Андрей Аршавин высказался о том, каким он видит путь спортивного развития «Зенита». По его мнению, за ориентир надо принять модель условного «Лейпцига», который собирает большие таланты, что позволяет, с одной стороны, быть конкурентоспособным в Европе, а с другой – пополнять доходную часть бюджета за счёт регулярных продаж. К этому мнению не получится отнестись как к частному, поскольку Аршавин уже сейчас имеет в клубной иерархии заметную должность – директор департамента развития молодежного футбола по спортивным вопросам, – а в ближайшей перспективе расценивается как вероятный спортивный директор «Зенита». То есть мнение, им высказанное, если и не готовая уже позиция клубных верхов, то позиция вызревающая, возможно, близкая к окончательному оформлению.
Что ж, это явление новое. Не помнится, чтобы «Зенит» был готов позиционировать себя как донора. До сих пор его поведение по всем признакам отвечало логике имперского самосознания, предполагающей нелёгкую долю принимать всё лучшее, а не отдавать. Как в своих странах это делают «Реал», «Барселона», «Бавария», «Ювентус», «ПСЖ»… И вот совсем другой образец для подражания – «Лейпциг». Вместо Царскосельского вокзала – сортировочная станция. Неожиданно. Но честно.
Сегодня в абсолютной весовой категории, если мы имеем в виду лигу финансов, в Европе не может состязаться ни один российский клуб, даже «Зенит». Просто «Зениту» понадобилось больше времени, чтобы это осознать: мешали, видимо, как раз те, прежние представления о принципах футбольного мироустройства. Тот случай, когда богатство не на пользу – порождает пустые иллюзии. А кто в нашем футболе попроще, от своих химер избавился раньше.
Сложно не заметить, например, что все четыре клуба, которые в нашем чемпионате представляют Москву, сегодня идут как раз путём «Лейпцига» – путём развития талантов. Сначала ЦСКА и «Спартак», а с этого сезона «Динамо» и «Локомотив» – все следуют модели, о которой сейчас говорит Аршавин. А ведь это столица – место, где тоже привыкли снимать сливки. Тем не менее теперешние реалии побуждают к переменам.
Впрочем, теперешние ли? Вообще-то в нашем футболе есть клуб, который встал на путь «Лейпцига» задолго до того, как «Лейпциг» в своём сегодняшнем понимании появился. В составе ЦСКА, который 18 мая 2005 года вышел на финальный матч Кубка УЕФА, было 7 человек в возрасте 22 лет и моложе: Акинфеев, Одиа, братья Березуцкие, Жирков, Карвальо Вагнер Лав. Говоря иначе, в той команде удалось совместить два начала, о которых сегодня говорит Аршавин, – европейскую конкурентоспособность и молодость, то есть высокий рыночный потенциал.
Другой вопрос, смог ли ЦСКА в дальнейшем выдержать заданную тогда планку. На внутренней арене – да, он оставался топом, частенько опережая, к слову, тот же имперский «Зенит», но в Европе-то должного авторитета, скажем честно, нажить не удалось. Это пример не отвлечённого «Лейпцига», а нашего, доморощенного. Пример движения по тому же самому пути, только в условиях родного нам ландшафта. Причём пример очень качественно организованный – по крайней мере, его автор Евгений Гинер практически единодушно признавался лучшим в стране. Но даже ему выжать из своего «Лейпцига» европейский максимум не удалось.
Готов ли «Зенит», что максимума не будет и у него? Причём не только в Европе, но и в России. Ставка на молодёжь – это предприятие сколь симпатичное, столь же ненадёжное. Практически исключающее гарантии, какие, к примеру, подразумевает на уровне РПЛ сегодняшний бывалый состав. Постоянно угадывать с талантами невозможно – доля селекционных ошибок просто заложена в условия игры. Вспомним, например, «Монако» три-четыре года назад – все были в восторге от этой образцовой фабрики звёзд. А потом у тех же самых людей что-то вдруг пошло не так – и весь проект полетел в тартарары.
Впрочем, в ответ можно отыскать и другие образцы. Допустим, донецкий «Шахтёр». Денег там в своё время было не меньше, чем в «Зените», но модель развития была избрана принципиально иная – та самая, лейпцигская. И ведь она оказалась более удачной в любом из смыслов – и в финансовом, и в спортивном (если что, в клубном рейтинге УЕФА сейчас «Зенит» на 28 месте, а «Шахтёр» на 18-м). Наверное, в этом примере питерцы могут видеть залог своего благополучия после обращения в новую веру. Только надо понимать, что у «Шахтёра» это не случайное увлечение, а давнишняя стратегия, отлаженный механизм, где узлы и механизмы притёрты настолько, что не сбоят, даже когда вокруг рвутся снаряды. Достичь такой же эффективности сходу просто невозможно.
Но если «Зенит» всё же рискнёт встать на путь «Лейпцига», это будет по крайней мере интересно. Будет означать поиск, то есть движение, жизнь. Но решится ли клуб Аршавина на такой крутой поворот?
