— Вы все также работаете тренером с молодыми вратарями и помогаете сыну стать великим голкипером?
— Все верно! Официально трудоустроен в молодежной чешской сборной U-19. Работаю с вратарями. Сын Антонин тренируется сейчас с юниорами «Дуклы». Помогаю тренерам работать с вратарями и в этом клубе.
— Вы ставили ультиматум «Дукле»: если ваш сын перейдет в эту команду, то вы должны иметь доступ к его тренировкам?
— Давайте скажем, что это было взаимное движение навстречу. У меня свое мнение о тренировках молодежи, свой план. Знаю, что нужно делать в разном возрасте. Стараюсь сильно не вмешиваться в тренировочный процесс, но при этом хочу оказывать влияние на футбольный рост моего сына. Он показывает неплохие результаты в своем возрасте. Входит в состав национальной команды U-17. Если бы он был слабым вратарем, было бы сложнее договариваться и помогать. В любом случае я не присутствую на тренировках каждый день. Помогаю тренерам один или два раза в неделю. Бывает чаще.
— Деньги за это получаете?
— Нет. Меня в этом отношении все устраивает. Вижу смысл в том, чтобы помогать молодежи развиваться. Мне нравится работать с юниорами. У ребят, которые попадают в академии футбольных клубов, есть желание развиваться. Мне как-то предлагали открыть свою футбольную школу. Но тогда надо принимать всех, кто готов заплатить деньги за тренировки. Я так не хочу. Уверен, найдутся родители, которые потом скажут, что раз они оплатили занятия, то я должен сделать из их сына второго Чеха или Акинфеева. А когда вижу горящие глаза детей, это ни за какие деньги не купишь.
— В клубе другие игроки не ревнуют к вашему сыну? Мол, отец лоббирует интересы чада…
— Я же не наивный, понимаю, что кто-то может так думать. Но в глаза мне этого никто не говорил, да и не скажет, наверное. Но повторюсь, тут все зависит от того, как Антонин выступает. Если он показывает хороший футбол, то никто не может сказать ничего дурного в мою или его сторону. Если бы он не тянул, то разговоры, конечно, были бы. Стараюсь объективно оценивать его возможности, насколько могу. Не хочу, чтобы посторонние факторы влияли на его работу. Если придет человек, который сильнее моего сына и будет играть, скажу, что так и надо. Никого обвинять не буду.
— Только вы можете подготовить своего сына? Вы же могли это делать в индивидуальном порядке, а в клубе есть свои наставники?
— В этом и проблема Чехии. Сейчас мало клубов готовы тратить деньги на тренеров вратарей. А за гроши никто не хочет заниматься молодыми голкиперами. Экономика такова, что только топ-команды могут позволить себе нанять тренеров вратарей на каждый возраст. В остальных командах дай Бог, если работает один человек со всеми. Согласитесь, сложно кого-то научить, если у тебя в работе 10-20 мальчишек. Я же беру себе несколько ребят и специально с ними занимаюсь. Никто не против такой бесплатной помощи, тем более в ситуации, о которой я говорил.
— Чешская школа вратарей сильнее российской?
— Давно уже пристально не слежу за российскими клубами. Поэтому сложно сказать. У нас есть три сильных голкипера, которые сейчас выступают в Европе — Томаш Вацлик («Севилья»), Иржи Павленка («Вердер») и Томаш Коубек («Ренн»). Они на голову выше ребят, которые трудятся в Чехии. Мне кажется, пока остальные вратари не дотягивают до европейского уровня. Не знаю, сколько в России голкиперов готовы играть в топ-чемпионатах Европы. Здорово, что до сих пор играет Игорь Акинфеев. Он железный, и если здоровье ему позволит, то может доиграть и до 40 лет. Он точно топ. Даже в мое время он был лучшим. Возможно, есть еще ребята, кто приближается к его уровню. Помню, что в России всегда было немало хороших голкиперов.
— Есть желание поработать со взрослыми вратарями?
— Пока меня все устраивает. У меня же еще есть дочка, которая младше Антонина на год. Она занимается пляжным волейболом, и, как и сын, показывает неплохие результаты. Стараюсь посещать и ее тренировки, чтобы она не чувствовала себя обиженной. Мол, сыну уделяю внимание, а ей нет. Так что стараюсь по максимуму заниматься своими детьми. Хочу, чтобы они были счастливы и продолжали карьеру в спорте. Очень хочется, чтобы вратарский род Кински продолжился. Мой сын талантливее меня.
— Что скажете про молодых чешских вратарей.
— Есть очень перспективные ребята. Но их, конечно, немного. Сейчас мы много спорим, как нужно развивать молодых голкиперов. Первый путь — начинать взрослую карьеру в чешском чемпионате, а потом уезжать в Европу. Второй — в юном возрасте ехать в топ чемпионаты, там расти и уже из молодежки пробиваться в первую команду. Многих наших вратарей уже в 16 лет забирают клубы Англии, Италии, Германии. Например, в «Манчестер Юнайтед» в молодежке играют два чешских голкипера. Ребята очень перспективные, но посмотрим, смогут ли они пробиться наверх сквозь сито конкуренции. К сожалению, часто так бывает, что талантливые ребята раньше времени уезжают в Европу, там не могут пробиться в основу, в итоге затухают и уже никому не нужны даже в высшей лиги Чехии. Есть противоположные примеры, но их меньше.
— Как понимаю, вы против раннего отъезда в топ-клубы?
— Именно. Говорил, что на молодежном уровне у нас мало хороших специалистов по работе с вратарями. Поэтому в каждом году дай Бог вырастает три вратаря хорошего уровня. Это очень мало. И разбрасываться ими нельзя. Поэтому этим ребятам нужно создать максимально благоприятные условия для роста. В Европе же их будут бросать в котел конкуренции, а там — выплывут, не выплывут… В Чехии же тренеры обязательно дадут ребятам шанс. Самое сложное в футболе — это перейти из молодежного футбола во взрослый. В Чехии это сделать легче, чем в Европе.
«Играть в -30 лучше, чем в +30»
— Антонин Кински — легенда «Сатурна»? Все-таки провели за подмосковный клуб 197 матчей…
— Не знаю. Мне, конечно, приятно, что обо мне так говорят болельщики. Всегда старался вести себя правильно, тренироваться на максималке, чтобы смотреть спокойно фанатам в глаза. Когда мы играли последний сезон за «Сатурн», говорил об этом ребятам. Не важно, платят ли нам деньги, но мы должны сделать все, чтобы не стыдно было смотреть на себя в зеркало. Не хотелось жалеть о том, что не мог чего-то сделать. Хотя были разные моменты.
— Худший сезон в «Сатурне», не считая последнего?
— Не стал бы говорить, что он худший, ведь тогда вопреки всему мы заняли седьмое место. Когда пришел в команду, в ней было 12 игроков из Южной Америки. Очень нелегко работать в такой обстановке. У южноамериканцев совсем другой менталитет, и когда их много в одной команде, тем более в России, то сразу возникают проблемы. Ребята жили ночной жизнью, а утром не соответствовали требованиям на тренировках. Они не пили, не приходили с перегаром, но были, мягко говоря, не выспавшимися. Плюс между аргентинцами и бразильцами возникали постоянно конфликты, они не разговаривали друг с другом, ели за разными столами. Эти моменты разлагали коллектив. Вообще поначалу не понимал, куда попал и что думать, так как впервые столкнулся с таким явлением. Но в той ситуации невозможно было быть одним коллективом.
— Лучшее время?
— Команда завершила сезона на пятом месте, а после мы проиграли в финале Интертото «Штутгарту». Это было крутое время. Тогдашний губернатор Подмосковья Борис Громов вкладывал большие средства и силы в команду. Хотел добиться максимального результата. Пятое место — максимум, которого мы тогда могли добиться. Тогда просто было невозможно обойти «Спартак», ЦСКА, «Зенит».
Кстати, в тот год тоже было много иностранцев в команде. В клуб пришел Владимир Вайсс и привел с собой пять словаков. Но все равно у нас был сплоченный коллектив. Все-таки мы имели примерно один и тот же менталитет — славянский. Даже ребята из России отзывались о партнерах и тренере только положительно.
— Что вы знали о «Сатурне», когда принимали решение переехать в Россию?
— Конечно, старался набрать побольше информации о клубе, о чемпионате. Звонил Иржи Ярошику, который играл в ЦСКА. В Петербурге тогда работал Петржела. Спрашивал его мнение. Он мне сказал, чтобы я без сомнения переезжал в Раменское, так как там создают команду с большими амбициями. Мне было важно, что меня в клубе хочет видеть тренер Олег Романцев, а не только руководство. У меня был выбор между «Сатурном» и «Панатинаикосом». Но я не очень хотел ехать в Грецию, так как, во-первых, не люблю жару. Во-вторых, русский менталитет мне ближе, чем греческий. Все-таки я учил в школе русский язык. Понимал, что он мне поможет быстрее влиться в коллектив.
— То есть играть в минус 30 вам не страшно?
— Абсолютно нормально. Лучше, чем в +30.
— Ожидания совпали с реальностью?
— Условия поначалу были спартанскими, ведь я жил еще на старой базе. Но осознавал, что еду в Россию работать, а не отдыхать. Полностью сосредоточился на футболе, поэтому остальное меня мало волновало. Всегда любил играть, обожал тренироваться. Хотел показать на что способен.
Плюс в первую очередь мне важны не материальные условия, а какие люди находятся рядом со мной. Про россиян вообще не могу ничего плохого сказать. Абсолютно все были готовы мне тогда помочь. Чувствовал себя очень комфортно, поэтому с бытом не было проблем.
— Знали ли, что «Сатурн» — бандитская команда?
— Когда переезжал в Россию, то нет. А потом узнал об этом. Были разные моменты с этим связанные, но я не хотел бы о них говорить. Некоторые вещи должны остаться при мне.
— Знаете кто такой Олег Шишканов?
— Он был одним из руководителей клубом.
— В курсе, что его могут посадить?
— Нет.
«Повезло быть дублером Чеха»
— При вас «Сатурн» в среднем пропускал 30 мячей за сезон. Это много?
— На мой взгляд, да. Наверное, если команда пропускает за сезон меньше 22 голов, тогда можно говорить, что у нее надежная оборона и вратарь. Я был недоволен, когда пропускал больше 25 мячи за сезон. Понятно, что уровень соперников бывает разный, плюс просто могут быть неудачные дни. С другой стороны, не всегда в пропущенных голах виноват вратарь. Надо смотреть конкретную игру.
— Самый ваш глупый гол?
— Вспоминаю мой первый матч за сборную Чехии. Была игра против киприотов, мне дали шанс. Соперник бросил мяч из аута прямо в штрафную площадь, я попытался выйти на перехват, но киприот меня опередил и забил гол. Очень сильно переживал, ведь получилось, что в первой же своей игре допустил грубую ошибку.
— Вы были дублером Петра Чеха в сборной. Если бы не он, могли бы быть первым номером?
— Петр намного моложе меня, но при этом я очень рад, что мне выпала честь с ним тренироваться. Учиться у него. Я был в сборной на протяжении восьми лет и видел как он идет наверх. Смотрел, как он тренируется. Думаю, мне повезло работать бок о бок с таким человеком. Сейчас многое, чему у него научился, стараюсь передать молодым вратарям. Привожу его в пример. А то, что не попадал потом в сборную, так это не из-за конкуренции, а просто потому что в Чехии особо не следят за российским чемпионатом. Обо мне мало что было известно, после того как переехал в Россию. Но я ни о чем не жалею.
«Помню драку с ЦСКА, как будто она произошла недавно»
— Вы никогда не стеснялись говорить правду в лицо. Когда-нибудь об этом пожалели?
— Чтобы мне за это прилетело, никогда! Иногда к нам в раздевалку заходили руководители после неудачных встреч, спрашивали мнение по игре. Опытные футболисты высказывали свою точку зрения, иногда она не совпадала с мнение менеджеров, иногда жестко не совпадала. Считаю, что в любой ситуации ты не должен бояться высказать свою точку зрения. Помню, приехал к нам Борис Громов, спросил мнения, что не так. Сказал, что у нас раздут штат менеджеров и руководителей, но при этом не так много обслуживающего персонала. Мое мнение выслушали. И все. Понимал, где мое место. Знал, что все равно руководство принимает решение. Мое дело играть.
— Вы же участвовали в драке с ЦСКА?
— До сих пор помню, как будто она произошла недавно. Честно, когда все началось, думал, поскорее бы все закончилось, ведь я опаздываю на самолет. Мне пришел вызов в сборную, как раз после матча надо было улетать на сбор. Билеты уже забронированы, я все просчитал. Кто знал, что игра так затянется. Поэтому говорил себе: «Когда же это все закончится, я же могу не успеть… Парни, хорош, мне надо ехать в аэропорт!»
— Вы действительно ни разу не пожалели, что не ушли в другую команду?
— Про «Челси» уже говорил. Там был Чех, поэтому смысла туда ехать не было. Что же касается перехода в «Локомотив» или «Спартак»… Иногда задумываюсь, а что было бы если… Но в целом доволен своей карьерой. Все было замечательно, не считая последнего года в «Сатурне».
— Вы не были замечены ни в одном скандале. Почему?
— Когда мне было 18 лет, папа сказал: «Сын, теперь ты взрослый, сам решаешь в каком направлении двигаться. Но помни, какая у тебя фамилия. Старайся жить так, чтобы никому в твоей семье не было стыдно за нее». Не хочу подвести отца. Помню эти слова, и стараюсь до сих пор их придерживаться. Учу теперь этому своего сына и дочку.
— «Сатурн» одним из первых взял в команду черлидерш. Они пытались заигрывать с футболистами?
— Мы их особо и не видели. Может быть, кто-то и был с ними знаком. Но мы видели девочек только перед матчем и в перерыве. Сами понимаете, в это время ты концентрируешься только на футболе.
«Сожалею, что так и не сыграл в Лиге чемпионов»
— Вы завершили карьеру после расформирования «Сатурна». Было так плохо на душе?
— Еще за год до этого сказал, что это мой последний сезон в клубе. Тогда не знал, что команду будут расформировывать, просто так совпало. Хотя слухи уже ходили. Но руководство обещало найти спонсора, все старались остаться в высшем дивизионе, чтобы быть более привлекательным для инвестора, но увы…
После расформирования команды у меня были предложения, в том числе и из России. Но мои дети пошли в школу, они редко меня видели, а я хотел быть для них не только добытчиком и футболистом, но и отцом. Была еще идея поехать в Австралию. Один чешский тренер мне предложил такой вариант, сказал, что клуб готов перевезти всю семью. Подумал, что так дети смогут быстрее выучить английский язык. Но в итоге эта команда также расформировалась. Подумал, что это знак, и решил, что уже не хочу продолжать игровую карьеру. Начал тренировать детей, меня это увлекло. Прекрасно, когда у тебя есть много свободного времени. Ты можешь отвезти детей на тренировку, забрать из школы. Не скажу, что сильно разленился, но я был счастлив в новой для себя роли.
— Есть что-то, о чем вы жалеете в карьере?
— Не провел ни одного матча в Лиге чемпионов. Хотя в 2002 году был очень к этому близок. Вместе со «Слованом» мы дошли до последнего отборочного этапа Лиги чемпионов, в котором встречались с «Миланом». В Италии мы проиграли 0:1. Дома вели со счетом 2:1. Как сейчас помню, во втором матче нас судил арбитр по фамилии Ибанец. Он добавил к основному времени три минуты. На 92 минуте наш игрок убегал один на один с вратарем соперника, но в этот момент этот Ибанец свистнул о завершении матча. С грустью вспоминаю тот момент. Мы реально могли забить на последних минутах встречи и выйти в ЛЧ. А так играли только в Кубке УЕФА. До сих пор помню фамилию того судьи.
— Что для вас печальнее — расформирование «Сатурна» или невыход в Лигу чемпионов?
— Безусловно расформирование раменского клуба. Даже нельзя сравнивать эти два события. Ликвидация команды затронула огромное число болельщиков, которые искренне любили «Сатурн». Фанаты всегда поддерживали нас. Не было зависти, никто не плевал в лицо, не оскорблял. Для них это ужасная трагедия. Они по-настоящему любили футбол и радовались, когда в Раменское приезжал ЦСКА, «Спартак» и другие команды.
— Вы считаете себя бронзовым призером чемпионата Европы?
— Категорически нет. Считаю себя чемпионом Чехии в составе «Слована», потому что я был на поле, когда мы побеждали. Для меня это большое достижение. Когда ты сидишь на скамейке, то воспринимаешь ситуацию совсем по-другому. Да я был в сборной, но я не был на поле в полуфинале с греками.
— Надо ли играть матчи за третье место?
— Мне кажется, надо. Понятно, что у соперников уже не те эмоции. Сложно найти в себе мотивацию после обидных поражений. Но бронза должна быть только у одной команды. Плюс болельщикам интересно посмотреть еще один матч хороших команд. Может, и поэтому еще не считаю себя бронзовым призером ЧЕ. Кто знает, как бы закончился матч за третье место.
