О нем, болезном, и поговорили. Об осенних страданиях, беговых отставаниях, публичной критике игроков, иностранных тренерах, «Динамо» и многом другом.
«В чемпионате России лидеры не выкладываются на 100 процентов»
— Про банкет, насколько понимаю, спрашивать ни к чему.
— Отмечать день рождения на фоне ковидных сводок не стану, разумеется. Стараюсь меньше выходить из дома, свожу общение к минимуму. После первой волны наметилось было послабление, улетел на отдых, вернулся, спустя два дня встретился по делу с пятерыми. На следующий день узнаю: трое из них слегли с «короной». С того момента веду себя особенно аккуратно, так что никаких празднований. Узкий круг, и скорее всего, дома.
— Восемь лет назад ваш старший сын играл за дубль «Динамо». Сейчас связан с футболом?
— Поигрывает в свободное время, вот и вся связь. А так на административной работе.
— Как и многие тренеры, вы заполняете профессиональную паузу появлением в СМИ. Вжились в роль эксперта?
— Не знаю, правильное ли это слово. Приглашают на ТВ — иду, но договорными отношениями не связан.
— Почему не заострите вопрос? Стали бы профи.
— Предлагали — отказался. По возможности приезжаю, но быть в рамках жестких обязательств не хочу. Свободное плавание ближе — успеваю следить в интернете за футбольными новшествами, подмечать полезное.
— Последнее из полезного, что зацепило?
— Практически ничего. Тренировки и нагрузки не меняются, добавляются психологические моменты — по управлению командой, например. Плюс интенсивность. Растет, причем давно, и это не секрет.
— С кем из тренеров ни заговоришь в последнее время, все опираются в статистике на спринты и спурты, считая бег на максимальной скорости одним из решающих факторов преимущества. Согласны?
— Рывково-тормозная работа показательна, но строить выводы о ней должны тренеры. Если подойти прямолинейно, как порой журналисты, можно тупо носиться за мячом, копить сумасшедшие ускорения, а на табло все будет грустно. Конечно, современный высокий прессинг, переключения между обороной и атакой требуют максимальных скоростей. В этих фазах рывки и торможения крайне важны, критерий обязаны мониторить.
— На недавней встрече с журналистами Станислав Черчесов заглянул в телефон и сказал примерно следующее: среднее количество метров на пиковой скорости для хавбеков английской премьер-лиги — 210 за матч. В России, условно, 100. На что рассчитывать при такой разнице?
— Действительно отстаем, хотя у нас есть игроки и команды, близкие к европейским показателям. Не полный провал, но резерв роста присутствует.
— Что нам мешает ускоряться, как они?
— Уровень чемпионата и конкуренции в нем. Есть игры, когда, допустим, «Зенит» может не выкладываться на 100 процентов. Соперник почти не владеет мячом, сидит в глухой обороне — где там делать спринты? Естественно, в таки играх этот показатель не тренируется и не улучшается.
— «Кристал Пэлас» почти не владеет мячом, сидит в обороне. Почему «Ливерпуль» выигрывает 7:0, и у него порядок с ускорениями? Юргену Клоппу удается выжать максимум из звезд, Сергею Семаку — нет.
— Загадка. Может, проявляется пресловутый менталитет. На некоторые вопросы у меня до сих пор нет ответа. Даешь игроку установку действовать вот так, а он поступает с точностью до наоборот, решив, что будет лучше.
— И неминуемо садится на лавку, проиграв конкуренцию, разве нет?
— Сто процентов, если есть равноценная замена. Был у меня футболист, фамилию называть не стану. В Турции на сборах все ему растолковываю на нескольких теоретических занятиях. Дискутируем, приходим к единому мнению. Затем контрольная игра, человек поступает по-своему. На разборе ставлю перед фактом: «До возобновления чемпионата две недели. Или делаешь, как я говорю, или садишься в запас». Исправился.
— То есть все-таки работает лавка животворящая.
— Работает, но убивается уйма времени и нервов. По нормальному до некоторых не доходит — только так.
«Еще летом предупреждал: ждите мышечных травм и спадов»
— Нужно критиковать игроков публично, как Черчесов? Или драть в раздевалке, но прикрывать от прессы? У вас в «Динамо» тоже вырывалось после поражений: «Говорю, а они не делают».
— С игроков спрашивать, разумеется, нужно. Стараюсь делать это внутри команды, хотя порой все же проскальзывает в интервью. В последнее время всю вину принято возлагать на тренера. Он действительно отвечает за результат, но важно, чтобы и спрос с футболистов не сошел на нет.
— Давайте разберемся с виной игроков. Вышел, сыграл ниже своих возможностей. Но он же не сам себя готовил, не сам включал в состав? Это работа тренера. Доверил место на поле? Виноват.
— Зависит от причин, по которым сильный футболист слабо сыграл. Неделю готовимся к матчу, у человека снимают показатели, вижу, что он в обалденном функциональном состоянии. А по полю отходил пешком, установку не выполнил. Кто виноват?
— Если специально вредит тренеру или нажрался накануне — он. А если у человека психологический срыв, который тренер проморгал?
— Говорю о том, что виноват как минимум не только тренер. Если футболист не готов, я либо его не ставлю, либо ставлю и беру ответственность на себя, но в этом случае не критикую. А если он готов, но возит тачку, потому что играл до шести утра в «плей-стейшн» или обменивался видео с девушкой, извините. Тренер не может ночами ходить по комнатам и быть каждому нянькой.
— «У нас есть команды, близкие к европейским показателям», — сказали вы. Например?
— «Краснодар»: смотрел их выкладки — приличные цифры. «Зенит» временами, хотя для тонуса лучше, если тренировать такое постоянно. А когда из пяти матчей один на пределе, остальные «лайтовые», прогресса нет.
— У вас были предложения после ухода из «Динамо»?
— Были.
— Больше, меньше пяти?
— Около пяти.
— Отвергли?
— Какие-то да, а в одном случае не срослось. Хороший вариант, жалею.
— Ждете звонков из клубов, или в поисках кто-то помогает?
— И то, и другое. Агента у меня нет, но есть люди, оказывающие помощь.
— После такой осени, какую пережил российский футбол, у ваших помощников должно быть много работы. Масса поражений на международной арене, считая сборную. Лишь две победы, обе на счету «Краснодара». Что это было?
— Усталость и отсутствие полноценного отпуска, другого объяснения у меня нет. Весной готовились скомкано, чуть ли не по «зуму», из одного сезона сразу вкатились в другой. Еще летом сказал: ждите мышечных травм и функциональных спадов. Какой-то отрезок на свежести пройти можно, но без фундамента ничего не получится.
— Всплывала таблица: только Россия начала чемпионат через 15 дней после завершения предыдущего. За нами Турция — через 45 дней. Разница огромна. Но коронавирусная пауза разве не отдых? С чего вдруг наши так быстро устали после нее?
— Длинный отпуск — тоже плохо. Потом необходимо приводить себя в порядок, а у нас этого не было, заканчивали сезон, фактически не тренируясь. Что такое отпуск? Первый этап — выход из чемпионата и снижение нагрузок; второй — полный релакс; третий — активный отдых, подготовка к сезону. В 2020-м все это скомкалось, смешалось.
— Но почему-то только у нас.
— Россия оказалась в невыигрышном положении за счет сжатых сроков. По крайней мере, хотел бы верить в такое объяснение, потому что другого дать не могу. В одинаковых условиях пришлось бы копать глубже, чтобы объяснить неудачи…
«Есть люди, неграмотно управляющие клубом»
— От «Динамо» нам в разговоре не уйти. Что с ним глобально не так? Почему десятилетиями не возвращаются ни сила, ни движение?
— Есть и несовпадающие причины, и общая.
— Давайте сразу про вторую.
— Люди, неграмотно управляющие клубом.
— Фамилии назовете?
— Не хочу. Все их прекрасно знают.
— Тогда хотя бы уровень. Если взять за ориентир генерального директора Юрия Белкина, выше или ниже?
— Зачем выше? Там как раз все нормально.
— Значит, я попал в цель.
— Проинтуичили.
— При расторжении контракта вас обязали подписать бумагу о трехлетнем неразглашении?
— Срок другой, но подпись ставил. Определенные вещи озвучивать не могу.
— Надеюсь, это не относится к «багажу Хохлова». Оставили после себя, как думаете?
— Может, нескромно прозвучит, но оставил. Основную «грязную» работу сделал наш штаб. Когда мы пришли, цельного состава не было. У кого-то заканчивались контракты, кто-то приезжал на просмотр в разобранном состоянии, готовый на 20 или 40 процентов. Дисбаланс наложил сильный отпечаток на тот этап. А когда стали понемногу приводить все в порядок, наше время закончилось. Но что-то заложить успели, стараясь при этом не рушить уже наиграннное.
— Каково тренеру работать с игроками, набранными предшественниками под другие стили и модели?
— По-другому в нашей профессии не бывает. Здесь у каждой стороны своя правда. Есть, условно, игроки, которых ты хочешь видеть в команде, список из десяти человек на позицию. Тренер согласен на любого из первой четверки. Номера с восьмого по десятый его не устраивают, а с первого по третий сложны для покупки. Итог — приходит номер пять или шесть. Бери и работай.
— Из тех, кто пополнил «Динамо» при вас, все устраивали?
— Кто-то устраивал, кто-то с оговорками. Некоторых брали только в аренду, чтобы залатать дыру. Нападающих, которых мы хотели и просили, получить не удалось. Если Игбун приходит в последний день трансферного окна, сами понимаете. Будь он первым номером, мы бы так не тянули.
— Были такие, которых вы не хотели, но они оказались в команде?
— Вообще не хотел — такого не было. Говорилось, что кого-то берем временно. Но вскоре выяснялось, что времени нет, результат требуется сразу. «Динамо», откровенно говоря, не было готово к столь масштабной селекции. 80 процентов новичков, не притертых друг к другу и с разными кондициями, — перебор. Наверное, нужно было действовать по-другому.
— Когда брали Максимилиана Филиппа, рассчитывали, что он будет на поле таким же, каким и был в «Динамо»?
— Филлиппа я действительно неоднократно смотрел. Но без выездов, хотя игрока такого плана нужно вести как минимум полгода, если не дольше. Приезжать на матчи и смотреть. Мы отследили игры прошлого сезона бундеслиги, собрали статистику, отзывы. В принципе устраивал. Правда, мы брали его не центрфорвардом, а нападающим второго плана. Однако с функциональным состоянием вышла промашка. Очень долго набирал форму и, кажется, испытал разочарование, приехав сюда.
— Играл так, будто куплен ради покупки, а не ради усиления.
— На эту позицию имелось несколько кандидатов как минимум того же уровня, а может, и лучше. По разным причинам не сложилось: либо не хотели в Россию, либо просили сумасшедшие деньги, либо агенты требовали сумасшедших бонусов. Каждая история индивидуальна.
— Рауш тоже приходил при вас. Почему он выпал из сборной и основы «Динамо»?
— Поначалу играл, причем неплохо. Со временем что-то стало происходить, не знаю, что именно. Возможно, виноваты травмы, спина в частности. Выпадал, набрав форму, на полтора месяца, на пару недель, из-за спины не сыграл на чемпионате мира. Все время что-то мешало.
«Выпуская Кутепова в нападение, Тедеско дает посыл: хочу усиление, а его нет»
— Ваш друг и помощник Юрий Никифоров пытался заниматься посредничеством на футбольном рынке. Не получилось. Вы участвовали когда-нибудь в трансферах?
— Вообще не мое. Как тренер отсматривал игроков, давал рекомендации. Звонили знакомые, предлагали зайти через меня с предложениями в команды. Всегда отказывал. В лучшем случае давал телефон: «Договаривайтесь сами».
— Делите тренеров на иностранных и наших?
— Не делю, но знаю: есть тренер Спаллетти, за тренировочным процессом которого я следил, общался с игроками, понимал, что он делает. Если специалисты такого уровня будут к нам приезжать, я только за. Но есть и другие. Приезжают и ноют: чемпионат не такой, судят не так, поля корявые… Жалуются на косвенные причины. Когда люди некрасиво себя ведут, я против.
— Спаллетти под конец тоже ныл.
— Под конец.
— В случае с иностранцами не всегда понятно, ноют они оттого, что плохо судили, или потому, что собрались на выход.
— И такое присутствует.
— Чья позиция вам ближе, Тедеско или «Спартака»?
— Хотел бы обладать большей информацией. Мне кажется, там не все просто. Выпуская Кутепова в нападение, Тедеско дает явный посыл: хочу усиление, а его нет. Так это видится. Но четырех форвардов, пусть даже два сейчас травмированы, вполне достаточно, на мой взгляд. Скорее всего, есть какое-то недопонимание между тренером и руководством.
В любом случае, я однозначно не на стороне Тедеско после его заявлений. Если бы сказал: хочу доработать контракт, попытаться что-то выиграть и потом продолжить в Германии или Италии, я бы понял. Но когда такое говорится в безапелляционной форме после неудачного матча, нужно на следующий день собирать чемодан и уезжать.
— Немец, судя по всему, этого хочет. Но балансирует, как в поговорке про рыбку.
— Возможно. Потому и говорю: в этой ситуации я не на его стороне.
— Только для него ситуация выглядит иначе. Сменилось два генеральных директора, один из которых привел Тедеско в команду. Купили нападающего, который часто не может играть, а когда может, не очень играет. У вас не накопилось бы внутри?
— Потому и нужно глубже знать, что происходит. Если обещали одно, а происходит другое, тренера можно понять.
— Знаю, что вы за отмену лимита. Обсудим?
— Лет шесть назад, когда тренировал резерв «Динамо», был за лимит. Видел хорошую молодежь, считал, что искусственная протекция расширяет ее перспективы. Но в последнее время поменял мнение. Оно же мое, правильно? Могу менять. Так вот я против всякого лимита. Но с одним условием. Как в Англии, наверное, не получится, и все же критерий качества приезжающих игроков нужно вводить обязательно.
— Хорошо, введем. Но в рамках этого критерия все равно будет разброс. В ту же Англию может приехать член сборной Бразилии, а может — Люксембурга. К нам какие поедут, по-вашему?
— Гарантий в селекции быть не может. Приехал Азар в «Реал», и что на выходе? Неудачные трансферы есть и будут. Но как-то страховать себя от «пассажиров» нужно. Как? Пусть руководство думает, однозначных рецептов нет.
«Почему тренеры обязаны объяснять свои решения, а судьи нет?»
— С армейским товарищем Семаком связь поддерживаете?
— Да.
— Тяжело ему в «Зените»?
— Всякое бывает. Выиграл два чемпионства, а стоило запнуться в еврокубках, стали бомбить справа и слева. Петржела откуда-то возник. Из казино вышел? Не было видно и слышно, а тут активизировался, десятое интервью дает. Ясно, что от «Зенита» всегда ждут максимума. Но набрасываться при малейшем спаде неправильно.
— Роль Семака в «Зените» творческая? Или достаточно покормить звезд, а на поле они сами все сделают?
— Нет-нет, хорошо знаю Сергея: на такую роль он и не согласился бы, а станут навязывать — уйдет. Семак полностью руководит процессом и определенные моменты отстаивает в жесткой форме. Заслуга «Зенита» в том, что это не выходит наружу.
— «Зенит» — «Спартак». В основе хозяев ноль своих воспитанников. Семак ни при чем?
— Ситуация простая. Никто не против собственной молодежи, если она есть. Но существует задача дать результат. Тренер видит: свой слабее. Почему он должен его выпускать? Это не ДЮСШ, а профессиональный спорт, тут нужно выгрызать место в составе.
— Лимит зарплат поможет делу?
— Не уверен, что он возможен. Ограничат зарплаты — станут выписывать игрокам бонусы. Захотят обойти — обойдут. Хотя зарплаты завышены, факт. У нас потому и за границу не едет почти никто, что таких денег там не заработаешь.
— Возмутительно, но после 27 я бы, допустим, сильно подумал при выборе между заграницей и деньгами. Там синица, тут журавль, если говорить о благополучии семьи.
— И это надо учитывать. А значит, раньше уезжать. Чем-то придется жертвовать, если хочешь выйти на другой уровень. Иначе будешь всю жизнь себя корить.
— РФС начал раскулачивать судей, пока во втором дивизионе. Поможет это решить проблему?
— Должно помочь, потому что бездействие угнетает. Какие-то моменты за гранью моего понимания. Почему, например, тренеры обязаны после матча давать флеш-интервью и объяснять свои решения, а судейский корпус нет?
— Требование ФИФА, которое арбитрам на руку.
— И я о том же. В противном случае придется рассказывать, почему не было реакции на явный пенальти или удаление. Хотел бы услышать ответ. А их два: не увидел, значит, квалификация не та, или намеренно не отреагировал. Тем более необходимы выводы.
— Знакомы с актером Виталием Хаевым и его сочным монологом из фильма «Изображая жертву»?
— К чему вопрос?
— Внешне вы похожи, на мой взгляд. Если бы нашлось совместное фото, попросил бы у вас.
— Не знаком, монолога не видел, но заинтересовали. Пришлете с ссылку — посмотрю.
