«В России привыкли к раздутым бюджетам»
— Как проходите процедуру лицензирования для ФНЛ?
— О лицензировании можно будет судить по конечному результату. Пока оно не завершено. Это как в футболе — есть основное время, дополнительное, но все может решиться в серии пенальти. Требования жесткие. Вопросов много. Решаем их по порядку. Могу сказать, что со стороны ФНЛ отношение доброжелательное, диалог у нас конструктивный.
— Играть планируете на «Спартаковце» (бывший «Алмаз»)?
— Мы планируем играть. А где именно, пока говорить не хотелось бы. Это некорректно и может помешать. Есть много домашней работы, мы ее готовим.
— Какой вариант рассматриваете на случай, если «Спартаковец», где «Велес» выступал во второй лиге, не допустят до ФНЛ?
— По регламенту у нас нет возможности подать документы без стадиона, который соответствует нормативам лиги. Естественно, будем обязаны таковой заявить. Но давайте не бежать впереди паровоза.
— Вы говорили, что в ФНЛ хотите уложиться в 100 миллионов рублей. Не маловато ли?
— С учетом положения, в котором сейчас находятся клубы ФНЛ и ПФЛ, да и в свете ситуации в экономике страны, этого, думаю, может быть даже многовато. Но это вопрос дискуссионный. Кому-то для выхода в премьер-лигу может и миллиарда не хватить. Если бы сейчас вместе с «Ротором» в РПЛ пробилось «Чертаново» с бюджетом в 100 с хвостиком миллионов рублей, что бы вы говорили? Во сколько раз у волгоградцев бюджет был выше? В четыре, в пять? А результат, не завершись первенство досрочно, мог бы быть один.
— Мог. После 27 туров «Ротор» и «Чертаново» разделяли всего два очка.
— На мой взгляд, мы просто привыкли к раздутым бюджетам. Мы от чего меряем — от компаний, которые стоят за «Зенитом», «Спартаком» и «Локомотивом»? С ними в нашей стране, наверное, вообще мало кто тягаться может. С другой стороны, если клубы у нас не зарабатывают от слова «совсем»? В Европе этот вопрос как-то регулируется финансовым Fair Play. Бюджет в миллиард долларов в «Реале» или «Барселоне» — это много или мало? Если у них выручка миллиард, то, наверное, они могут потратить такую сумму. А если у тебя выручка ноль?
Мы всю жизнь жили по советским принципам. В моем бизнесе такое неприемлемо. Если я приду и скажу: «Мне нужен такой-то бюджет», меня спросят: «А какой будет результат?» Не в очках, голах и турнирных показателях, разумеется, а в тех ориентирах, в которых я делаю запрос. Я человек бизнеса. Поэтому трачу на футбол столько, сколько могу себе позволить. Нужно мыслить концептуально, пытаться зарабатывать, а не устраивать гонку вооружений.
«У молодежи мотивация не в деньгах»
— Действительно ли у большинства игроков «Велеса» ставки по 50-80 тысяч?
— Обсуждать контракты некорректно по отношению к футболистам и тренерам. Если агенты хотят, пусть комментируют, но мы внутри клуба этого не делаем.
— Подвожу к тому, что игроков из ФНЛ на такие деньги не заманить.
— А мы и не собираемся заманивать игроков из ФНЛ. Костяк составят ребята, ставшие победителями ПФЛ. Там мы обошли и «Зенит-2», еще год назад выступавший в первом дивизионе, и «Долгопрудный», где много бывших игроков премьер-лиги — Сабитов, Баженов, Горбанец. Я к тому, что в этой ситуации можно делать ставку на футболистов, прошедших РПЛ и ФНЛ, а можно сыграть теми, кто растет. Потенциалом для нового уровня они, считаю, обладают — нужен правильный подход и соответствующая тренерская работа. При этом у молодежи нет завышенных чеков. У нее другая мотивация, а не деньги — в отличие от уже поигравших. Те могут сидеть в запасе на высоких контрактах или играть в футбол, который им не нравится, только потому, что надо кормить семью.
Здесь еще вопрос, кто кого выбирает — мы или нас. Клубов больше не станет, какие-то еще, вероятно, отвалятся. Работа будет не у всех. Игроки, которые хотят денег, могут их поискать. Но при этом не исключено, что им еще придется бегать за ними по три месяца в Палату по разрешению споров, — не мне вам рассказывать.
— Приглашение игроков с богатой футбольной биографией, стало быть, не рассматриваете?
— Не наша философия. Мы в футбол хотим играть, кайфовать, а не тратиться на имена. Я скорее возьму в аренду молодого талантливого парня из дубля клуба РПЛ и дам ему возможность проявить себя. Большие команды, где занимаются развитием футболистов, охотно идут с нами на контакт. Мы уже ведем диалог по некоторым футболистам. Это всем выгодно. Ребята будут в Москве, на глазах у своих клубов. Не оторванные от семьи, от быта. Плюс в команде, которая играет в футбол, а не решает какие-то другие задачи. Таких на самом деле на уровне ФНЛ не много. В то же «Чертаново» ты не попадешь, поскольку там своих воспитанников хватает. Между тем для клубов РПЛ важно, какого игрока они получат через год — растренированного или заметно прибавившего в качестве, уже под основу.
— Слышал, вы уже чуть ли не укомплектовались. Фамилии новичков назовете?
— Пока мы в процессе. Назовем после 15 июня, может, раньше. Когда уже подпишем контракты. Немаловажно, что мы уже определились, с кем продолжим сотрудничество.
— Наставник «Велеса» Алексей Стукалов — сын известного тренера Бориса Стукалова. Отец не в штате клуба?
— Нет. Алексей, кстати, очень хороший специалист, адекватный — и как менеджер, и как человек. Если будет дальше так же прогрессировать, вырастет в большого тренера. Я сужу даже не по результату, а по тому, как он работает. И вообще, чтобы у людей совпадали взгляды на жизнь так, как у нас, это достаточно сложная комбинация.
«Если заниматься футболом в другом регионе, то как жить?»
— Не станет «Велес» клубом-однодневкой?
— А вы такой вопрос перед прошлым сезоном руководителям «Авангарда», «Луча» и «Армавира» задавали? У вас есть статистика, сколько за последние 15 лет погибло государственных клубов и сколько частных?
— Да, бюджетные клубы тоже сдуваются, но потом, как правило, происходит их реинкарнация, тогда как частные в низших лигах зачастую исчезают безвозвратно…
— Вам хочется верить, что у частных клубов меньше денег, поэтому они первыми в группе риска. Но если взять математику, вы удивитесь: даже в процентном отношении государственных клубов умерло больше. Можете не считать! Хотя примеров много и таких, и таких.
— Почему бы вам было не вложиться в региональный клуб с историей и болельщиками?
— А каким образом это относилось бы к моей собственной персоне? Не нужно искать каких-то скреп, если их там нет. Футбол для меня не бизнес, денег он не приносит. Бизнес — на первом месте. Если взять и уехать заниматься футболом в другой регион, то как жить?
— Спросил не случайно. По моей информации, к вам как к потенциальному инвестору обращались из Саранска, где гибнет «Мордовия».
— Не совсем так. Мы общались на предмет сотрудничества. Но ни у моей компании, ни у меня нет никаких бизнес-интересов в Саранске. Собственно, на этот вопрос могу ответить так же, как и на предыдущий: нет причин, по которым мне хотелось бы сделать это.
— Владелец «Чайки» Андрей Чайка сказал мне, что его цель — Лига чемпионов. А ваша?
— Я не могу сказать: вот здесь конкретно я возьму и остановлюсь. Мы можем предполагать, а жизнь распорядиться по-своему. Сейчас у меня цель пройти лицензирование в ФНЛ.
— А если заглянуть в будущее?
— В нынешней системе координат российского футбола, которая, как говорится, «отжирает кэш», для поднятия статуса клуба — да даже для его существования — нужно иметь достаточно серьезное внешнее финансирование. Это недешевое удовольствие. Поэтому для ФНЛ тире РПЛ хотелось бы найти серьезного партнера.
Как только в российском футболе будет возможность зарабатывать, я смогу все делать сам. А пока занимаюсь созданием такого проекта, где клуб был бы лицом компании или человека — как, условно, у Галицкого. Для всех «Краснодар» ассоциируется с его персоной. Начиная со стадиона и заканчивая командой. Человек видит в этом огромную историю, в том числе для своего бренда.
Понимаю: до какого-то уровня я смогу это обеспечивать, после — нет. Поэтому, чтобы ставить новые цели и следовать своим амбициям, как раз и нужен партнер или корпорация. Тогда можно будет говорить и об РПЛ, и о Лиге чемпионов. Кроме того, следует учитывать еще один момент.
— Какой?
— Воплощение любой идеи в жизнь, какой бы сумасшедшей она ни была, зависит от исполнителей. Сейчас я стремлюсь к тому, чтобы за реальные деньги — подчеркиваю, за реальные, а не за маленькие, как вы сказали, — добиваться результата. В ПФЛ бюджет у «Велеса» был на порядок меньше, чем у тех, с кем мы конкурировали. Это известный факт. Однако оказалось, что и на эти деньги можно не просто играть, а выигрывать. «Велес» не принадлежит ни городу, ни области, и это интересно: мы не зависим ни от кого в плане принятия решений. При этом прогрессируем. Мне нравится, что в процесс вовлечено все больше людей, которые готовы помогать нам в развитии. Я уже не один — и меня это радует. А во что все выльется в итоге, покажет время. И наша работа.
