Футбол

Дмитрий Тяпушкин: «В Тернополе все говорили только по-украински, в сборной Украины — почти никто»

13

Тренера вратарей «Саранска» удалось застать в Москве, куда он вырвался на несколько дней в связи с перерывом в календаре второй лиги. И, конечно же, Тяпушкин-старший посетил матч с участием детской команды «Олимп-Долгопрудный», за которую играет его 13-летний сын, тоже голкипер.

— Иван сам захотел стать вратарем, никто его не уговаривал, — рассказал Дмитрий Альбертович. — С пятилетнего возраста посещал школу ЦСКА, где на первых порах не было разделения на амплуа. И вдруг в один прекрасный день попросил купить ему вратарские перчатки.

— Так у него же пример перед глазами!

— Конечно. Кое-какие видеозаписи с моим участием он видел.

С Романцевым был один и тот же тренер

— А вы как стали вратарем?

— Еще когда играли во дворе, меня почему-то затащило в ворота. Постепенно выяснилось, что больше пользы я приносил именно там. Потом занимался в красноярской «Энергии», футбольном клубе радиозавода, прошел через команды всех возрастов от мальчиков до взрослой команды и оказался в местном «Автомобилисте», выступавшем во второй лиге.

— Олег Романцев и Александр Тарханов, который вас присмотрел в тернопольской «Ниве» перед тем, как уйти в ЦСКА, тоже ведь красноярские. Была тема для обсуждения в «Спартаке»?

— Мы с Олегом Ивановичем затронули ее только при подписании контракта. Он знал, что я из Красноярска, но был удивлен, что нас с ним воспитал один и тот же тренер — Юрий Альбертович Уренович, царствие ему небесное.

— Как вы попали в харьковский «Металлист», чтобы последующие шесть с половиной лет провести на Украине?

— Это произошло в 1988 году, то есть еще в Советском Союзе. У меня закончилась служба в армии, во время которой играл за дубль ЦСКА. Вернулся домой. Вдруг звонок из Харькова от главного тренера Евгения Лемешко. «Металлист» тогда в высшей лиге выступал, так что сомневаться не приходилось.

— Причем как раз в 1988 году завоевал Кубок СССР.

— Прошел с «Металлистом» все подготовительные сборы, был включен в заявку, выступал за дублирующий состав, но за основную команду так и не сыграл. В команде были два хороших вратаря — Игорь Кутепов и Юрий Сивуха. Поэтому Лемешко посоветовал поехать в Чернигов, в команду второй лиги «Десна». «Дубль для тебя — пройденный этап, пора повариться в футболе с мужиками», — сказал он. Я согласился, потому что хотелось играть и решать определенные задачи.

Из «Десны» (она в 1990 году в результате реформы оказалась во второй лиге, фактически в республиканском чемпионате. — Прим. Sportbox) перебрался в «Ниву». Там пересеклись с Леонидом Иосифовичем Буряком, с которым познакомились еще в Харькове, где он был своего рода играющим тренером.

Дмитрий Тяпушкин: «В Тернополе все говорили только по-украински, в сборной Украины — почти никто»

Леонид Буряк и Валерий Лобановский / Фото: © РИА Новости / Юрий Сомов

«Надо восстановить историческую справедливость», — сказал Толстых

— Правда, что вы свободно владеете украинским языком?

— Да. Выучил за два с половиной года в Тернополе. Это же Западная Украина. Все футболисты разговаривали только на украинском, и я, единственный в команде русский, постепенно втянулся. Не знаю, насколько выдавал меня говор, но с таксистами изъяснялся спокойно. А в команде знание языка только добавило ко мне уважения партнеров. Тем более что я был одним из ведущих игроков, а такого противостояния, как сегодня, между Россией и Украиной, конечно, не было.

Кстати, до сих пор могу общаться на украинском. Несмотря на все сложности в отношениях между двумя странами, у меня как были, так и остаются друзья в Киеве. Созваниваемся и разговариваем на любом языке. И в Западной Украине есть хорошие приятели, с которыми беседую на украинском.

— Жеребьевка отборочного этапа Евро-2012 в Варшаве проходила на польском и украинском с синхронным переводом на английский в наушниках. При этом почетные гости Олег Блохин и Андрей Шевченко свои краткие речи произнесли по-русски…

— В расположении сборной Украины я украинской речи почти не слышал. Разве что кто-то приезжал из западной части.

— В Тернополе случались какие-то инциденты националистического толка? Все-таки, из песни слова не выкинешь, в послевоенное время эта область была одним из центров бандеровского движения.

— Даже в те времена в Карпатах обнаруживали схроны. При этом центральная гостиница называлась «Москва». Инцидентов не припомню. И в сборной меня приняли как родного. Набралось семь матчей под эгидой УЕФА.

— Как получили украинское гражданство?

— Просто поставили в советский паспорт штемпель «Украина».

— Ваш партнер по «Ниве» Владислав Тернавский точно так же получил перед ЧМ-94 штемпель «гражданин России».

— Он уехал в «Спартак» на полгода раньше меня. Я же пришел в этот клуб в середине сезона, когда Гинтараса Стауче пригласили в «Галатасарай», а Александр Помазун отправился в «Балтику».

— Тернавский помогал освоиться в Москве?

— А у меня с этим трудностей не было. Я приехал домой. К тому же в команде был знакомый по ЦСКА — Андрей Пятницкий.

Дмитрий Тяпушкин: «В Тернополе все говорили только по-украински, в сборной Украины — почти никто»

Дмитрий Тяпушкин / Фото: © РИА Новости / Владимир Родионов

— Если верить Википедии, у вас до сих пор украинское гражданство. Это так?

— Давным-давно оформил российское. Когда в 1997 году перешел из ЦСКА в «Динамо», Николай Александрович Толстых как-то приехал на базу и сказал: «Надо тебе восстановить историческую справедливость. Если хочешь, конечно». Я, естественно, согласился. Жил от игры до игры, и все руки не доходили. А тут вопрос был сразу решен. Поехал в МИД, написал заявление. Примерно неделю проверяли документы, после чего выдали российский паспорт.

Из «Спартака» в ЦСКА ушел из-за неопределенности с Черчесовым

— Позволю себе предположить, что пик вашей карьеры — матчи в Лиге чемпионов осенью 1994 года за «Спартак», а не игры в отборочном цикле чемпионата Европы 1996 года за сборную Украины, которая тогда выступала скромно: заняла в группе 4-е место вслед за Хорватией, Италией и, что теперь звучит странно, Литвой.

— Безусловно. Сборная Украины переживала период становления. Состав постоянно менялся. Удавались лишь отдельные матчи. А в Лиге чемпионов довелось сыграть по два раза против киевского «Динамо», «Баварии» и «ПСЖ», за который тогда выступало полсборной Франции. А какая была атака! Джордж Веа, Давид Жинола… Парижане выиграли все шесть матчей в группе. Веа же стал в 1995 году и обладателем «Золотого мяча», и лучшим игроком мира по версии ФИФА. Тем не менее мы с ними бодались.

— Почему по окончании сезона Тернавский отправился в аренду «Черноморца»? Ему не простили гола, который в матче Лиги чемпионов из-под него забил в компенсированное время Маркус Бабель, принеся «Баварии» ничью 1:1?

— Это лучше спросить у Романцева. Я анализировал пропущенный мяч и искал причину в себе, но все-таки это Владик проиграл борьбу наверху — и мы получили мяч в добавленные к основному времени минуты. Шансы на выход из группы стали призрачными, хотя в Мюнхене мы тоже сыграли вничью — 2:2.

— В следующей Лиге чемпионов играл уже Станислав Черчесов. Как вам с ним работалось?

— Нормально. По ходу сезона мы конкурировали за место в составе с Русланом Нигматуллиным, меняя друг друга, но, видимо, Романцев посчитал, что для Лиги чемпионов нужен более надежный вратарь, и в «Спартак» вернулся Черчесов.

— Будущий тренер сборной России зимой отправился в «Тироль», а вы перебрались в ЦСКА. Почему?

 — В конце сезона сложилась непонятная ситуация: то ли Черчесов остается, то ли уезжает. Мне между тем был уже 31 год. Хотелось играть и приносить пользу. Ждать у моря погоды не стал и с воодушевлением принял предложение Тарханова перейти в армейский клуб. Там собиралась молодая амбициозная команда. Это, конечно, клише, но наличие Радимова, Семака, Хохлова, Бушманова, Гашкина, Машкарина, Минько и других в самом деле вселяло надежду на успех. Потом еще бразильцы Леонидас и Самарони подъехали. Мы были настроены решать серьезные задачи.

Дмитрий Тяпушкин: «В Тернополе все говорили только по-украински, в сборной Украины — почти никто»

Дмитрий Тяпушкин, Евгений Бушманов и Валерий Минько / Фото: © РИА Новости / Владимир Родионов

Тихонов обещал забить — и не реализовал пенальти

— Почему не последовали за Тархановым в «Торпедо», когда перед чемпионатом 1997 года в армейской команде случился раскол и он увел в команду автозавода часть игроков, у которых были подписаны контракты с частными лицами?

— Так со мной никто насчет будущего не разговаривал, и это мне не нравилось. Находился в полном неведении, не имея клуба. Стали всплывать разные варианты. Когда поступило предложение от «Динамо», не стал особо раздумывать. Поговорив с Николаем Павловичем Гонтарем, понял, что надо идти: команда с огромными традициями, задачи ставила высокие. К тому же речь шла о столичном клубе.

— В чемпионате 1997 года «Динамо» и вправду боролось за первое место. Помните, как в 32-м туре взяли пенальти от Андрея Тихонова?

— Забавно, что перед выходом на поле Тихонов, с которым вместе играли за «Спартак», поставил меня в известность: «Я тебе сегодня забью». — «Посмотрим», — говорю.

Дмитрий Тяпушкин: «В Тернополе все говорили только по-украински, в сборной Украины — почти никто»

Андрей Тихонов / Фото: © РИА Новости / Владимир Родионов

«Динамо» было настроено очень серьезно. У нас была самая надежная в стране оборона, впереди же мы рассчитывали на связку Кобелев — Терехин («Динамо» пропустило за чемпионат 20 голов, занявший второе место «Ротор» — 27, а «Спартак» — 30. — Прим. Sportbox.ru). «Динамо» победило «Спартак» в первом круге — 2:1, а в матче на финише сезона у соперников удалили во втором тайме Робсона, но они все-таки удержали ничейный счет — 1:1. Мы затем неожиданно завершили с таким же счетом встречу в Новороссийске и финишировали третьими, а «Спартак» стал чемпионом, выиграв в заключительном туре в Волгограде.

— Какое впечатление произвело сотрудничество с Толстых?

— При нем вопросы решались. Пообещал квартиру — и я, наконец, получил в Москве жилье.

— Это, видимо, был один из аргументов при переходе в «Динамо»?

— Конечно.

— До этого на клубных базах жили?

— Нет, у родителей первой жены-москвички. Но был все время будто в гостях.

— В «Динамо» вы выиграли конкуренцию за статус основного вратаря у Андрея Сметанина. Более того, стали по итогам 1997 года обладателем приза журнала «Огонек» как лучший вратарь страны. Отчего же покинули клуб после сезона-1998, хотя играли постоянно? Не поладили с главным тренером Георгием Ярцевым, как и ушедший в «Зенит» Андрей Кобелев?

— Я ни с кем не конфликтовал. Просто заканчивалось действие контракта, а продлить его мне не предложили. Почему? Разбираться не стал. Тем более что никогда не имел агента.

В команде появился Евгений Плотников. Меня же позвал в саратовский «Сокол» Владимир Григорьевич Федотов, знакомый со времен ЦСКА, в котором он помогал Тарханову.

— Но это же было понижение — «Сокол» выступал в первой лиге!

— Так или иначе, поиграл я за саратовскую команду недолго — только семь туров. 1 мая 1999 года, когда «Сокол» принимал казанский «Рубин», порвал на последней минуте ахилл. Александр Корешков, принявший команду в следующем году с задачей вывести ее в высший дивизион, хотел, чтобы я был играющим тренером. Попробовал себя в этой роли во время сборов и пришел к выводу, что совместить собственную подготовку с подготовкой других не могу. В дальнейшем уже тренировал.

Игра Акинфеева — пособие для вратарей

— После «Сокола» в вашей биографии вновь возник ЦСКА…

— Сначала работал в академии, потом — в дубле и даже некоторое время в главной команде с Валерием Газзаевым. Замещал в течение трех-четырех месяцев Вячеслава Чанова, получившего во время тренировки травму. Готовил Игоря Акинфеева, с которым мы сразу нашли общий язык. До сих пор находимся на связи.

При этом работа заметно отличалась от той, что я вел в дублирующем составе. Там я больше занимался обучением вратарей, Сослана Джанаев и Сергея Жидеева, которые в матчах были задействованы мало. Обычно играли Владимир Габулов и Вениамин Мандрыкин, которых к резервистам спускали из основного состава.

Дмитрий Тяпушкин: «В Тернополе все говорили только по-украински, в сборной Украины — почти никто»

Вениамин Мандрыкин / Фото: © РИА Новости/Владимир Федоренко

— Почему, на ваш взгляд, хорошему, безусловно, голкиперу Джанаеву не удалось надолго закрепиться в «Спартаке» и успешно выступать за сборную? Не хватило психологической устойчивости?

— Насчет «Спартака» мне трудно судить. Что касается сборной, то там на человека ложится особая ответственность. К этому привыкнуть нельзя. Каждая игра — событие в жизни, и подготовка к ней должна быть соответствующая. Леонид Иосифович Буряк постоянно напоминал об этом, когда меня вызывали в сборную Украины. Звонил, подбадривал. Все-таки в сборную приезжали игроки из киевского «Динамо», «Днепра» и «Шахтера», у которых был более высокий уровень, чем у футболистов «Нивы».

— На ваш взгляд, Акинфеев и сегодня сильнейший вратарь России?

— Думаю, да. Он выделяется и пониманием игры, и психологической готовностью. Игорь сделал очень многое для российской вратарской школы. Его игра — будто настольная книга для начинающих голкиперов.

Дмитрий Тяпушкин: «В Тернополе все говорили только по-украински, в сборной Украины — почти никто»

Фото: © РИА Новости / Владимир Песня

— Вячеслав Чанов не звал вас в детскую вратарскую академию в подмосковном Реутове, которая носит его имя и имя Акинфеева?

— Мы с ним беседовали на этот счет, но мне сподручнее и больше по душе работать не с детьми, а с молодежью, которая хочет прогрессировать во взрослых командах.

— В белгородском «Салюте» вы встретились с Александром Беленовым. Чего ему не хватило, чтобы стать вратарем сборной?

— Для меня было большой неожиданностью, когда его оправили домой со сбора перед домашним Кубком конфедераций 2017 года. Полагал, что в тройку вратарей он должен был войти. Может быть, смутило, что у него мало опыта международных матчей в еврокубках против топ-клубов.

— Вы работали тренером во многих провинциальных городах: Саратове, Белгороде, Самаре, Саранске, Хабаровске, Владикавказе. Где было особенно уютно?

— Мне везде было хорошо, и я всем клубам благодарен за доверие. Главное, чтобы были созданы условия для работы.

В «Алании» мы начинали во второй лиге. Тогда президентом клуба был Владимир Габулов. А сегодня команда уверенно выступает в турнире ФНЛ и находится на пути становления. Осетины — добрейшие люди, готовые прийти на помощь, и я с удовольствием вспоминаю проведенное во Владикавказе время.

— С минувшего лета вы снова в Саранске, где проработали четыре сезона, включая исторический для этого города чемпионат-2014/15, в котором «Мордовия» под руководством Юрия Семина финишировала 8-й.

— В «Мордовии» тогда играл Антон Коченков, которого тоже считаю прекрасным вратарем.

Дмитрий Тяпушкин: «В Тернополе все говорили только по-украински, в сборной Украины — почти никто»

Вратарь «Мордовии» Антон Коченков (справа) в борьбе за мяч против Куинси Промеса / Фото: Василий Пономарев

— А потом деньги закончились?

— Да. Что-то случилось с финансовой составляющей — и все пошло на убыль.

— Что теперь?

— Поскольку клуб «Саранск» существует лишь четыре месяца, говорить о какой-то стабильности рано (он создан вместо «Мордовии», расформированной в августе прошлого года. — Прим. Sportbox.ru). Желание добиться результата налицо. Не могу сказать, что Саранск такой же футбольный город, как Владикавказ, но в городе есть люди, заинтересованные в развитии футбола, работает детская академия. В команду привлекли молодых ребят, в основном местных воспитанников. У клуба частный хозяин и великолепные условия. Базируемся в легкоатлетическом манеже, где можем тренироваться зимой, имеются травяные поля. А принимаем соперников на «Мордовия Арене», стадионе ЧМ-2018. Когда выходишь на это поле, понимаешь, что надо двигаться к высоким целям. 

Добавить комментарий