Добиться такого нелегко, но новый сезон для экс-команды Сироткина может оказаться даже хуже предыдущего. Так и умереть можно.
«Уильямс» — одна из трёх самых титулованных команд в истории Формулы-1 (две другие — «Феррари» и «Макларен»). У неё уже бывали неудачные периоды, но каждый раз Гроуву каким-то образом удавалось выбираться из кризиса — то при помощи БМВ, то на новых моторах от «Мерседеса»… Но нынешний кризис может оказаться для «Уильямса» последним. Что произошло с Гроувом и почему легенда Формулы-1 влачит жалкое существование?
История падения
Ещё четыре года назад у «Уильямса» всё было отлично — в 2014-м команда уверенно заняла третье место Кубка конструкторов, уступив только «Мерседесу» и «Ред Булл», при этом уверенно опережая австрийцев на скоростных трассах. В том году в Шпильберге Фелипе Масса даже завоевал для «Уильямса» поул-позицию. Да, это был не чемпионский уровень — до «Серебряных стрел» тогда не мог дотянуться вообще никто, тем не менее команда, казалось, прочно встала на ноги — пришёл титульный спонсор, Валттери Боттас с опытнейшим Массой регулярно поднимались на подиум. На следующий год «Уильямс» вновь стал третьим в Кубке конструкторов и вышел на тот уровень, на котором выступал, будучи «БМВ-Уильямсом».
Но дальнейшего прогресса не последовало. Три топ-команды — «Мерседес», «Феррари» и «Ред Булл» — ушли вперёд, а во второй половине сезона-2016 «Уильямс» откатился на пятое место, уступив в том числе «Форс Индия», в распоряжении которой были такие же двигатели. Команду при этом, похоже, всё устраивало — к концу года на место опытного Фелипе Массы Клэр Уильямс взяла Лэнса Стролла, с которым шла поддержка его отца — канадского миллиардера Лоуренса Стролла.
Гран-при Канады-2016: последний подиум Боттаса с «Уильямсом»
Нельзя сказать, что это решение было таким уж катастрофическим — Валттери Боттас уже набрался опыта и готов был повести новичка за собой. Куда хуже было то, что «Уильямс» согласился отдать финна «Мерседесу», когда чемпионат внезапно покинул Нико Росберг. Гроуву пришлось возвращать Массу — гонщика, который три года подряд проигрывал Боттасу, который публично упрекал команду в том, что она предпочла его опыту деньги Строллов, который уже несколько недель как попрощался с паддоком и не собирался выступать в «Больших призах».
В итоге это привело к новым снижениям результатов — «Уильямс» сохранил пятую позицию Кубка конструкторов, но если годом ранее команда боролась с «Форс Индия» за четвёртое место, то теперь с трудом опередила «Рено» (к слову, во многом благодаря провалившемуся Джолиону Палмеру). В конце 2017-го Масса окончательно покинул Формулу-1, лидером команды стал вчерашний дебютант Стролл, а его новым напарником после успешных тестов в Абу-Даби стал Сергей Сироткин. Команда явно оказалась в непростом положении — речи о статусе «второй силы», какой был у «Уильямса» в 2014-м, уже не шло.
Катастрофа
В 2018-м всё рассыпалось. Собранная техническим гуру Падди Лоу из позаимствованных у других команд идей машина оказалась неуправляема: на одном круге она могла нормально пройти поворот, а на следующем в том же самом месте срывало задний мост. Вместе с этим серьёзные ошибки допускали механики — лучший шанс Сироткина на очки в первой половине сезона — Гран-при Монако — был упущен ещё до старта, когда механики не успели вовремя освободить стартовую решётку. Проблемы были даже с ремнями безопасности — и это у команды, девять раз выигрывавшей Кубок конструкторов!
Лишь к середине сезона инженерам удалось разобраться в том, что не так с машиной, но просчёты оказались фундаментальными — автомобиль оказался безнадёжным. К этому времени о прекращении сотрудничества по окончании сезона объявил титульный спонсор, Лоуренс Стролл выкупил «Форс Индия», которая вскоре превратилась в «Рейсинг Пойнт».
Сергей Сироткин («Уильямс») и Эстебан Окон («Форс Индия») на Гран-при Бразилии-2018
К концу года «Уильямс» оказался на дне турнирной таблицы — десятое место (ещё никогда в своей истории команда не оказывалась так низко), набрав всего семь очков. После столь плачевных результатов от «Уильямса» ушла и «СМП Рейсинг», а с ней Сироткин. Новыми гонщиками стали Роберт Кубица — польский ветеран, который с трудом двигает правой рукой и уже восемь лет не гонялся на машинах с открытыми колёсами, да дебютант Джордж Расселл — чемпион Формулы-2 и протеже «Мерседеса».
Им предстоит вытаскивать «Уильямс» из подвала турнирной таблицы, но делать это пока не на чем — в Гроуве не успели вовремя построить новую машину, что в итоге стоило команде четверти всего тестового времени. По слухам, причиной задержки стали неправильно спроектированные тормоза — при сборке детали попросту не подошли друг к другу — и это при том, что новой машиной «Уильямс» занимался как минимум с лета прошлого года! Ситуация выглядит тупиковой.
Чего ждать дальше?
Не исключено, что в гонках новый «Уильямс» окажется быстрым и позволит регулярно набирать очки, но будем откровенны: вероятность такого развития событий крайне мала. Больше того, если FW42 окажется неплохой машиной, то это лишь продлит агонию распадающейся команды, основная проблема которой — полное отсутствие сколь-либо вменяемой долгосрочной стратегии.
Всё началось с Боттаса. Отдав финна «Мерседесу», «Уильямс» лишился своего лучшего на тот период пилота. Да, за его контракт Гроув получил компенсацию, но стоила ли оно того, учитывая довольно крупных спонсоров в лице «Мартини» и семьи Строллов? Отдав лидера, «Уильямс» показал отсутствие амбиций. Теперь же у команды нет ни «Мартини», ни Строллов, ни гонщика, в скорости которого можно было бы быть уверенным.
Одним из пунктов того соглашения с «Серебряными стрелами» был переход в Гроув Падди Лоу. Да, он выигрывал чемпионаты с «Маклареном», когда туда пришёл Эдриан Ньюи, побеждал с «Мерседесом» — под руководством Тото Вольфа и Альдо Косты, однако сам никогда не являлся единоличным техническим руководителем команды. «Уильямс» FW41 2018 года стал первым самостоятельным детищем Падди Лоу — и он провалился. Спасти FW42 теперь может только чудо. С момента перехода Боттаса в «Мерседес» прошло всего два года — и по факту Гроув от его ухода не получил ничего, кроме давно потраченной компенсации.
Падди Лоу и Лоуренс Стролл на Гран-при Бахрейна-2018
Сейчас у команды новые спонсоры — польская компания, поддерживающая Кубицу, и производитель смартфонов, не создавший ещё ни одного смартфона. Также у команды есть машина, которую не удалось с первого раза собрать. Кроме того, есть персонал, отказывающийся работать круглыми сутками без выходных. И нет никакой долгосрочной стратегии или мощных партнёров, заинтересованных в победах. Сейчас команда просто пытается выжить — и это главный признак аутсайдера.
Джин Хаас всего за пару лет создал успешную и боеспособную команду. Да, «Хаас» во многом пользуется чужими наработками, в то время как Клэр Уильямс с гордостью отмечала, что её команда полностью строит автомобиль сама — правда, в последнее время получается так себе…
Проблема «Уильямса» в менеджменте. Команде необходим руководитель, который, как Джин Хаас, знает, что делает. Ей необходимы свежие инженерные идеи, как у Эдриана Ньюи, а не копирование чужих наработок. В конце концов, ей нужен технический директор со своим видением, а не чужим послужным списком — тот же Росс Браун в «Феррари» не стоял у кульмана, но мог организовать работу технической группы так, чтобы она добивалась успехов. Провал с февральскими тестами показывает, что Падди Лоу, вероятно, так не может.
«Уильямсу» нужна революция — в противном случае команда рискует сгинуть также, как это было с другими легендарными командами — чэпменовским «Лотусом» и «Тирреллом». К слову, корни нынешнего «Мерседеса» растут именно из «Тиррелла»…
