— Давайте начнем с главного. Финал Кубка Дэвиса перенесен?
— К сожалению, да. Причина простая — коронавирус. Не знаю, почему руководители приняли решение за три месяца до самого состязания. Видимо были на то веские мотивы. В команде все очень расстроились. Любое известие о переносе или отмене турнира воспринимается очень болезненно. Но ничего не поделаешь. Надеемся, в следующем году поедем в Мадрид. Мы должны сыграть свой финал.
— Отмена Кубка Дэвиса может как-то повлиять на другие соревнования?
— Не думаю. Турниры «Большого шлема» проводятся на открытом воздухе, а сборные играют в помещение. Плюс сложно в командном первенстве разделить игроков одной сборной. Так что каждый турнир — отдельная история, отдельные нюансы и проблемы.
Кубок Дэвиса и Кубок Федерации перенесены на 2021 год
— Турнир в Белграде, организованный Новаком Джоковичем наделал много шума. Одни говорят, что серб молодец, так как рискнул организовать праздник для людей. Другие ругают его, что на турнир проник коронавирус. Вы какого мнения придерживаетесь?
— Глупо примыкать к какому-то лагерю. У меня есть своя точка зрения. Ситуация слишком уникальная и нестандартная. Люди пробуют жить в новых условиях. Турнир в Белграде — пока самый крупный в постпандемическую эпоху. Джокович и команда — первопроходцы. Сейчас все увидели, какие ошибки были допущены, остальные организаторы получили информацию и опыт, что можно делать, а что нельзя. На данный момент ни одно спортивное событие не обходится без выявления коронавируса. Яркие примеры — российская премьер-лига. В Американских лигах открылись тренировочные лагеря, в которых также не обходится без заражений.
Не стал бы все стрелы бросать в адрес Джоковича. Он — лицо турнира, под него собирался состав. Но не он устанавливал правила и ограничения. Не он работал с болельщиками, не он создавал протокол безопасности. Произошло то, что произошло. Надо сделать выводы и идти дальше.
— Андрея Рублева не пытались отговорить от участия в этом турнире?
— Озвучу позицию федерации тенниса России. Мы понимаем, что любые мероприятия имеют большой риск заражения. Но в условиях чрезвычайного ситуации каждый теннисист должен принимать решение самостоятельно. Ни один человек в мире сейчас не обладает достаточным опытом и знаниями, чтобы давать советы. Мы просто не имеем права запрещать или разрешать что-то делать в ультимативной форме.
Условно, кто сейчас с уверенностью может сказать, что на US Open будет безопаснее, чем на турнире в Белграде? В Америку прилетят около 500 человек. Тогда как в Белграде в турнире участвовало от силы человек 25. Не существует регламента, который бы все учитывал.
«Нельзя все время боятся. Надо приспосабливаться к новым реалиям»
— Новак Джокович представляет совет игроков ATP. По сути, он официальное лицо. Разве может человек с таким статусом показывать дурной пример?
— Проведение частных турниров и работа на благо ATP — разные вещи. Если бы Новак призывал бойкотировать US Open, скорее всего, его действия и слова имели бы негативные последствия. Как представитель игроков он имеет максимальный доступ к информации, поэтому несет ответственность за свои поступки. Что касается частных мероприятий, то не вижу связи.
— Так Джокович не согласен с регламентом турнира и не хочет на него ехать!
— Посмотрим, что он скажет ближе к концу августа. На самом деле проблем действительно очень много. Аргентина, например, уже официально закрыла границы до 1 сентября. То есть аргентинцы, даже, если захотят, не смогут полететь в Америку. С другой стороны, жесткие меры безопасности, которые многих смущают. С третьей стороны, участники боятся заразиться. В такой ситуации нет идеального решения. Кто-то в любом случае будет недоволен. Именно поэтому, если раньше все турниры «Большого шлема» для первой сотни рейтинга были обязательными, то сейчас организаторы дают теннисистам выбор.
— Вы бы поехали на US Open?
— 100 процентов да. Давайте будем честны друг с другом. Волну негатива поднимают спортсмены из топ-50. Они уже заработали какие-то деньги, и для них участие в US Open — не вопрос жизни и смерти. Поэтому они могут выбирать. Но основная масса мальчиков и девочек не может себе позволить жить без тенниса. Для таких людей турниры «Большого шлема» — наилучшая возможность заработать. Они просто не могут себе позволить пропускать крупные соревнования даже из-за риска заболеть.
— Жизненно.
— Люди на свой страх и риск спускаются в метро, чтобы доехать до работы. Так и у большинства теннисистов нет выбора. Ведь доходы в нашем виде спорта напрямую связаны с участием в турнирах. Тем более непонятно, что будет дальше. Может быть, US Open — единственное теннисное мероприятие в этом году. Никто не знает, что будет осенью.
— Так и не понял, почему лично вы бы поехали на турнир?
— На данный момент нет в мире места, где бы ты был полностью защищен. Нельзя все время боятся. Надо приспосабливаться к новым реалиям. Если ничего не делать и ждать, когда же все закончится, можно просидеть так несколько лет и все равно не дождаться идеальной ситуации. С другой стороны, не надо делать монстров из спортсменов, которые собираются бойкотировать US Open. Одно дело — летать по Европе на частном самолете. Отыграл, улетел обратно домой. Другое — лететь с пассажирами до Нью-Йорка, там проходить паспортный контроль. Когда все только начиналось, мы улетали из Америки. Собственными глазами видел, как на паспортном контроле по прилету люди стояли по 7-8 часов в очередях. Ужасное, небезопасное зрелище! Неопределенность пугает и давит. Решение в любом случае будет непростым. Так что в нынешней ситуации нет правых и виноватых. Много неизвестных. Например, что будет, если ты выиграл пару, а на следующий день выяснится, что у кого-то из проигравших был коронавирус. Тебя надо снять с турнира? Пока у всех одни вопросы, а ответов нет.
— С одной стороны, турнир хотят бойкотировать топ-теннисисты. С другой, ребята с рейтингом 100+ возмущаются, что нет квалификации и им не дают шанса пробиться в основную сетку.
— Много раз поднимался в основную сетку через квалификацию и знаю, что это значит для спортсмена. Можно понять и организаторов, которые, уверен, пытались убедить местные власти, что квалификация необходима. Но видимо невозможно будет соблюсти регламент при большем составе участников. Была бы хоть малейшая возможность провести квалификацию, ею бы воспользовались. Хорошо, что спортсменам, которые не попали в основную сетку выплатят компенсацию. Хоть что-то.
«Травм не избежать»
— Как в нынешнем сезоне будут считать рейтинговые очки?
— Пока непонятно, но это последнее, о чем сейчас стоит беспокоится. Уже разработано несколько сценариев развития событий. В каждом отдельном случае прописан свой регламент набора очков. В итоге надо просто выбрать из множества вариантов тот, по которому в итоге пойдет теннисный сезон. Не надо забывать, что Олимпиаду перенесли на следующий год, а значит отборочный рейтинг будет составляться заново. На данный момент ни один человек не гарантировал себе места в Токио. Олимпийский рейтинг возобновляется после Ролан Гарроса сезона-2020/21. Он меня беспокоит намного больше, чем обычный.
— Почему вы нервничаете по этому поводу?
— Если сезон в этом году стартует по плану, то проблем не будет. У спортсменов достаточно времени, чтобы набрать необходимые очки. А если сезон возобновится только в следующем году. Тогда будет слишком мало времени, чтобы объективно распределить места. На Олимпиаде может появиться немало случайных спортсменов. Представьте, что условный Джокович получит травму. Он просто физически не успеет набрать нужное количество баллов.
— В таком случае что делать?
— Вспоминать о рейтинге сезона-2019/20. Брать заявочный лист на Индиан-Уэллс.
— Август и сентябрь предстоят очень насыщенные. Не боитесь травм?
— К сожалению, их не избежать. Очень тяжелый график. За два месяца парни сыграют пять крупных турниров. Учитывая, что нормальной подготовки нет… Плюс придется сразу переходить с харда на грунт… Перелетать из Америки в Европу… Не знаю, как спортсмены это выдержат. С другой стороны, дай Бог, чтобы вообще все турниры состоялись.
«Три игрока в топ-20 — очень круто!»
— Люди и правда бедствую в теннисе в эпоху коронавируса?
— Кто находится за пределами первой сотни, те остались без доходов. Понятно, что кому-то федерации помогают грантами, кому-то нет. В целом мир сейчас разделился на тех, кто попадает в основную сетку четырех турниров «Большого шлема», и всех остальных. Призовые выросли, поэтому при должном отношении к деньгам, участвуя только в четырех турнирах БШ, можно что-то заработать и себя прокормить. Тем, кто находится ниже первой сотни, заработать в принципе тяжело, как бы человек не старался. Разница между одними и другими сильно выросла. Хотя, насколько я знаю, в некоторых государствах даже 150-я ракетка мира может иметь спонсорский контракт. Россия к этим странам, к сожалению, не относится.
Очень тяжело сейчас юниорам. Их подготовка не такая дорогая, но все равно им нужно где-то тренироваться, оплачивать переезды, перелеты, аренду зала. А отсутствие практики, централизованных мероприятий, сборов стопорит их развитие на многие годы. Школы закрыты, тренеры, медицинский персонал лишены заработка. Ситуация у многих критическая.
— Как вы относитесь к мнению болельщиков, что у нас есть крутая сборная, а дальше — пропасть?
— Когда два человека идут в 10-ке, и еще один в 20-ке, может показаться, что дальше обрыв и больше никого нет. Но еще три года назад все говорили, что у нас вообще никого нет, и не понятно, будет ли. Ни одна страна мира не сможет поставить на конвейер производство топовых игроков. Такие люди — штучный товар. Судить по ним обо всей системе тенниса уж точно не стоит. Давайте ценить, то, что у нас есть. Три игрока в топ-20 — очень круто! А ответить на вопрос, где остальные, очень просто: «Невозможно в один момент создать еще двадцать топ-теннисистов».
У нас есть перспективные юниоры, которые в ближайшие три-четыре года смогут выстрелить. К сожалению, из-за пандемии их рост приостановился, но, надеюсь, они смогут быстро восстановить кондиции. Тот же Роман Сафиуллин перед пандемией восстановился от травмы, должен был участвовать во всех квалификациях турниров «Большого шлема», выиграл челлендж. Если бы не коронавирус, уже мог бы быть в сотне. Мы стараемся уделять внимание юниорам, поддерживать их во всех начинаниях. Но, к сожалению, финансирования для идеальной работы пока недостаточно.
— Второй аргумент критиков российского теннис — в России нельзя подготовить хорошего спортсмена, поэтому все уезжают либо в Америку, либо в Испанию. Можете что-то ответить?
— Давайте отделять мух от котлет. Хачанов, Медведев и Рублев выросли в России. До 16 лет жили и тренировались в России. Та база, которая была заложена в России, дала им возможность дорасти до топ-уровня. Дальше идет переход от юниорского к профессиональному теннису. В России проводится всего два турнира в год. Все остальные крупные мероприятия создаются в основном в Европе и чуть меньше в Америке. Откуда до Европы и Америки проще долететь? Думаю, не надо отвечать на этот вопрос. Ребята уезжают, потому что в Европе проще готовиться к турнирам. Ты находишься ближе к месту работы, живешь в похожих условиях, имеешь возможность спарринговаться с топовыми соперниками. Чтобы хорошо себя чувствовать на открытом корте, нужно тренироваться на открытом корте. В России зимой, как вы знаете, можно работать только в зале. Это и есть профессиональный подход. Почему вы не говорите НХЛовцам, что им нужно тренироваться в России, а в Америку ездить только на игры?
— Что вы думаете по поводу слияния ATP и WTA?
— Также как и вы, узнаю об этом из прессы. Никаких официальных заявлений или инсайдов у меня нет. Мне кажется, если такое слияние будет выгодно обеим сторонам, оно должно быть. А если же хоть кто-то будет в минусе, то зачем кому-то вредить. Честно, не знаю какие будут последствия у слияния. Должна быть проделана огромная аудиторская работа, чтобы ответить на этот вопрос. Мы с вами можем только гадать.
