О том, что Лев Яшин до сих пор остаётся единственным на планете вратарём, выигравшим «Золотой мяч» лучшему футболисту года, в целом известно достаточно. Гораздо хуже сегодня помнится, как именно состоялся тот самый, такой ценный для отечественного футбола выбор.
Давайте восстановим. И начнём с самого главного вопроса.
Что такого сделал Яшин в 1963-м?
1963-й стал одним из самых неудачных в истории сборной СССР. Из пяти официальных матчей (встречи с клубами не в счёт) выигран был только один, ещё три завершились ничейными результатами, а один – поражением. Самое поразительное в контексте нашего разговора, что единственная победа (2:0) пришлась на тот исключительный случай, когда Яшина в воротах не было. То есть с ним в том году сборная не выиграла ни разу.
В европейских клубных турнирах наши команды тогда не участвовали: железный занавес был открыт только в 1965-м.
Так где же Европа могла восхититься нашим вратарём настолько, чтобы признать его своим лучшим игроком?
А как вообще выбирали лучших?
Чтобы до конца понять логику выбора, надо уловить атмосферу того футбольного времени, которая сильно отличалась от нынешней. Тогда не было насыщенного клубного европейского календаря: формула двух турниров, которые проводились силами УЕФА – Кубка чемпионов (с 1955 года) и Кубка кубков (с 1961), – подразумевала сразу игры на вылет, да и от каждой национальной федерации заявлялась только одна команда. А стран на карте континента было сильно меньше, потому, к слову, и официальных встреч сборных – тоже. В связи с этим значительный вес имели товарищеские матчи. Сегодня никому не придёт в голову считать их критерием истины, а в ту пору они игрались всерьёз и с точки зрения престижа котировались на равных с официальными. Да и вообще гораздо больший вес имели эпизоды.
С позиций сегодняшнего дня непросто понять выбор некоторых лауреатов «Золотого мяча». Допустим, первым обладателем приза в 1956-м стал Стэнли Мэттьюз, которому на тот момент исполнился 41 год. Правда, его клуб «Блэкпул» весной занял второе место в английском чемпионате, а сам Мэттьюз продолжал вызываться в сборную, но ни лучшим бомбардиром, ни самым титулованным игроком он не был. Видимо, скорее всего это было совокупное признание заслуг, знак преклонения перед истинным футбольным рыцарством.
Не самой очевидной кажется и победа Луиса Суареса в 1960-м. Да, его «Барселона» выиграла в том году испанский чемпионат и Кубок ярмарок, но опять-таки самой заметной величиной он не выглядел. Как и в сборной Испании, которая в том году играла только товарищеские матчи, да и то не сказать чтоб удачно. Ему совершенно точно удался один суперматч. В 1/8 финала Кубка чемпионов 1960-61 жребий свёл «Барсу» с «Реалом» (который участвовал как действующий обладатель трофея). Королевский клуб выиграл вообще все пять розыгрышей, которые на тот момент состоялись, а потому можно представить, какой эффект имел его вылет. Он был предопределён результатом первой встречи в Мадриде, которую гости сумели не проиграть (2:2), и Суарес забил оба мяча каталонцев. Дело было в ноябре, как раз когда подводились итоги года, и возможно, именно это событие решающим образом повлияло на выбор журналистов.
А как же наш Кубок Европы?
Хотя как раз в 1960-м все основания рассчитывать на индивидуальную награду имел Яшин. В том году сборная СССР выиграла первый розыгрыш Кубка Европы, и в обоих решающих матчах наш вратарь был великолепен. После полуфинала (3:0 у Чехословакии) случился овеянный впоследствии легендами эпизод, когда Яшин чуть не потерял свою знаменитую кепку, – а всё потому, что на него после финального свистка накинулась восторженная марсельская публика, которая в буквальном смысле унесла его с поля. А после финала (2:1 у Югославии) французское издание «Экип» написало: «Яшин только подтвердил то, что мы подозревали и раньше, а именно что он сильнейший вратарь в мире».
Почему же «Золотой мяч» не отдали Яшину тогда? Видимо, потому что первый континентальный турнир для сборных ещё не имел того авторитета, к которому мы привыкли впоследствии. Достаточно сказать, что стартовый розыгрыш Кубка Европы проигнорировали многие тяжеловесы – Англия, ФРГ, Италия, на этапе четвертьфинала от встречи с СССР отказалась Испания. В общем, в голосовании за «Золотой мяч» 1960 года Яшин оказался пятым. Для других советских футболистов места в анкетах европейской прессы не нашлось вообще.
Замечали ли его раньше?
В целом же имя Яшина появлялось во всех итоговых списках «Золотого мяча» с самого первого референдума. В 1956, 1957, 1958, 1959, 1960, 1961-м – в каждом из сезонов Европа его замечала. И пусть баллов обычно набиралось не так много (высшим было четвёртое место – в 1961-м), вот это постоянство играло свою роль. Оно означало стабильность и формировало репутацию, которая, как в случае с Мэттьюзом, могла однажды перевесить чей-то сиюминутный успех.
Постоянство, к слову, более всего отличало вратаря от партнёров по сборной СССР. Лишь Эдуард Стрельцов появился в анкетах респондентов «Золотого мяча» дважды (1956 и 1957), а остальные – Игорь Нетто, Валентин Иванов, Юрий Войнов, Михаил Месхи, Виктор Понедельник, Слава Метревели – заслуживали внимания европейской прессы только в каком-то одном сезоне.
1962-й стал первым годом, когда советских игроков в итоговых списках не оказалось – ни Яшина, ни кого-то из его товарищей. Чилийский чемпионат мира авторитета сборной СССР не добавил.
И всё-таки почему?
Но в 1963-м Яшин выиграл «Золотой мяч» убедительно, за явным преимуществом. Он набрал 73 балла: за первое десятилетие «Золотого мяча» (1956-65) более высокий результат из всех победителей имел только Альфредо Ди Стефано в 1959-м – 80 баллов. Почему же всё-таки Европа отдала свои голоса нашему вратарю?
Во-первых, в 1963-м Яшин фантастически играл в клубе. После трёхлетней паузы «Динамо» вернуло себе звание чемпиона СССР, и основой успеха стала именно надёжность. Если по забитым мячам бело-голубые имели только пятый результат, то по пропущенным – первый, причём вообще с претензией на историческую уникальность. В 38 матчах чемпионата «Динамо» позволило забить в свои ворота лишь 14 голов, а персонально Яшин – в 27 матчах 6 голов. Не то чтобы для европейских репортёров это было решающим фактором, но, безусловно, учитывалось.
Во-вторых, и это главное, ближе к финалу года в жизни Яшина случились два ярких события, имевших вселенский резонанс.
Во-первых, это тайм за сборную мира в «матче века» со сборной Англии на «Уэмбли» 23 октября. Во-вторых, это ответный матч 1/8 финала второго розыгрыша Кубка Европы в Италии 10 ноября. В одном случае Яшину не забили совсем, во втором – забили однажды, на 89-й минуте, что означало для сборной СССР ничью (1:1) и выход в следующий раунд. Семьдесят тысяч, собравшихся на римском «Стадио Олимпико», провожали свих парней аплодисментами – за то, что они пробили-таки этого невероятного русского. Хотя в действительности, если задуматься, эти овации означали как раз признание вратаря. А когда великая футбольная нация таким образом приветствует соперника, это слышит вся Европа.
Наконец, в-третьих, свою роль сыграла та самая репутация. Действительно, весь мир давно знал, где живёт лучший вратарь, а пара матчей осени 1963 просто сыграла роль последней капли – признание вырвалось наружу, его больше невозможно было сдержать. Председатель жюри «Франс футбола» Жан Ферран в своём комментарии по горячим следам как раз об этом и сказал.
– Для меня Яшин один из последних и великих представителей старшего поколения футболистов международного класса. Он чемпион Европы, четвертьфиналист Кубка нашего континента и лучший игрок сборной «остального» мира. Яшин безусловно заслужил эту награду, которая венчает его блестящую карьеру.
Только с заключительным тезисом француз ошибся. Яшин и не догадывался, что эта награда уже венчает, потому три следующих сезона по привычке попадал в итоговый рейтинг-лист «Золотого мяча». А в футбол играл вообще семь лет – иные за такой срок успевают начать и закончить.
* * *
В истории, отлакированной временем и умельцами, обычно остаётся только часть правды. На самом деле 1963-й принёс Яшину не только большую награду, но и большую душевную боль. Совсем немного об этом – здесь.
