Чучело зимы сожжено, и условия вокруг нас все больше похожи на подходящие для игры в футбол. За Кубком в первых числах марта потянется чемпионат, и в оттепель легко забывается, как недавно для допуска игры «Локомотива» со «Спартаком» судья Владислав Безбородов за час до урочного времени внимательно вглядывался в градусник, закрепленный на метровой высоте над центром поля.
Но «холодный пуск» сезона у нас повторяется из года в год. Каждый раз мы спрашиваем друг друга: ради чего для футбола в России приходится разгребать снег? Так ли мы ограничены в сроках? В последнее время в связи с отстранением от еврокубков эти вопросы заостряются. Мы снова доходим до корневого вопроса про «весну-осень».
Но этой зимой появились новые обстоятельства, которые, с одной стороны, оправдывают неуютный календарь, а с другой — дают болельщикам ранее невиданное средство для создания комфорта на трибуне.
О раннем начале сезона попросили сами клубы
Нынешний год — нечетный, и, даже если забыть, что нашей сборной пока ни с кем не позволено соревноваться и никуда отбираться, нас в принципе ничто не подгоняет в весенней части. Имеем право затянуть ее хоть до конца июня. Почему же мы начали играть в 2023 году за неделю до конца февраля?
Выяснилось, что это не инерция составителей календаря, а просьба самих клубов. Команды российского юга уже год лишены возможности вылетать на выездные матчи из аэропортов своих городов. Соперникам в гости к ним также добираться непросто. Перемещения на поездах существенно удлиняют «транспортные плечи», а клубам хотелось бы не только разгадывать кроссворды в купе, но и хотя бы иногда по-человечески тренироваться.
При этом календарь с учетом нового формата Кубка России довольно плотный, количество матчей выросло. Поэтому желание клубов смотрится законно, в особенности если бы у нашего внутреннего сезона была жесткая летняя граница, обязывающая нас завершить внутренний сезон к определенной дате. Этот рубеж установила лига. Логично было бы двинуть его «вправо». Что этому мешает? Пожалуй, только отсутствие необходимости делать это и у лиги, и у клубов. В системе, где решение согласуется только этими двумя субъектами, найдено спокойное равновесие, которое устроило и тех, и других.
Давайте начнем спрашивать и болельщиков
Что заставило бы сделать календарь в таких условиях максимально гибким? Мнение третьей стороны! И она имеется. Причем, третья она лишь в этом уравнении, а вообще говоря она — первая и главная. Это наши болельщики. Мы всегда говорим, что футбол для них, что все это вообще — только ради них и затеяно. Но их мнение десятилетиями учитывается только по остаточному принципу, если вообще учитывается.
Спроси их в любой момент: вы хотите стоять на трибуне в «-15», или в тепле? Ясно же, какой ответ прозвучит. Но раньше на это можно было возражать, что есть рамки календаря, а механизма опроса, который четко зафиксировал бы ответ в процентном отношении сторонников и противников, не существует.
Но добро пожаловать в новую реальность. В которой действительных рамок календаря нет (или они условны), а механизм — появился! Ведь, судя по последним данным Минцифры, в России через систему Госуслуг зарегистрировано без малого 400 тысяч футбольных болельщиков. Причем, смысл этого учета как раз и заключался в том, чтобы пересчитать тех, кто выражает готовность ходить на стадионы, а не просто платонически любит эту игру.
Нужно мобильное приложение для верифицированных опросов болельщиков
Средство для реального учета пожеланий болельщиков может быть создано. Это чисто технический вопрос: кто возьмется разработать соответствующее мобильное приложение? Строго говоря, нам тут не нужно быть пионерами в деле прямой футбольной демократии. Кое-какие механизмы уже в мире существуют, причем, много лет. Например, испанская система «сосиос» — официальных клубных болельщиков-акционеров, которые даже выбирают в великих командах президентов. Или более свежий опыт краудфандинговых команд, которые финансируются, а, значит, и управляются болельщиками-дольщиками.
Следующий шаг, который нужно сделать в России — стране-мировом лидере по внедрению цифровых услуг — это создать мобильное приложение, благодаря которому зарегистрированные болельщики получали бы возможность голосовать по некоторым существенным вопросам.
При всем уважении к 16 клубам премьер-лиги и тем нескольким сотням людей, которые в них суммарно трудятся, если у этих организаций есть 400 тысяч клиентов, спрашивать об удобстве нахождения на матчах в «-15» нужно прежде всего у клиентов. То есть — у болельщиков.
Появление в нашем футболе такой «голосовалки» выглядит совершенно естественным венцом всех этих процессов учета и контроля. Когда у зрителей появится удобное средство участия и управления, это окончательно снимет все барьеры недоверия. А голосовать в футболе можно и нужно регулярно — например, для определения лучшего игрока. Хоть конкретного матча, хоть целого сезона.
