Что русскому хорошо, то немцу… Рангник в «Локо»: образ будущего или мертворожденный проект?

— А немцы?

— Что немцы?

— Немцы будут?

— Какие немцы?

— Ну, немцы!

— Зачем немцы?

— …

Диалог из фильма «Брат» (1997)

***

«Самые широкие полномочия»

— Как и его команда, Рангник будет работать в клубе. Полномочия Ральфа самые широкие: он возглавляет всю футбольную часть и отвечает как за стратегическое планирование, так и за все векторы развития от юношеских команд до основы. Мы перестраиваем структуру клуба по самым различным направлениям. Должности спортивного директора у нас не будет. Его функции в числе многих других будут у штаба Рангника. С приходом специалиста такого уровня как Ральф Рангник и его штаба, мы рассчитываем создать отвечающую лучшим мировым стандартам футбольную систему клуба.

Это слова гендиректора «Локомотива» Владимира Леонченко. Из них становится понятно, что ничего не понятно. Кто войдет в команду Рангника? Как железнодорожники хотят «перестроить структуру клуба»? Будет ли Рангник действительно работать в «Локо» или просто передаст бразды правления кому-то из своих людей, а сам будет лишь раз в месяц приезжать в Москву, чтобы посмотреть, как идут дела?

Чуть яснее ситуация выглядит в объяснении самого Ральфа. Оказывается, он создал свое консалтинговое агентство и намерен работать с разными клубами, не только с «Локомотивом». Организация будет заниматься спортивным развитием: консультировать тренеров, спортивных директоров и игроков. Железнодорожники — первый клиент Рангника.

— Я основал свою компанию, в которой буду применять все то, чему научился за годы работы в «Лейпциге» и «Хоффенхайме». Не думаю, что на рынке футбольного менеджмента в данный момент существуют аналогичные компании. Это не о коммерции, а именно об управлении. Это шанс дать что-то существенное спорту. Чтобы я вернулся к работе тренера или спортивного директора, должно прийти исключительное предложение.

Рангник говорит, что его агентство маленькое, да и клиентов пока, судя по всему, не слишком много. Это значит, что работать с «Локомотивом» будут довольно плотно — по крайней мере, поначалу. Даже если это будет делать не сам Рангник, это уже, как минимум, интересно.

Окно в Европу

Основной интерес заключается в том, что «Локо», видимо, начинает глобальную реорганизацию — если не сказать «революцию». Пока сложно сформулировать по пунктам, в чем она будет заключаться. Рангник утверждает, что еще весной подготовил для руководства клуба доклад со своей программой. Вероятно, эта программа Владимиру Леонченко и Александру Плутнику понравилась, вот они и подписали с фирмой немца полноценное соглашение.

Происходящее в «Локомотиве» не может не вызывать энтузиазма — особенно после смутного времени Василия Кикнадзе. Молодые российские менеджеры приглашают команду передовых и опытных специалистов из самой прогрессивной футбольной страны, чтобы строить нечто по-настоящему новое — как говорит Леонченко, «отвечающую лучшим мировым стандартам футбольную систему клуба». Неужели, это происходит у нас, в стране стадиона «Нефтяник» и кондового лимита на легионеров? Неужели, у нас появится свой «Лейпциг» или хотя бы свой «Зальцбург»?

«Локо» приглашает европейцев, чтобы стать европейским клубом. Больше никакой погони за результатом здесь и сейчас — работа на перспективу. Конечно, призовые места и еврокубки все еще важны, но состав должен формироваться из молодых игроков, которых затем можно выгодно продать. Желающих подзаработать ветеранов в Черкизово больше не будет. А вот для ребят из своей академии и юных новичков из других стран двери открыты. В общем, все как на Западе!

«Русская душа»

На словах звучит прекрасно. Однако история российского футбола знает много случаев, когда зарубежные специалисты проваливались или просто не могли работать в наших реалиях. В том же «Локомотиве» еще свежи воспоминания об эпохе Ильи Геркуса и его немецкого коллеги Эрика Штоффельсхауса, которые проиграли идеологическую войну Юрию Семину и были вынуждены уйти из клуба. Томас Цорн, которого тоже связывают с «Локо» и Рангником, не смог долго проработать в «Спартаке», хотя, как оказалось впоследствии, многие его трансферы были отличными. Наконец, Хавьер Рибалта ничего не изменил к лучшему в «Зените», хотя с такими ресурсами вполне мог творить историю.

Именно поэтому многие к приглашению Рангника относятся скептически. Например, бывший президент «Локомотива» Николай Наумов на этот счет выдал вот такую гневную тираду:

— Таких проектов у нас в футболе была сотня. Кого только «Спартак» не приводил, «Зенит» задыхался от этих иностранных специалистов, и в «Локомотиве» были австрийцы. Но все эти проекты провалились, потому что эти люди не знают ни русского футбола, ни русской души, вообще ничего русского. (…) Все эти люди — они для пиара, приходят сюда для зарабатывания денег. Приходят, чтобы насаждать что-то свое, что нам никак не подойдет. (…) Чтобы у нас в России развить футбол, нужны десятилетия — а начинать нужно с детского футбола, с семьи, с традиций, которые были в Советском Союзе. Это целый огромный комплекс мер, который у нас на протяжении нескольких лет находится в глубоком кризисе. Его надо вытаскивать. И вытащить могут только русские специалисты и русские люди, живущие здесь.

Аргумент о «русской душе» давно пора занести во все учебники по риторике. Наумов, как и многие другие, с легкостью бросается этим понятием, даже не задумываясь о том, что оно означает. А означает оно ровным счетом ничего. «Русская душа» — такой же пустой культурный конструкт, как и все остальное, что связано с пресловутой и довольно бессмысленной идеей национальной исключительности. И вообще, когда кто-то приплетает к разговору русскую душу, становится очевидно, что ничего хорошего в ней нет. Наши футболисты плохо адаптируются в Европе — виновата русская душа. У нас плохие поля — виновата русская душа. Нам нужна сильная рука — виновата русская душа… С какой стороны ни посмотри, русская душа — это вовсе не великое культурное наследие, а гремучая смесь из советских пережитков, безосновательной гордости, нежелания учиться и иррациональных решений во всех областях. В том числе — в футболе.

Мы постоянно огорчаемся, что не можем нормально конкурировать в еврокубках или в матчах сборных. А чего еще ожидать при таком образе мыслей? Если мы хотим играть по-западному, то и специалисты нужны западные — хотя бы для того, чтобы научить. Жаль только, что и они не гарантируют успех, ведь им приходится в своей работе сталкиваться с нашей косной системой, а также с критикой и даже хейтом со стороны различных ветеранов цеха, считающих, что они все знают о футбольном менеджменте ничуть не хуже «заезжих гастролеров». Василий Уткин в одном из недавних выпусков на своем канале рассказывал, как в приватной беседе экс-тренер сборной России Борис Игнатьев говорил ему, что не видит ничего особенного в методах Жозе Моуринью. И ведь это было сказано еще в те годы, когда португалец был в самом расцвете! 

Поэтому к приходу Рангника в «Локомотив» стоит относиться позитивно, но с осторожностью. Через год курс может смениться — и немцы поедут домой, ведь в России будущее никогда не наступает. Что русскому хорошо, то немцу — … («подставить нужное»).