На Australian Open снова жарит. Каждый год первый из турниров Большого шлема в сезоне проходит в разгар далеко не прохладного австралийского лета. И неудивительно, что именно в дни турнира нередко стоит аномальная жара, которая не раз становилась поводом для жалоб теннисистов. Вот например, в четверг был прерван полуфинал между Петрой Квитовой и Даниэль Коллинс, и продолжился только после того, как организаторы сдвинули крышу. 40 градусов ожидается и во время полуфинал Джоковича и Пуи. Про отношение теннисистов к аномально высокой температуре воздуха «МК» рассказала экс-пятая ракетка мира Анна Чакветадзе.
Про жару на Открытом чемпионате Австралии можно услышать каждый год. Например, в 2014-м хорват Иван Додиг говорил: «Сегодня я полчаса после матча не мог ходить. За мной следили 10 человек. Я думал, что вообще могу умереть». Или китаянка Чжен Цзе тогда же: «Было так жарко, что голова уже отключалась. Иногда я смотрела на мяч, но не могла сконцентрироваться на нем. Меня тошнило, я просто отмахивалась от мяча – даже не знала, куда он полетит». А вот главный на тот момент врач турнира Тим Вуд оскандалился, заявив, что «человечество зародилось в Африке, и люди в подобных условиях по восемь часов гонялись за антилопами, так что с медицинской точки зрения человек адаптирован к жаре».
В 2018-м спортсмены высказывались еще жестче. «Нас отправили на скотобойню. Может быть, нам нужно объединение игроков, чтобы мы могли объявить бойкот и сказать, что в таких условиях играть не будем. Мы же не роботы», — сказала Ализе Корне, практически лежа на полу раздевалки после матча. «Очевидно, что наше здоровье – не приоритет. Сначала идут продажи билетов, прибыль, телевидение и только потом – игроки. В каком-то смысле с нами обращаются как с животными в клетке», — заявил Новак Джокович. Но спустя год серб снова в Австралии, и снова прогноз в день его матча неутешительный.
Что испытывают теннисисты, вынужденные играть под палящим солнцем? «МК» ответила экс-пятая ракетка мира Анна Чакветадзе:
— К жаре привыкнуть невозможно, если ты не живешь в пустыне. Поэтому, конечно, тяжело играть в 40 градусов. Девушкам еще тяжелее в силу физиологических особенностей. Но когда выходишь на корт, начинаешь двигаться и уже вроде жары не чувствуешь. Теннисисты заигрываются, увлекаются и не замечают. У меня был случай как раз на Australian Open. Играли в жару, я чувствовала, что корт под ногами плавится, а кроссовки почти горячие. Но у меня была задача выиграть матч, и я просто не задумывалась о температуре. Мы даже не заметили, что все корты вокруг опустели, что играем только мы одни. Температурные показатели подошли к той отметке, когда матчи прерывают и отменяют. Но мы его доиграли, и я даже выиграла. Вообще, теннисисты люди неприхотливые, привычные ко всему. В жаркий день ты выходишь на разминку на корт и понимаешь, что прохладно не будет. Но в этот момент включаются какие-то скрытые ресурсы организма, наверное».
— Как спортсмены восстанавливаются после таких матчей?
— Сейчас многие используют ледяные ванны, но я ни разу не пробовала. Я очень подвержена простудам, поэтому даже бутылка с водой для меня не должна быть слишком холодной. Еще говорят, что лучше в такую жару выходить в кепках, а не в козырьках от солнца, чтобы не было прямого воздействия лучей. Но если мы посмотрим на теннисистов, то в кепке играли только Жюстин Энен и Света Кузнецова, остальные даже в жару используют козырьки или же вообще играют без головного убора.
— Австралийские турниры — самые жаркие?
— На самом деле, в США тоже бывает жарковато, там еще и климат более влажный. На всех турнирах стоят температурные датчики, которые показывают, пройдена ли верхняя граница нормы и нужно ли прерывать или отменять игру. Мне кажется, что в 40-градусную жару хуже зрителям, чем спортсменам. Тяжелее сидеть на трибуне, чем играть. Сейчас я, например, вообще стараюсь в такую жару из дома не выходить, оставаться под кондиционером.
