Есть такое мнение по поводу тренеров. Мол, когда всё идёт хорошо, это мало что говорит о его профессиональных качествах — возможно, катит само собой. А вот когда приходят трудные времена, тогда и становится ясно, что это за специалист.
Не исключено, и с игроками примерно так же. Вот попал бы Александр Головин в прежний «Монако» — тот, что был на ходу. Заиграл бы в тепле да уюте, но значило бы это, что в новых условиях он уже полностью прижился? Значило бы, что готов к любым коллизиям, которые могут случиться в его западной жизни?
Спору нет, на позитиве адаптация идёт легче. Но вот так, как сейчас, — надёжнее.
Кажется, все напасти, которые возможны, сошлись вместе. С самого начала — травма. Потом — болезнь. Потом — дисквалификация (первое удаление в жизни). Параллельно — попытки, не очень удачные, получить доверие новых партнёров. Адаптация к скоростям нового чемпионата. И к особенностям новой страны, которая не очень расположена к гостям, общающимся с ней на английском. А фоном — катастрофическое падение команды, вынужденной вместо привычной борьбы за трофеи заниматься сохранением места в лиге. И как итог — вполне понятное разочарование окружающих его появлением.
Кто-то подсказывает: возвращайся. Мол, зализывать раны всегда лучше дома. Восстанавливать уверенность лучше среди родных.
Действительно, а почему бы нет? ЦСКА любит такие фокусы — втридорога продать, а потом взять в бесплатную аренду. А то ещё и «Зенит», говорят, имеет интерес. Там можно не только восстановить, но и прирастить. Там всякого будет побольше, чем в «Монако», — и народу на трибунах, и знакомых слов в раздевалке, и средств на банковском счёте.
Но нет, возвращаться не стоит. Ни в коем случае.
Если, конечно, задача реализовать себя в Европе остаётся в силе. Тогда сейчас он переживает самый сложный, но неизбежный этап. Привыкание к новому — это всегда болезненно, но необходимо. Как без этого? И убежать сейчас — всё равно, что на середине реки развернуться обратно, хотя добираться до другого берега рано или поздно всё равно придётся. Это просто против здравого смысла.
Ведь он же поехал в Европу не ради того, чтобы покорить её к середине первого сезона. Такой цели не было. Его проект многолетний, и сегодняшний день — это что-то вроде нулевого цикла, с которого начинается большая стройка, когда вместо роста вверх приходится зарываться в землю.
В самом успешном нашем поколении легионеров хватало тех, кто начинал изгоем, а завершал героем. Допустим, Александр Мостовой далеко не сразу стал Царём — поначалу на него в Европах вообще смотрели как на недоразумение. Или Станислав Черчесов: это в конце он стал легендой Тироля, а начинал с того, что вынимал по четыре-пять штук в Дрездене.
Правда, тогда у людей по сути не было выбора. Куда они могли возвращаться — в голодную Россию? Им хочешь не хочешь приходилось пробиваться в чужом мире. А у теперешних есть куда отступать. Теперешних жизнь проверяет на моральную устойчивость. Но Головин как-то не производит впечатления человека, который должен дрогнуть.
Тем более что в «Монако» у него есть главное, что требуется футболисту, — игровое время. Сбегать можно оттуда, где тебе не доверяют, где не дают играть. В прозябании на лавке действительно нет никакого смысла. Но здесь-то всё иначе. Для своего нынешнего клуба он — инвестиционный проект. «Монако» изрядно на него потратился, и, конечно, не для того, чтобы гноить в запасе. Этот футболист в итоге должен быть с выгодой продан, а потому сейчас надо заниматься приращением его стоимости.
Невозможно допустить, что Александр сам всего этого не понимает. Да и советчиков авторитетных у него хватает — Слуцкий, Черчесов. И едва ли хоть кто-то из них рекомендует ему сегодня отступить. Так что не надо ждать его обратно. И правильно: пусть пробивается там. Леонид Викторович уверен: его потолок — небо.
Субботний матч «Монако» — «Страсбур» будет показан в прямой трансляции на телеканале «Матч! Футбол 2» и сайте Sportbox.ru начиная с 21:55 (мск).
