рекорд века. До сих пор в 21 столетии вершиной было два золота подряд. Что означает утверждение такого явного лидера? Едва ли его можно оценить в простых категориях – хорошо или плохо. Конечно, с точки зрения зрелищности лучше, когда фавориты меняются, как было у нас совсем ещё недавно (четыре разных чемпиона в четырёх сезонах, с 2014/15 по 2017/18). Но признаком общего благополучия ни одно из этих состояний – чемпионская стабильность или чемпионский калейдоскоп – само по себе являться не может. Чтобы понять это, достаточно обратить внимание на аналогичные примеры из собственной истории или из опыта других стран. Допустим, полувековое доминирование «Баварии» не мешает Германии оставаться одной из самых мощных футбольных держав мира – возможно, даже наоборот помогает.
Не исключено, общее состояние дел в отрасли точнее характеризуют процессы на другом конце таблицы. В смысле яркости трагедия «Тамбова» не менее заметная черта сезона, чем триумф «Зенита», а в смысле значимости, вероятно, даже более веская. Когда ещё у нас была такая команда, как «Тамбов»? Да, нищих мы помним: «Тосно», «Анжи», «Томь»… Но они хотя бы сами набирали состав. Сильный, слабый – другой вопрос, но сами. «Тамбову» же состав собирали всем миром. Последний раз нечто подобное в отечественном футболе было, кажется, в 1979 году с «Пахтакором». Но тогда команда разбилась. А что разбилось сейчас? Может быть, наши иллюзии? Наши представления о силе спорта?
История с лицензированием клубов ФНЛ дала лишний повод думать, что круг участников элитной лиги впредь будет очерчен циркулем ЧМ-2018. Что он будет определяться не столько спортивными, сколько чиновничьими средствами. Не то чтобы отказ в лицензии для «Оренбурга», «Алании», как и крах «Тамбова», это нечто незаконное. Отнюдь: весь церемониал выдержан строго. Но только в основе всех этих историй одна причина – слабость материальной базы, неготовность стадиона. И пока нет оснований считать, что новые арены по стране будут появляться. Просто не видно таких признаков. А старые арены уже не отвечают критериям, написанным по-новому. И полное впечатление, что чемпионат страны у нас может превратиться в чемпионат стадионов. Из чемпионата регионов, клубов, тренеров, каким был всегда, стать чемпионатом «наследия». Территорию большого футбола – по-настоящему большого – как будто пытаются ограничить искусственно. Спорт, который всегда богаче самой подробной инструкции, словно хотят загнать за флажки. И такой стеснённый, не имеющий возможности вдохнуть полной грудью футбол едва ли способен развиваться полноценно.
А он ведь и сегодня далеко не кровь с молоком. Таблица коэффициентов УЕФА в этом смысле надёжный диагност. 4,333 балла, которые набрали российские клубы в уходящем сезоне, это минимум почти за двадцать лет. Хуже наши показатели были только на рубеже веков, в сезонах с 1999/2000 до 2002/03.
Если восстановить в памяти ту пору, то она напомнит сегодняшнюю не только слабостью международных результатов. Тогда в нашем футболе тоже был ярко выраженный гегемон, «Спартак», чьё могущество современникам казалось непоколебимым.
И он, будучи для окружающих, во-первых, примером, а во-вторых, раздражителем, породил целый слой новых лидеров. «Локомотив», ЦСКА, «Зенит» – каждый из них тогда рос на жгучем стремлении завалить романцевский «Спартак», и, конечно же, неслучайно именно эти три клуба стали самыми успешными в стране в следующие двадцать лет. Так и на сегодняшнем желании свергнуть «Зенит» вполне могут подняться будущие гранды. Теперь уже в роли претендентов «Спартак», «Локомотив», «Краснодар», «Динамо»…
А с началом века сегодняшний день объединяет и ещё одна черта – резкое выдвижение молодых. Конечно, вчерашние дублёры поднимаются до первых составов в любом сезоне, но вот потрясение умов вызывают далеко не всегда. Марат Измайлов, Дмитрий Сычёв, Александр Кержаков, Андрей Аршавин – каждый из них буквально очаровывал аудиторию с первых дней своей игровой жизни. А нынешний сезон дал нам по крайней мере две вполне сопоставимые по изначальному резонансу фигуры – Максим Мухин и Арсен Захарян. Первый уже дебютировал за сборную, имея в свои 19 лет что-то около пяти матчей в РПЛ, а второй, 17-летний, к такому дебюту очень близок. Даже Александр Головин, чей прорыв в большой футбол ныне считается образцом, стартовал не столь дерзко.
Как вполне очевидно с расстояния десятилетий, начало 21 века было в нашем футболе чем-то вроде пересменки. Прежние центры силы, хоть и казались незыблемыми, по сути, сдавали свои полномочия – новые, хоть и выглядели ещё желторотыми, готовились их принять. Совпадение некоторых важнейших черт – гегемония одного клуба, провал в Европе, вспышки юных талантов – позволяет предполагать, что и сегодня наш футбол находится в подобной точке. И тогда в ближайшем будущем наши дела должны пойти в гору.
Вот только надо придумать, как не ограничивать самих себя. Тогда, в начале века, из недр российского футбола естественной силой спорта наверх были вынесены клубы, которые затем стали явлениями, сделали наш футбол богаче, – «Анжи», «Рубин», «Амкар»… И есть подозрение, что искусственные ограничения, совершаемые сейчас даже из самых добрых побуждений, делу могут навредить. Спорт ведь по самой своей природе предполагает максимальную раскованность, максимальное выражение сил. И загонять его в сторонние рамки – всё равно что загонять в клетку зверинца натуральную жизнь. Только свою жизнь, футбольную.
