150 рублей на двоих
— Вы воспитанник ФШМ — из вашей команды кто-то еще в высшей лиге играл?
— Геннадий Салов в «Торпедо». Он был серебряным призером молодежного чемпионата мира, чемпионом Европы по юниорам. А остальные выше второй лиги не поднимались. Команда была очень сильная, но в институт поступили только мы двое: я в элекротехнический, он — в физкультурный в Малаховке. А остальные пошли в армию — кто в спортроту, кто в обычную.
— Почему электротехнический? Альтернативы были?
— Были. В советское время хорошо был развит студенческий спорт, в том числе футбол, поэтому к нам в ФШМ на матчи часто приезжали преподаватели кафедр физвоспитания из разных институтов. Предложения были от трех или четырех вузов, интереснее всех показалось от электротехнического. Туда поступала практически вся наша команда, человек девять, но прошел только я.
— Надо же — сами пригласили в институт и сами же срезали!
— Не срезали бы, если бы кто-то хоть что-то понимал! (Смеется.) Все пять лет, что учился на дневном, играл за дубль «Локомотива» на Рязанке. Днем — учеба, вечером — тренировки. Бегал и за институт, мы были чемпионами Москвы. Пару раз приходилось играть три матча в день: и за школу, и за институт, и за дубль. А когда получил диплом, в 22 года, заиграл за основной состав «Локомотива».
— Кстати, электротехника эта вам в жизни пригодилась?
— Технический вуз безусловно дает другие мозги. Уверен, и в футболе это пригодилось. Кстати, Ринат Билялетдинов тот же институт закончил, только на три года раньше меня. И потом мы вместе поступили в физкультурный.
— Первые деньги в футболе в дубле получили?
— Через год нам с Женей Дрожжиным дали одну ставку на двоих, 150 рублей — получалось по 75 рублей каждому.
— Вы всегда защитником были?
— И в школе, и в сборной Москвы был последним защитником. Потом в «Локомотиве» Сан Саныч Севидов меня поставил левым. Но в «Спартаке» играл и правого. Позже — и опорного…
«Квадрат» Бескова — не просто «квадрат»
— Год отыграли в «Локомотиве», в первой лиге, и сразу получили приглашение в «Спартак»!
— Нам очка не хватило, чтобы выйти в высшую. Команда была хорошая: Володя Муханов, Боря Кузнецов, Володя Шевчук, Саша Аверьянов… Я сначала выходил на замену, в основе сыграл только последние 10-12 игр. Сезон закончился, должно было быть итоговое собрание, на нем Сан Саныча хотели снять, мы в команде его отстаивали, и тут — как гром среди ясного неба! Ко мне приезжает начальник команды «Спартак» — прямо домой. От таких предложений не отказываются: заявление написал тут же, в машине…
— Вы с ним в машине разговаривали?
— Да. По-моему, это «Волга» была. А на следующий день все в «Локомотиве» узнали… Не очень приятный момент. Нет, конечно, я никого не предал. Просто команда пыталась в едином порыве отстоять тренера, а тут я вроде как откалываюсь…
— Что в «Спартаке» удивило? Бесков, говорят, человек был оригинальный.
— Бесков изменил вообще все! Восприятие футбола, тренировочного процесса… Я и сейчас этим живу, и футбол вижу, наверное, по-бесковски. Я со многими работал — с Семиным, Севидовом, Марьенко, Волчком, — но то, что дал мне за год Бесков, дорогого стоит.
— Одно время его критиковали — не футбол, мол, а сплошной «квадрат»!
— Не просто «квадрат»! Константин Иванович всегда был как бы внутри этого «квадрата», объясняя, чего он хочет от каждого игрока. К нам много народа приходило смотреть, из ВШТ в частности. Константин Иванович рассказывал, как один тренер через полгода приехал на очередную стажировку: «Знаете, все у вас записал, все упражнения, «квадраты». И никакого эффекта!» Слепое копирование ничего не дает. В голове все должно быть!
— Сезон вы в «Спартаке» провели вроде удачно, практически во всех матчах играли…
— Да, и приглашение в олимпийскую сборную получил. Сыграл за нее три матча. И вдруг в конце сезона… Константин Иванович посчитал мое дальнейшие пребывание в «Спартаке» нецелесообразным.
— Как это произошло? Вызвал на разговор?
— Просто объявили на итоговом собрании. Оказался в числе трех или четырех ребят… Состояние было шоковое, честно скажу.
— Чем сами это объясняете?
— Сложно сказать. Тогда Боря Поздняков подходил, он на два года младше, постоянно за молодежную сборную играл. Вероятно, Бесков считал его более перспективным…
Нокаут от Прудникова
— Вопрос встал, что делать, куда идти…
— Вопроса такого не было. Почти сразу мне позвонил Севидов — он принял московское «Динамо». Туда и перешел — и почти сразу получил тяжелую травму…
— Что случилось?
— Приехал из сборной, через три дня должен был улететь с ней в Италию на сборы. А раньше в «Олимпийском» проводили турниры динамовских команд. В финал вышли первый состав «Динамо» и дубль. Севидов говорит: «Сыграешь?» И вот выпрыгиваю за мячом, а наш вратарь Алексей Прудников промахивается и вместо мяча бьет мне кулаком в голову. Совершил кульбит и головой — на этот бетонный пол в «Олимпийском»…
— Нокаут?
— Наверное. Вроде потом даже рвался опять на поле. Но доктор сказал: «Нет!» Вызвали скорую — и в больницу. Провалялся там недели две в корсете — были сложности с позвоночником.
— Из-за этой травмы сезон пошел насмарку?
— По сути да. На прежний уровень так и не вышел. Матчей сыграл мало. На следующий год съездил на сборы и решил вернуться в родной «Локомотив».
— У вас в карьере есть любопытная команда — финская ПК 37…
— В 90-е начали открываться двери за рубеж, Юрий Павлович уехал в Новую Зеландию. А я сначала съездил в Польшу — год поиграл за «Полонию». А потом поступило неплохое предложение из Финляндии. ПК 37 — клуб из городка Ийсалми (22 000 жителей. — Прим. Sportbox.ru). Уехал туда не без проблем — «Локомотив» хотел за меня какую-то компенсацию получить. У меня так закипело! Двенадцать лет отдал «Локомотиву», и в конце карьеры не могут просто отпустить в Финляндию! Дал большое интервью «Спортивной Москве». Отпустили.
— Как вам западная жизнь? Приятный это был эпизод в карьере?
— Приятный. Жил там с семьей. Команда — любительская, ребята практически все работали, тренировки — вечером. Я же как профессионал предоставлен был сам себе. Все условия, в моем распоряжении тренажерный зал, бассейн. Клуб снимал мне квартиру.
— С сауной?
— Это был коммунальный дом, сауна — общая, в подвале. И, конечно, после каждого матча была сауна для всей команды. Финны прямо в парилке пиво пили! Температуру сделают градусов 40, сидят там по полчаса, пьют пиво, болтают… Год я там пробыл, задержался бы и подольше, но возникла проблема с ахиллом, приехал в Москву на операцию, а в России условия уже не хуже, чем в Финляндии. Поэтому еще полгода поиграл в ярославском «Шиннике».
Год шабашил на своей машине
— В Википедии о вас написано: «После окончания выступлений занимался коммерческой деятельностью».
— Я всегда хотел работать в футболе, тренировать, но времена были тяжелые, надо было кормить семью, поэтому где-то год просто шабашил на своей машине. Потом друзья помогли — взяли на работу. Мы были первыми дилерами на рынке мобильных телефонов. Проработал у них какое-то время, начал свой бизнес развивать — того же профиля. У нас было несколько салонов связи. Все мобильники, «раскладушки», шли из Германии. Были и богатые клиенты, которые знали, что у нас все новинки будут в первую очередь. Хороший был бизнес, доход — практически 100-процентный!
— Он и сейчас у вас существует?
— Да, но связан он уже не с телефонами, а с недвижимостью. И не требует моего оперативного вмешательства, там уже все без меня происходит. У меня всегда была цель: достигнуть финансовой независимости и заниматься любимым делом — тренерством. К чему сейчас и пришел. Я директор ФШМ. Бывая в Лужниках, видел, в каком состоянии находится школа, и однажды пришел туда, представил свою программу развития…
— Прогресс есть?
— Считаю, да. В этом году заняли шестое место в сильнейший лиге России. Перед нами только «топы», у которых есть академии и интернаты: «Спартак», «Локомотив», ЦСКА, «Динамо» и «Чертаново».
— Есть среди тренеров кто-то из знаменитых? Или все молодые ребята?
— Половина на половину. Четыре года мы работали с Николаем Ивановичем Киселевым, заслуженным тренером России. Сейчас пригласил из «Спартака» Владимира Бодрова. Из известных — Валя Ковач, Сергей Агашков.
— Интернат открыть не планируете?
— Нет. Есть идея открыть спортивный класс, чтобы ребята могли тренироваться два раза в день… А так условия хорошие. Тренируемся на тех же полях, на которых и я занимался в советское время, сейчас после чемпионата мира на них шикарное новое покрытие. Есть офисное здание с тренажерным залом, зона отдыха для тренеров, конференц-зал — это все тоже наследие ЧМ-2018.
— Все группы работают по единой методике? Или каждый тренер — как хочет?
— Нет, это исключено. Сейчас есть программы развития ребят, РФС их внедряет. Основная, ее немцы разработали, — для детей 10-14 лет. Это раньше в обучении был хаос.
«Футбольные отпуска» в Турции
— Где живете?
— В Москве, на Юго-Западе. Есть и загородный дом в районе Чехова. К сожалению, летом там бываю редко — из-за матчей. Участок 16 соток. Дом кирпичный, отапливаемый. Потрясающая баня. Бассейн купили — три на два, после бани — туда, в ледяную воду. Рядом с участком сделал площадку футбольную.
— Сами играете?
— И очень активно. Играю за «Динамо» в турнире «Негаснущие звезды» и за раменский «Сатурн» в ветеранском чемпионате Московской области, где последние десять лет мы лучшие. Уровень очень серьезный, в Москве такого чемпионата нет. Поэтому все ведущие московские ребята играют там. Бегаю и в Лужниках раза два в неделю с друзьями…
— Да вы просто молодец! Болячки старые не беспокоят?
— Нет. Хотя голова после той травмы долго побаливала.
— Семья?
— Все в порядке — без разводов. Дети уже взрослые, сын и дочь. Дочка — двукратная чемпионка России по художественной гимнастике. Сыну 35, женат. Живут отдельно, поэтому видимся достаточно редко. Есть две собачки маленькие, пушистые — наша с женой радость.
— Где в последний раз отдыхали?
— Нормальный отпуск провести не удается. Но нам регулярно раз или два раз в год устраивает футбольный отпуск Илья Шехтман. В мае и октябре он организует в Турции ветеранские турниры. Один из спонсоров, Артур Согомонян, хозяин ереванского «Пюника», собирает свою сборную. Приглашает нас, ветеранов, с женами, неделю там проводим.
— Кто в этой сборной?
— Дима Кузнецов, старший Горшков, Эрик Яхимович, Сережа Горлукович, Хорен Оганесян, Альберт Саркисян…
— Дежурный вопрос. Жалеете о чем-то в жизни?
— Ни о чем. Какие-то ошибки были, но не стратегические. Два высших образования получил, степень MBA получил, тренерскую лицензию В. Все, что хотел, воплощал в жизнь…
